Чтение онлайн

Негон встрепенулся: "Неужели?!" Волна надежды пробежала по сердцу, он весь обратился в слух.

– И вот ведь загадка: как он сумел выбраться наружу без разрешения? Да еще в таком виде?! Человеку в здравом рассудке это не под силу! И ведь, как всегда, псих, внятно и не расскажет - понесет какую-нибудь ахинею... Как здесь новое слово в науке сказать?!. И... псих! Что с него взять? Только анализы.

Врачиха без интереса взглянула на Негона - случай с Граром был много интереснее.

– Это я его послал!
– не выдержав, ляпнул Негон.

– Да-а?!
– почему-то сильно обрадовалась врачиха: казалось, скука и не ночевала недавно на ее лице.

– Я его послал к "чертям собачьим". Я его телепортировал.

– Что-о?.. Правильно, не стесняйся, только лучше говорить по-простому, по-народному, без ваших внутриклубных терминов - мне можно. Кое-что я уже слышала. А вот тело-портил-ловал?.. Кто?.. что?.. ка-ак?

– Те-ле-пор-ти-ро-вал, - уточнил по слогам Негон, решив не обращать внимания на то, что его не совсем правильно понимают.
– Телепортация - это мгновенное перемещение тела или нескольких тел в пространстве силой воли.

– Какие тела? Чьи тела?
– явно запутавшись, никак не могла понять врачиха.
– Тебя спрашивают, что ты сделал с Граром?

– Любые тела - свое, ваше, их.
– Негон указал на обеих санитарш, сидевших по бокам.
– А Грара я телепортировал за пределы Города-дома.

Врачиха некоторое время молчала, что-то продумывая.

– Да, да... все то же самое... Я всегда была уверена: помешанные без этого не бывают. Ты у нас, как все, - не простой. Ты, значит, особенный - ты телепортируешь. Да? Как же ты это делаешь? Чем? Покажи, не стесняйся!

Негон встал. Санитарши тоже встали, на всякий случай придерживая его за руки.

– Зажмуриваю глаза. Потом сильно желаю, просто бешено, по-сумасшедшему хочу и представляю, что телепортировал.

Он открыл глаза. На лице врачихи появилось выражение, что она увидела нечто и ждет продолжения чего-то невероятного: широко распахнуты глаза и рот. Наконец, кажется, осознав, что ждать больше нечего, она закрыла рот и отвела взгляд, ставший разочарованным.

– Хватит. Я устала. Вас много - я одна. Следующий сеанс психотерапии проведем завтра. Или послезавтра, когда отдохну. Тогда же определим окончательный диагноз и схему лечения.
– Она махнула рукой.
– Телепортируйте его в палату.

Санитарши отпустили руки пациента и, вопрошающе уставившись на врачиху, буквально нависли над ней. В глазах был надежда...

– Идите, идите!
– строго приказала врачиха младшему медперсоналу, не понявшему ее.
– Ведите его в палату, какую ему предписано.

Санитарши бережно подхватили и повели Негона, но уже как-то не так, как вели до сих пор. Как-то нежнее и неувереннее, что ли. Пару раз им приходилось спускаться по ступенькам, так богатырши на руках сносили Негона вниз. Уже у палаты, перед тем как пропустить Негона в распахнутую дверь, одна из богатырш решилась и просительно, робко поинтересовалась:

– Ты нас потом по-телу-портилуешь?

– Потом - обязательно.

Глава 6

Палата была двухместная - две кровати. И в ней никого не было. Не успел Негон осмыслить сей факт, как сзади на него навалился кто-то тяжелый и, рыкнув, начал душить. Машинально, не думая, Негон схватил душителя за уши, нагнулся и, подбросив того спиной, перекинул через себя. С душераздирающим ревом псих перелетел через голову и смачно хлопнулся об пол, на мгновение захлебнувшись и замолчав.

– У-ушши-и ото-орва-ал, ско-оти-ина-а!
– орал с жутко перекошенной физиономией Мзард.

Это был он, правда, выглядевший несколько непривычно в желтом больничном комбинезоне в черно-красный горошек, с небритым лицом и спутанными волосами. Видимо, он тоже узнал Негона, потому что, присев и перестав орать, сказал:

– Идиот, ты мне чуть шею не сломал и не оторвал уши. Не мог сказать что это ты? Негон обиделся:

– Сам идиот буйнопомешанный! Псих со слабыми ушами.

– Что-о?!
– Мзард поднялся и грозно сжал кулаки, но, видимо, если он и был идиотом, то не до такой степени, чтобы броситься на Негона.

Постоял, разжал кулаки и примирительно проронил:

– Я тебя не узнал. Сзади твоя лысина смахивает на его. Я просил, чтобы ко мне подселили Кинзе-ра, - лицо Мзарда опять перекосила ужасная гримаса.
– Я ведь та-а-ак про-оси-ил! Ки-инзе-ера-аа!

– 0-обма-ану-у-ули-ии!!!
– неожиданно завопил он во все горло и ринулся вперед.

Негон еле успел отпрянуть. Мзард промчался мимо и врезался в дверь. В пароксизме бешенства он стал биться о нее телом.

– Кинзера!
– орал, рычал он.
– Кинзера мне! Минут пять он так и бился с неиссякаемой энергией. В один из моментов ясно раздался голос санитарши из переговорного устройства над дверью:

– Может, тебя еще и телопортиловать?! Не понявший ничего Мзард продолжал беспощадно колотить дверь, царапать, бить кулаками, только что не кусать. И так до полного изнеможения, пока бессильно не сполз на пол, где и остался сидеть, облокотясь плечом о неподдающуюся дверь. Его тяжелый безумный взгляд зацепился за Негона.

"Это называется перебесился? Что же он делал, когда бесился по-настоящему?" - подумал Негон и решил, что Мзарда задевать не стоит, но одно выяснить надо - это было интересно.

– Мзард, а зачем тебе Кинзер?

– Чтобы задушить!!!
– воплем ответил Мзард. Воплем, наполненным сладострастным садистским предвкушением. Он дернулся, глаза его вновь вспыхнули безумием, а руки из последних сил стали сжимать воображаемое горло.

Мзард был крепким чувом, немного ниже Негона, зато значительно полнее и по весу, наверное, даже превосходил его. Что касается Кинзера, которого так жаждал Мзард, то он был одного роста с ним, но очень худ, с тонкой шеей, непонятно как умудрявшейся удерживать голову. Умную, надо признать, голову.

– За что?

Мзард уже успокоился, поднялся и, подойдя к своей койке, без слов повалился на нее. Минут через пять зашевелился и повернулся в сторону Негона.

– За что, спрашиваешь? Вот за то, что все наши тут - в сумасшедшем доме. Ты тут, я здесь, все тут! А он, возможно, нет.

Мзард побледнел, выглядел уставшим и постаревшим, но уже без блеска безумия в глазах, он успокоился и казался совершенно нормальным. Негону показалось, что сейчас его можно безбоязненно расспрашивать. Он сам стал ощущать все больший интерес к жизни - острота недавних переживаний проходила.