Чтение онлайн

– Как не бывает?

– А вот так! В 26 лет так не случается!

– Как не случается?

– А вот так и не случается. Что-то здесь не так! Скажите честно - кто за Вами стоит?

– Никто не стоит, если не считать коллектив Института и ЦК, - признался я сгоряча. И вновь напоролся.

– Что?! Вы опять за свое? Для Вас коллектив и ЦК - это "никто"?!

Докладывали мне, что когда в ноябре 1982 года в издательстве "Юридическая литература" Вам, комсоргу, партком поручил организовать молодежь на похороны нашего многолетнего Генерального секретаря ЦК КПСС, то Вы ответили так:

"Организовать-то я все организую, но сам пойти не смогу, так как должен в этот день помочь родителям в переезде на другую квартиру.

А так пошел бы я на похороны нашего дорогого Генерального секретаря с большим удовольствием!".

Вот как Вы сказали. "С БОЛЬШИМ УДОВОЛЬСТВИЕМ".

Но это еще не все!

Когда после похорон партком вызвал Вас к себе для проведения разъяснительной беседы, то Вы ответили ему так:

"Не смогу зайти в партком в указанное время, так как, к сожалению, должен быть в это время в райкоме партии".

Вот так!

"К СОЖАЛЕНИЮ".

Партчин вскочил и подпрыгнул. Это означало, что он о чем-то подумал.

– Вот так вот! На похороны руководителя шестой части планеты Земля он пошел бы "с удовольствием", а в райком КПСС идет "с сожалением".

Ястребиные очи инструктора пригвоздили меня к стулу. Он достал из ящика внушительный том и прихлопнул его пухлой ладошкой.

– Здесь все-е-е про Вас есть. Я внимательно изучил Вашу биографию. Почему Вы в восемнадцатилетнем возрасте, да еще в армии, вступили в партию? У Вас что, других забот на службе не было?

– Ну, как Вам сказать... Просто я верил в дело коммунистической партии с глубокого детства и начал осваивать марксизм-ленинзм уже в подготовительном отделении детского сада, что на Смольной улице. Не бывали в нем?

– Вы опять паясничаете?!

Parteigenosse вскочил, ринулся к книжному шкафу и принялся рукавом пиджака смахивать пыль с полного собрания сочинений вождя мирового пролетариата.

И прокричал мне через плечо.

– Доподлинно известно, что Вашей первой публичной лекцией стало выступление перед личным составом батальона на тему "Антенны направлены на Восток". Какую цель Вы преследовали?

Я ответил максимально громко, так как шкаф находился на противоположном конце просторного кабинета.

– Задача состояла в том, чтобы ознакомить бойцов с размахом клеветы враждебных западных радиостанций в отношении нашего непоколебимого советского социалистического строя!!! Мне показалось, что я справился! После лекции солдаты подходили ко мне и...

– Когда кажется - лечиться надо!
– исковеркал он славный афоризм.

Оставив "Ильича" в покое, инструктор вскарабкался на стул и начал протирать другим рукавом плафон.

И вдруг как завизжит.

– Четверо военнослужащих батальона, среди которых оказался даже замполит, старший лейтенант Маслюкович, стали невозвращенцами, проще говоря, предателями Родины. Уехали за границу и не вернулись! И это под влиянием той самой Вашей лекции. Они стали регулярно слушать вражьи голоса и намертво прикипели к ним! В результате сбежали на Запад к врагам нашей великой социалистической Родины.

Партстряпчий зарыдал гремучими слезьми, но также внезапно перестал. Утершись носовым платком в виде дырявого шерстяного носка, он закудахтал по-новой.

– Ну, ладно, это отдельная тема для наших доблестных спецслужб, а теперь о цели сегодняшней встречи. Признаться, всякий раз после общения с Вами я чувствую себя точно с тяжелого похмелья.

Он спрыгнул на пол и уставился на меня беременной коровой.

– Скажите честно, как коммунист коммунисту, - Вы против разнарядки ЦК КПСС по идиотизму? Вы против линии партии?

– Что Вы имеете в виду? Какая такая "разнарядка по идиотизму"?
– ошалел я в который уже раз.

– Не корчите из себя идиота! Ваше притворство не пройдет! Не Вы ли утверждали в "курилке", что "Институт переполнен идиотами, работать стало невозможно"? Так ведь?

– Да, и готов повторить это здесь, в ЦК. Идиоты заполонили наш идеологический Институт повышения квалификации работников печати. Кривляются в столовой, вопят на собраниях, бездельничают на рабочих местах, а если и пытаются выполнить самое пустяшное дело, то и его с треском проваливают. А Вы бы видели их лица, рожи, вернее сказать! Чезаре Ломброзо отдыхает! Я еще хочу сообщить, что почти все они приходятся близкими родственниками руководи...

– Я видел их лица, товарищ Агамиров, - сделал подсечку партбонз.

Он вернулся к дубовому столу, плюхнулся в кожаное, красного дерева кресло с механизмом качания и регулировкой под вес, достал из внутреннего кармана пиджака плоскогубцы и стал подравнивать ногти. В течение десяти минут партчин бросал на меня свирепые изучающие взгляды, какими лев охаживает носорога перед решающей схваткой.

– Дело в том, - прошипел он гремучей змеей, глядя поверх меня, - что у нас в ЦК есть специальная Инструкция на сей счет. Она называется "Разнарядка по идиотизму".

– ???

– Да-да, не удивляйтесь. ЦК КПСС все и вся держит под жестким контролем. Мы не отрицаем, что в нашем великом и могучем Советском Союзе людей со странностями становится все больше, но ведь и жизнь меняется.
– Он уставился в потолок.
– Развитие науки и техники сказывается на эмоциональном состоянии человека, а тут еще международное коммунистическое движение испытывает некоторый упадок.
– Штукатурка не выдержала лобовой атаки и осыпалась на его плешивую башку. Я хихикнул с гримасой плотно отобедавшего дебила.

– Ничего смешного в этом нет!
– взвизгнул цэковец, стряхивая ошметки с колчедана.
– Мировой империализм - вот причина деградации человечества! Он выедает мозги людям, словно жена, когда я пытаюсь к ней... э-э-э... Впрочем, это к делу не относится.

Поэтому партия вынуждена регулировать идиотизм. Отсюда и родилась соответствующая закрытая Инструкция ЦК. Она предписывает равномерное распределение идиотов по трудовым коллективам. В соответствии с данной Инструкцией Всесоюзному Институту повышения квалификации работников печати СССР, в котором Вам доверено парторгствовать, предписано иметь то количество идиотов, которое он имеет. Если мы заберем из Института энное число проблемных советских граждан, то на других предприятиях их количество увеличится ровно на такую же сумму. Получится дисбаланс; куда-то ведь их надо пристраивать. Безработицы в СССР нет, а психушки и без того переполнены.