Чтение онлайн

Задумчивый шофер вел машину и внимательно всматривался вперед, наслаждаясь мелодией размеренного рокота мотора. Каждое движение машины воспринималось как неотъемлемая часть этого мрачного зимнего пейзажа, а не просто перемещение из точки А в точку Б. Вокруг царила тишина, прерываемая лишь гулом колес и тихими завываниями холодного февральского ветра.

Илья на какое-то время отвлекся от дороги и с головой погрузился в свои мысли, думая о том, что их ждет. С каким противником им предстоит встреча? Может, это бандиты, которые обнаглели настолько, что посмели стрелять в представителя власти? А быть может, майор прав, и это недобитый враг, который то и дело вылезает из своих укромных схронов и подвалов, словно призрак минувшей войны, и продолжает свой бессмысленный ритуал, пытаясь гадить и уничтожать все, до чего дотянутся его паршивые лапы?

Все возможно, и нужно быть начеку. Противник вооружен и, безусловно, опасен! Поэтому Илья дал команду бойцам, чтобы они готовились. До места вызова осталось ехать всего две улицы.

Шофер, по команде, потушил фары и сбавил ход. От снега все вокруг было белым-бело, и улицу более-менее было видно. Илья приготовил ППШ. Бойцы на заднем сиденье зашевелились, защелкали затворы. В воздухе повисла напряженность, словно это то самое затишье перед яростной бурей. Илья помнил: так было всегда перед боем. Время, казалось, замирало, ожидая, когда они пойдут навстречу судьбе.

Он посмотрел на свои наручные часы: стрелки замерли на 2:35. Сердце колотилось. Машина преодолела последние двести метров. Впереди показалось двухэтажное здание жилой постройки, обнесенное со всех сторон высоким деревянным забором. В двух окнах второго этажа и у парадной горел свет. Видимо, не все лампы в этом городе перегорели, когда гремел тот странный гром.

Колеса газика с хрустом скользнули по тонкой корке льда, и водитель плавно остановил машину, не давая тормозам заскрипеть и тем самым не выдав их местоположение.

Время пришло!

Посреди улицы возвышался жилой двухэтажный многоквартирный дом. Его архитектура, впитавшая в себя дух времени, носила на себе следы довоенной эпохи: покрытая черепицей покатая крыша, высокие кирпичные стены, широкие окна с изящными резными рамами и парадные двери с лестницей и деревянными перилами.

На первом и втором этажах располагались уютные квартиры с небольшими кухнями, где запах свежего молока и домашней выпечки смешивался с ароматом цветущих цветов, растущих на подоконниках. Этот дом, казалось, хранил в себе воспоминания о прошлом — жильцы, занятые своими заботами, собирались здесь, делясь новостями и воспоминаниями о прожитых годах. Громкие голоса детей, смеющихся на площадке, и тихие разговоры пенсионеров создавали ту самую симфонию, в которую переплетались судьбы и истории жильцов этого дома.

Водитель остановил машину у забора, что вздымался рядом с воротами. Высоко над ними раскинулся могучий орех, чьи раскидистые ветви образовывали удачное природное укрытие. Отсюда, по идее, автомобиль был бы невидим для случайных глаз — ни со двора, ни из окон второго этажа дома.

Старая жестяная табличка, потемневшая от времени, была кое-как прикреплена к забору и, покачиваясь на ветру, периодически шлепала о деревянный забор, оглашая окрестности неприятным шаркающим звуком. На ней черными печатными буквами было выведено: «Плеханова, 4».

Стало быть, приехали! Это отсюда звонил участковый Гришин. Нужно было проверить сначала этот дом и найти, собственно, самого Гришина. Ну, или его тело, если ранение оказалось слишком серьезным…

Илья плавно открыл дверь газика и аккуратно полез на выход. — Только дверьми не хлопать!

Бойцы оперативно покинули машину, выполнив приказ Ильи, и практически бесшумно переместились под укрытие дерева. Последним покинул машину шофер и также присел у ореха.

Илья шепотом начал давать указания:

— Лейтенант Зияттулин!

— Я! — Зияттулин придвинулся ближе, чтобы лучше слышать.

— Продвигаешься вдоль забора и занимаешь позицию с тыльной стороны здания. Никого не впускать — никого не выпускать! Огонь открывать только ответный. Нехватало еще гражданских покрошить… Понял?

— Есть, товарищ старший лейтенант!

— Всё, давай, выполняй!

— Есть выполнять! — Зияттулин, пригибаясь, побежал вдоль забора и исчез в темноте, свернув за угол.

— Самарский!

— Я! — лейтенант Самарский также прильнул ухом к Илье.

— Твоя восточная сторона. Всё делать так же. Никого не впускать, никого не выпускать. Огонь — только ответный!

— Есть, товарищ старший лейтенант!

— Всё, давай. И чтоб бдительно!

— Есть, бдительно! — Самарский побежал вдоль забора в сторону, откуда они приехали, и также, как и Зияттулин, исчез в темноте, свернув за угол забора.

Илья провел бойца глазами и продолжил:

— Найденов!

— Я.

— Ты сторожи западную сторону. Всё, как и сказал тем двоим. Понял?

— Так точно, товарищ старший лейтенант!

— Вперед!

— Есть! — Найденов рысью помчался в сторону уходящей вперед улицы. Свернув за угол забора, он растворился во тьме.

Как и любой житель городской среды СССР, Илья прекрасно знал, что забор, каким бы высоким и добротным он ни казался, не может быть сплошным. Обязательно должны быть какие-то дыры или лаз. Люди никогда не ходят только через центральный вход, например, во двор соседнего дома, если он расположен с тыльной стороны. Кому придёт в голову идти в обход? Вот жители и делают, так сказать, короткие, неучтённые пути. Для удобства.

Именно поэтому Илья отправил бойцов контролировать все возможные пути, по которым могли попытаться сбежать те, кто атаковал участкового.

И сейчас с Ильей остался только один шофер.

— Ну а ты, Петр Ефимыч, будь тут. Машину сторожи, да по сторонам поглядывай! И не глуши мотор на всякий. Вдруг гнать надо будет. Понял? — Илья решил не фамильярничать с пожилым лейтенантом. Человек в годах, да и опытный. Ему «ать-два» не надо.

Перт Ефимович лишь кивнул. — Слушаюсь, Илья Андреевич. Всё сделаю. — Затем он немного замялся. — Разрешите спросить?

— Спрашивай.

— А вы туда один? — лейтенант указал на дом.

Илья кивнул. — Придется. Некому больше! Не этих же… — Он указал в сторону скрывшихся из виду бойцов. — Час как от мамкиной сиськи! Сам пойду. Где наша не пропадала? На фронте и не такое приходилось!

— Эт точно! — согласился лейтенант.

— Всё, пошел! — скомандовал Илья сам себе и, приготовив ППШ, низко пригибаясь, шмыгнул вдоль забора к воротам. Уже вдогонку он услышал тихий голос Петра Ефимовича: «С Богом!» Илья хотел было возразить на реплику лейтенанта. Не дело советскому офицеру такое упоминать! Но… оставил. На самом деле, он не особо верил в Бога, да и как бы не положено. Но для себя решил: пусть поможет. Авось пронесет нелегкая. Доброе дело делаем!