Чтение онлайн

Мама медленно встала. Ее бокал выпал из руки, но не разбился — Асмодей поймал его телекинезом в сантиметре от земли и вернул обратно в мамину ладонь.

— Маргарита? — голос мамы дрогнул. — Это... это что за цирк? Ты почему на доме прилетела? Пробки?

— Привет, мам! — я улыбнулась самой невинной улыбкой. — С днем рождения! Прости, задержались. На орбите трафик ужасный.

Через полчаса наша дача напоминала филиал "Великого Гэтсби", только с уклоном в славянское фэнтези.

Дядя Толя и баба Валя нашли общий язык на почве самогоноварения. Они смешали земной первач с марсианской настойкой. Результат превзошел все ожидания: дядя Толя начал левитировать над мангалом, переворачивая шампуры силой мысли.

— Хорошо пошла! — радовался он, паря в позе лотоса. — Зинка, смотри, я йог!

Тетя Зина была занята. Она строила глазки Шрёдингеру, который сидел на столе и дегустировал шашлык.

— Какой умный котик! — ворковала она. — А говорит как!

— Мадам, соус пересолен, — критиковал кот. — И мясо жестковато. Вы кого жарили? Депутата?

Асмодей сидел во главе стола рядом с мамой. Он очаровал ее окончательно.

— ...и вот тогда, Лариса Петровна, я сказал Наполеону: «Боня, не ходи в Россию, там холодно и дороги плохие». А он не послушал.

— Ох, какой вы эрудированный! — хихикала мама, помолодевшая лет на двадцать (магия Асмодея работала как лучший фотошоп в реальном времени). — А кем вы работаете?

— Управляю персоналом. Большим коллективом. Очень сложный контингент, грешники, знаете ли... то есть, сотрудники с проблемной мотивацией. Жарим их на работе... фигурально выражаясь.

Я сидела рядом, пила вино, которое само наполнялось в бокале, и чувствовала себя абсолютно счастливой. Мой безумный мир наконец-то собрался в единый пазл.

Вдруг из кустов вылез мокрый, покусанный муравьями Олег.

Он выглядел решительно.

— Хватит! — крикнул он, хватая вилку. — Я вызываю полицию! ФСБ! Охотников за привидениями! Вы все тут заколдованы!

Мама нахмурилась.

— Олег, иди домой, к законной супруге, ты портишь мне юбилей. И вообще, ты мне никогда не нравился. Жмот и зануда.

Олег задохнулся от возмущения.

— Я жмот?! Да я вам на 8 марта сковородку подарил! С антипригарным покрытием!

— Сковородку, — медленно произнес Асмодей, поднимаясь. — Ты подарил женщине сковородку. В аду за такое отдельный котел. С антипригарным покрытием, к которому ты будешь прилипать вечно.

Демон подошел к Олегу.

— Слушай меня, убогий. У тебя есть три секунды, чтобы исчезнуть. Иначе я превращу тебя в садового гнома. И поверь, местные собаки очень любят метить гномов.

— Раз, — сказал Шрёдингер.

— Два, — сказала Ленка, доставая телефон для съемки.

Олег посмотрел в горящие глаза Асмодея, на левитирующего дядю Толю, на светящуюся картошку...

И его психика не выдержала.

— Мама!!! — взвизгнул он и рванул через забор, пробив собой две секции сетки-рабицы.

— Скатертью дорога, — прокомментировала мама и повернулась к Асмодею. — Асмодеуш... можно вас так называть? А вы женитесь на моей Маргоше? А то часики то тикают...

Я поперхнулась вином.

— Мама!

Асмодей посмотрел на меня. В его взгляде плясали бесенята.

— Лариса Петровна, часики я остановил. У нас впереди вечность, но насчет свадьбы... Я подумаю. Только если вы будете печь пирожки на банкете.

— Договорились! — мама ударила по рукам с владыкой тьмы.

Вечер опускался на СНТ.

Наша пятиэтажка уютно светилась окнами, бросая отсветы на яблони.

Дядя Толя уснул в воздухе. Кот пел романсы под гитару.

Асмодей обнял меня за плечи.

— Хороший праздник, — сказал он. — Душевный. Я даже почти не хочу устроить апокалипсис.

— Почти? — улыбнулась я.

— Ну, соседи справа слишком громко слушают рэп. Может, маленькое землетрясение? Локальное?

— Нет.

— Ладно. Тогда просто фейерверк.

Он поднял руку к небу.

Звезды сорвались со своих мест и начали танцевать вальс, рассыпаясь золотым дождем над нашей дачей.

— С днем рождения, теща! — шепнул он.

И я поняла, что моя жизнь удалась. Даже если завтра нам придется объяснять налоговой, откуда у нас летающая недвижимость и тонна инопланетной картошки.

Утро в СНТ «Железнодорожник» наступило не с пением птиц, а с тяжелым вздохом вселенной.

Я открыла глаза в своей спальне на третьем этаже хрущевки. За окном, вместо привычного вида на московскую промзону, колыхались верхушки берез и чья-то теплица.

Голова гудела так, словно внутри нее марсиане устроили чемпионат по боулингу картошкой.

— Воды... — прохрипела я. — Или святой воды. Или цианида.

Дверь скрипнула. В комнату вошел Шрёдингер.

Кот выглядел подозрительно бодрым. На нем были темные очки и белый халат (где он его взял — загадка, возможно, ограбил местный медпункт). В лапах он держал поднос с дымящейся кружкой и огурцом.

— Доброе утро, пациент, — промурлыкал кот. — Диагноз: острая интоксикация счастьем и самогоном дяди Толи. Лечение: рассол и кофе с добавлением пепла феникса.

Я выпила рассол залпом. Мир перестал вращаться и обрел четкость.

— Где Асмодей? — спросила я, сползая с кровати.

— Владыка тьмы? Он внизу. Занимается ландшафтным дизайном и дипломатией. Твоя мама учит его полоть морковь. Это самое страшное зрелище за все мои девять жизней.