Чтение онлайн

— Будет ли это совсем неромантично, если я скажу тебе прямо сейчас, что бесповоротно в тебя влюбилась?

На его лице господствует ленивая ухмылка.

— Будет ли неромантично, если скажу тебе прямо сейчас, что я уже это люблю?

Моя улыбка совпадает с его.

— Нет. Это было бы идеально.

— Хорошо, потому что ты идеальна. — Он наклоняется и прижимается губами к моим, его большой палец поглаживает то место, где только что был его рот.

— Мне жаль, что я не останусь на ночь снова, — извиняюсь я с сожалением в голосе.

— Не беспокойся об этом. У нас есть все время в мире, Зоуи. Я никуда не ухожу.

Я снова прижимаюсь лбом к его груди, и у меня вырывается стон.

— Прекрати. Ты слишком милый.

Его усмешка вибрирует на моей щеке, а затем он целует меня в макушку.

— Позвонишь мне завтра?

Я поднимаю голову и киваю.

— Да, завтра.

Он оставляет меня с еще одним похищающим сердце поцелуем, который я буду ощущать до конца ночи.

— Пока, малышка Зоуи.

— Пока. — Я практически вздыхаю, как глупая школьница.

Он находит это весьма забавным, если судить по его ухмылке. Как только Остин уходит, я возвращаюсь в комнату сестры и вижу ее тяжелые от сна глаза.

— Устала?

— Ммм… — это все, что она может сказать.

Я сажусь рядом с ней и беру ее руку в свою.

— Это был большой день, но веселый, не так ли?

— С-са-м-мый лу-у-чши-ий. — Ее глаза закрываются, дыхание выравнивается, поскольку она больше не в силах бороться с усталостью.

Наклонившись, я прижимаюсь поцелуем к ее лбу.

— Спи, пчелка Крисси. Я буду здесь, когда ты проснешься.

— Лю-бл-лю тебя, До-оуи.

— Я тоже тебя люблю. Вечно.

Вскоре я тоже засыпаю, чувствуя гораздо больше надежды не только на свое будущее, но и на будущее своей сестры.

Остин

Уже поздно, когда мы приезжаем с последнего ночного вызова; все мы одновременно вылезаем из пожарной машины, а рядом с нами подъезжает Кэп на своей патрульной машине.

— Ну, это было… интересно, — комментирует Рубин, выглядя скорее веселым, чем раздраженным, как и все мы.

Мне приходилось бывать на многих дерьмовых вызовах, но спасать извращенца из вентиляционного отверстия в солярии, потому что он весь день подглядывал за голыми женщинами — это что-то из ряда вон выходящее.

— Я по-прежнему считаю, что мы должны были оставить его там гнить, — говорит Кэм, получая согласие от Джейка и меня.

Кэп предупреждающе указывает на него.

— Тебе лучше надеяться, что этот твой кулак не вернется и не укусит тебя за задницу.

Этот ублюдок боролся и дрался изо всех сил, когда мы поднялись наверх, и ему даже удалось ударить Джейка сапогом по лицу. Тогда Кэм дал волю своему нраву и запустил кулаком ему в лицо.

— Что? — Кэм притворяется невежественным. — Я же сказал, что это был несчастный случай.

Кэп хмыкает, понимая, что он несет полную чушь.

— Кроме того, он первым ударил Джейка. Посмотри, у него весь рот разбит. Надо отвезти его в больницу.

У Джейка скорее незначительные следы, чем разбитый рот, но я решаю оставить это при себе, поскольку Кэм и так в дерьме.

— Он меня все-таки пнул, — добавляет Джейк, едва сдерживая ухмылку.

Кэп не находит это столь же забавным, как остальные.

— Я серьезно, Филлипс. Понимаю, что этому уроду досталось, но не позволяй этому повториться. Последнее, что мне нужно, это чтобы комиссар сел мне на задницу. — Он топает в свой кабинет, входя в него через боковую дверь.

Как только он скрывается из виду, мы смотрим друг на друга и разражаемся хохотом. Именно так мы обычно реагируем на один из его приступов, которые случаются все чаще.

— Как бы то ни было, ублюдок заслужил это, — говорит Кэм, не желая оставлять это без внимания. — Надеюсь, он проведет какое-то время за решеткой и станет чьей-то сучкой. Он заслуживает того, чтобы узнать, каково это — быть беззащитным, как все его сегодняшние жертвы.

Мысль обо всех женщинах, которые неосознанно переодевались перед нежелательным взором, заставляет гнев бурлить в моих жилах. Я лично рад, что Кэм успел ударить его.

Джейк толкает меня в плечо, его подбородок поднимается в направлении позади меня.

— Смотри.

Обернувшись, я вижу шефа Рэмси, идущего через улицу по направлению к нам. Хмуро смотрю на него, задаваясь вопросом, что он делает здесь так поздно. Насколько я знаю, он взял отпуск и, похоже, не собирается возвращаться. Не то, чтобы я мог винить его из-за всего, через что он прошел.

— Пойду-ка я собирать вещи, — бормочет Рубин, внезапно почувствовав себя неловко. — Увидимся позже, ребята. — Он едва дает нам возможность попрощаться с ним, прежде чем скрыться в здании станции.

Мы втроем поднимаемся на ноги и встречаемся с Рэмси сразу за дверью.

— Шеф. — Я протягиваю ему руку, замечая его неухоженный вид. Его обычно аккуратные волосы в беспорядке, челюсть небрита, одежда помята. От него пахнет так, будто он уже несколько дней не принимал душ. Но больше всего выделяется боль, которая преследует его лицо, страдание, которое выглядит еще хуже, чем в последний раз, когда я видел его на похоронах.

Тем не менее, он пожимает каждому из нас руку, приветствуя нас так же, как и в любое другое время.

— Вы пришли к Кэпу? — спрашивает Кэм.

— Вообще-то, я пришел поговорить с вами, мальчики.

Внутри меня вспыхивает удивление и интерес.

— Чем мы можем вам помочь?

— Мне нужна ваша помощь. — Он тяжело выдыхает, чувствуя тяжесть своей боли, когда проводит рукой по грязным волосам. — Это касается той ночи, которая забрала моего мальчика.

Чувство вины всплывает на поверхность, когда я заново переживаю те несколько призрачных секунд, унесшие жизнь Деклана.

— Я должен знать все о том пожаре, — задыхается он. — Никто не говорит мне ни черта, кроме того, что он был устроен намеренно. Мне нужны ответы.