Чтение онлайн

Асмодей, наблюдавший за этой сценой с нескрываемым удовольствием, подал голос:

— Лилит, уходи. Ты видишь, здесь тебе не рады, и здешние ведьмы... они суровые. Это тебе не суккубы, это ЖЭК-левел.

Лилит, шмыгая носом и размазывая тушь, посмотрела на нас с ненавистью.

— Я еще вернусь! Когда тебе надоест этот... уют! Когда ты взвоешь от скуки и борща!

Она топнула ногой, и плитка в ответ больно укусила ее за каблук, откусив красную подошву.

— Ай! Проклятый пол!

С хлопком и запахом паленой резины Лилит исчезла.

В ванной повисла тишина, нарушаемая только бульканьем унитаза.

Баба Валя дунула на дуло пульверизатора, как ковбой.

— Истеричка, — вынесла вердикт она. — Маргоша, я там пирожков напекла с капустой. Будете?

Я посмотрела на Асмодея.

Он стоял посреди разгромленной ванной, в грязном фартуке, с криво приклеенным куском скотча на плече.

И он смеялся.

— Ты видела? — хохотал владыка тьмы. — Баба Валя ее уделала! Пульверизатором! Я люблю эту страну, я люблю этот дом.

Он подошел ко мне и крепко поцеловал.

— И я люблю тебя, моя ведьма. Ты даже не испугалась.

— Я просто знала, что у меня есть тяжелая артиллерия в лице соседки, — улыбнулась я. — Но зеркало жалко.

— Купим новое... в Икее.

— Нет! — хором закричали мы со Шрёдингером.

Асмодей поднял шпатель.

— Ладно. Тогда дозатираем швы. У нас еще полчаса, пока «Момент Вечности» не схватился. И, Марго...

— Что?

— Если она вернется, можно я сам в нее пшикну? Мне понравилось.

После изгнания Лилит и окончания затирки швов (которая, к слову, оказалась цвета «Антрацит Грешника», как и обещал Бельфегор), мы сидели на полу в коридоре.

Грязные, уставшие, но победившие.

— Я хочу в душ, — заявила я, разглядывая свои колени, покрытые серой пылью. — Если я сейчас не смою с себя этот ремонт, я превращусь в статую и меня поставят охранять подъезд вместо домофона.

Асмодей, который оттирал пятно клея с локтя, кивнул.

— Ванная готова, швы схватились. Плитка мурлычет, пора провести ходовые испытания. Я, как владыка, должен освятить этот водоем своим присутствием.

— Только после меня, — я встала. — Дамы вперед.

— В Аду вперед идут те, у кого больше рога, — ухмыльнулся он. — Но так и быть, мы пойдем вместе. Экономия воды, экология, все дела. Грета Тунберг одобрила бы.

Мы вошли в обновленную ванную.

Это было... величественно.

Черные стены и пол слабо пульсировали рубиновым светом. Хромированная сантехника сияла как врата в рай. Новая душевая лейка, та самая, из которой вышла Лилит, смотрела на нас с немым укором.

Я повернула кран.

Трубы издали звук, похожий на брачный зов умирающего кита.

— Вгууууу-кхххх-пшшш!

Вода не пошла.

Вместо нее из крана вырвался клуб ржавой пыли и чей-то тяжелый вздох.

— Это что? — спросил Асмодей. — Души сантехников?

— Это воздушная пробка, — авторитетно заявил Шрёдингер, заглядывая в ванную. — или водяной. В старых домах они злые. Пьют водку и воруют носки из стиралки.

Асмодей нахмурился. Он положил руку на смеситель.

— Я повелеваю! Теки!

Смеситель задрожал. Металл начал накаляться.

— Не кипяти! — крикнула я. — Прокладки сгорят!

Вдруг из сливного отверстия ванны показалось нечто.

Сначала это выглядело как комок волос и мыла, но потом у комка открылись глаза. Маленькие, злые глазки-бусинки.

Существо вылезло целиком. Это был склизкий, бурый комок с лапками, похожий на ожившую грязь.

— Кто посмел потревожить древнего?! — пропищало существо голосом, полным пафоса и обиды. — Я спал в колене сифона с 1985 года! Я видел, как вы сливали сюда суп! Я помню вкус «Доместоса»!

— О, — сказал Асмодей. — демон засора. Низший класс, подвид канализационный. Обычно они питаются утерянными кольцами и надеждами.

Существо встало на задние лапки и погрозило нам кулачком из слизи.

— Я требую жертву! Киньте мне золотую цепочку! Или хотя бы клок волос блондинки! Иначе вода не пойдет! Я перекрою магистраль до самого подвала!

Асмодей уже занес руку для испепеляющего заклинания, но я его остановила.

— Подожди, это мой дом и мои трубы.

Я наклонилась к демону засора.

— Слушай сюда, древний. У меня нет золота, зато у меня есть «Тирет Турбо» с усиленной формулой и вантуз, который видел вещи пострашнее тебя. У тебя три секунды, чтобы убраться в канализацию к соседям снизу. Они как раз вчера сверлили в семь утра. Им нужнее.

Засор посмотрел на вантуз в моей руке, потом на горящие глаза Асмодея и на Шрёдингера, который уже примеривался прыгнуть.

— К соседям? — переспросил он. — В 34-ю? Там, где собака лает?

— Туда.

— Договорились, — буркнул засор. — Но если они будут лить кофейную гущу, я вернусь.

Он с хлюпаньем исчез в сливе.

Через секунду трубы радостно загудели, и из крана хлынула чистая, мощная струя воды.

Мы наполнили ванну.

Асмодей достал из кармана маленький флакончик из черного стекла.

— Что это? — насторожилась я. — Очередное зелье из ада?

— Нет. Это я стащил у Лилит, пока она истерила. Написано «Пена для ванн: Слёзы единорога и экстракт забвения». Думаю, нам подойдет.

Он капнул одну каплю.

Вода мгновенно окрасилась в перламутрово-фиолетовый цвет. Пена начала расти.

Стремительно.

Она поднялась шапкой, после чего начала вываливаться за борта ванны.