Чтение онлайн

— Но сейчас тебе стало интересно.

— Да. Потому что слишком много внимания со стороны других богов привлекла эта песчинка. Когда на одну точку в пространстве смотрят сразу столько глаз, это перестает быть мелочью.

Федор задумался. Он понимал, о чем она говорит. Нечто, божества, Созидательница, теперь еще и Кузнецов со своим божественным статусом. Слишком много игроков на одной доске. Да, все это он узнал от своей богини.

— И что ты от меня хочешь?

— Того же, что и всегда. Чтобы ты работал.

— Конкретнее.

Богиня улыбнулась. Улыбка у нее получилась странной, потому что черты лица продолжали плавать, и в какой-то момент Федору показалось, что он видит сразу три лица одновременно.

— Ты уже начал, витязь. Ты даже не подозреваешь, насколько глубоко ты в это влез.

Федор скрестил руки на груди и уставился на нее. Он не был из тех, кого легко запугать загадочными фразами. Долгие годы жизни приучили его к тому, что за каждой красивой метафорой обычно прячется простая и не очень приятная правда.

— Я не подозреваю, значит? — он наклонил голову набок и растянул губы в улыбке. Шрамы на щеках разошлись, обнажая полоску зубов. — Допустим. Тогда объясни по-человечески, а не как… — он дернул подбородком, — как богиня.

— Ты рядом с теми, кого я хочу наблюдать. Рядом с Нечто и его людьми. Продолжай наблюдать.

— Наблюдать? — Федор фыркнул. — Это все?

— Пока да. Мне нужны глаза. Пока что…

— А когда понадобятся руки?

— Тогда ты об этом узнаешь.

Федор помолчал. Волна опять лизнула его босую ступню. На этот раз вода была теплой, почти горячей.

— А долг? — спросил он.

— Долг останется, пока я не скажу обратное. Но каждое выполненное задание уменьшает его. Это справедливо.

— Справедливость от богини, — пробормотал Федор. — Звучит как анекдот, который я когда-то слышал в пивной.

Глаза богини потухли на мгновение и вспыхнули снова.

— Тебя всегда спасало чувство юмора, витязь. Не теряй его.

— Не потеряю. Мне больше терять нечего.

— Не обманывай меня, витязь, — ухмыльнулась она. — Мы оба знаем, что тебе есть что терять…

Силуэт богини начал таять. Краски острова, и без того яркие, будто кто-то выкрутил насыщенность до предела.

— Последний вопрос, — окликнул Федор, пока она не исчезла окончательно. — Почему ты не принимаешь человеческий облик?

Тишина. Потом, откуда-то сверху, донесся негромкий и почти человеческий смешок.

— Я не хочу опять становиться песчинкой.

Голос пропал окончательно.

Федор пошел вдоль берега.

За валунами, скрытая до этого момента от глаз, стояла маленькая лодка. Деревянная, с одним веслом. На дне лежал сверток, в котором угадывались очертания ботинок. И записка, прижатая камнем.

Федор подошел, развернул записку. На ней было одно слово, написанное каллиграфическим почерком: «Север».

— Исчерпывающе, — хмыкнул он, натягивая ботинки.

Потом сел в лодку, оттолкнулся от берега и поплыл.

Побережье.

Федор Дункан сидел на перевернутой рыбацкой лодке и ел сушеное мясо из пакета. Мясо было жестким и безвкусным, но после трех суток на дирижабле, где приходилось питаться непонятной соевой кашей, сойдет и такое. Он жевал, смотрел на океан и перебирал в памяти все, что услышал за последние дни.

Богиня направила его на тот дирижабль для наблюдения. Попасть на борт оказалось до смешного просто. Матрос на трапе даже не стал проверять документы, когда Федор представился официантом, опоздавшим из порта. В рваной рубашке, мокрых штанах и с физиономией, от которой шарахаются дети. Официант, ага. Но матросу было плевать. Ему платили за другое.

На камбузе Федор нашел форму официанта, и спрятал под нее свои кинжалы. В женской раздевалке он нашел косметику и тональный крем, чтобы скрыть шрамы. Получилось так себе, но при тусклом освещении никто не приглядывался. Прислуги на дирижабле было человек двадцать, и все держались друг от друга на расстоянии. Никто не дружил, не болтал и не спрашивал лишнего. Видимо, хозяин подбирал людей, которые умеют молчать.

Ах да, хозяин. Вот тут и начиналось самое любопытное.

За столом в кают-компании сидел Буслаев. Глаза полностью черные, без белков и без зрачков, пальцы нервно теребят край карты, хоть он и скрывал их за солнцезащитными очками. Рядом сидел какой-то деловой мужчина в костюме.

Буслаев предлагал отправить к Кузнецову тех божеств, от которых Нечто хочет избавиться. Умный ход, если подумать. Пусть Кузнецов убивает неугодных, а Нечто экономит силы и расчищает себе дорогу. Федор слушал все это, порхая по залу с подносом в руках, и запоминал каждое слово. Потом аккуратно подошел и долил Буслаеву чаю, когда тот щелкнул пальцами. Федор умел отвести от себя взгляд.

Три дня он провел на борту. Разносил еду, мыл посуду, протирал столы и слушал. Слушал внимательно. За это время дирижабль пролетел над половиной Тихого океана и добрался до Австралии.

Когда корабль завис над красной пустыней, Федор понял, что пора уходить. Буслаев стал подозрительным. Дважды за последний день он задерживал на Федоре взгляд чуть дольше обычного, толи из зза шрамов, то ли он что-то стал подозревать. Пока ничего конкретного, но Дункан не стал ждать, пока его раскроют.

Он спустился по тросу ночью, когда дирижабль остановился у побережья. Забрал из камбуза пакет с сушеным мясом, флягу воды и блокнот, куда записывал все, что услышал. Блокнот теперь лежал у него за поясом и грел ребра.

Привычка записывать была давней. Владимир говорил: «Голова у тебя одна, Федя, а память дырявая, как решето». Федор всегда возражал, но блокнот все равно завел.

Он доел мясо, смял пакет и сунул в карман. Встал с лодки, отряхнул штаны. Солнце палило нещадно, песок обжигал ступни даже через подошвы ботинок.

— Ладно, — пробормотал Федор, глядя на бескрайнюю рыжую пустыню. — Пробежимся немного. Хоть жирок растрясти…

Он огляделся. Побережье было пустым, если не считать нескольких чаек и краба, который подозрительно таращился на него из-за камня.

— Что уставился? — буркнул Федор крабу. — может тебя с зажарить?

Краб не ответил и полез обратно под камень.

Федор вздохнул, закинул флягу на плечо и побежал на север. Где-то там, в нескольких сотнях километров, был ближайший город. А в городе можно найти связь. Телефон он потерял еще на подмосковной трассе, когда богиня решила забрать его на тропический курорт без предупреждения.