Чтение онлайн

Они поднялись над Карпатами и полетели на юг, к столице. Руины замка Цепеш скрылись в горном тумане.

Поместье Кузнецовых.

Сахалин.

На кухне поместья было тихо. Так бывает только ранним утром, когда дети еще спят, Маша и Света еще спят, и вообще весь дом еще спит.

Хотя сегодня был особенный случай. Я и Валера… Да и вся остальная часть дома была на передовой и убивала монстров в образовавшейся Дикой Зоне. И только под утро все вернулись.

Мы с Валерой сидели напротив друг друга за длинным столом. Между нами стояла тарелка, на которой горой возвышались свежие пирожки с капустой и мясом. И эта гора стремительно уменьшалась.

Маруся подошла бесшумно, поставила вторую тарелку и так же бесшумно удалилась. Кажется, она давно смирилась с тем, что эти двое могут молча уничтожить месячный запас выпечки за один присест. Хотя она тоже всю ночь сражалась, это не помешало ей на скорую руку сварганить хлебобулочные…

Валера ел отрешенно, уставившись в одну точку. Было видно, что сейчас он ни о чем не думает. Я ел молча, потому что после вчерашнего мой организм отказывался воспринимать любую информацию, которая не поступала через желудок. Лора, сидя на подоконнике в пижаме с кроличьими ушками, тоже молчала. Видимо, даже ей нечего добавить.

В этой блаженной тишине послышались шаги. Трофим вошел на кухню, как всегда, прямой и собранный.

— Дикая Зона оцеплена полностью, — доложил он. — Основные силы перенаправлены на возведение стен. Ковальский уже на месте, координирует строителей. Перестукин развернул три блокпоста на подступах. Игорь контролирует водный периметр с южной стороны.

Я кивнул, не переставая жевать и смотреть в одну точку.

— Инцидентов за ночь не было, — продолжил Трофим. — Мелкие твари пробовали прощупать оцепление, но гвардейцы их перестреляли. Наталья запросила еще два дня на изучение остатков портала.

Я кивнул еще раз.

Трофим постоял секунду и потом добавил.

— А еще у нас выросли по две руки, и у некоторых кожа посинела.

После моего очередного кивка он поклонился, добавил что-то про то, что никто не понимает его шуток, и удалился.

Мы продолжили есть.

Тишина вернулась, а вместе с ней и ощущение, что жизнь не так уж и плоха, когда у тебя горячие пирожки и никто не пытается тебя убить. Хотя бы в ближайшие полчаса.

На середине четвертого пирожка я поднял голову.

— Валера.

— М?

— А тебе не ждут в КИИМе? Ты же вроде должен качать Фанерова и остальных.

Валера откусил половину пирожка, прожевал и запил чаем из кружки, которая в его руках выглядела как наперсток.

— Я дал им задание и ушел в магазин, — беспечно ответил он.

— Зачем?

— Да хотелось чего-то такого… — он помахал пирожком и закинул в рот.

— Ясно… Задание хоть сложное?

— Ну а как иначе? Других не знаю, — он невозмутимо потянулся за следующим пирожком. — Если они не справятся с первым заданием, то и со вторым не справятся. А мне нервы дороже. Хотя там булки дешевле, между прочим. Сахалинские цены кусаются. Эх… Где моя казна…

Я отставил кружку.

— И что за задание?

Валера облизал пальцы и устроился поудобнее. Стул под ним жалобно скрипнул.

— Огненный шар, размером с голову, — пояснил он. — Держать в руке, не давать погаснуть. Когда энергия начнет заканчиваться, уменьшить пламя до минимума, пока энергия не восстановится, а потом снова разжечь до прежнего уровня. И так держать минимум до завтрашнего утра. Ни больше, ни меньше.

— Сутки? — уточнил я.

— Сутки, — подтвердил Валера. — Кто уронит, тот выбывает. Кто перегорит, тот выбывает. А кто сможет удержать, тот поймет, что такое настоящий контроль энергии, а не эти детские фокусы, которым их учат на лекциях.

— Понятно, — кивнул я.

Мы замолчали и продолжили есть пирожки.

— Кстати, — добавил Валера, тщательно прожевав, — мы же хотели устроить спарринг в КИИМе? Нет? Я бы не отказался от хорошей драки. В этом мире их так мало…

— Запишу в заметки между «война с Египтом» и «нашествие божеств», — кивнул я. — Надо понять, какой приоритет у этого спарринга в моем списке.

— Приоритет номер один, — серьезно кивнул Валера.

Сахалин.

Ближе к полудню.

По дороге в администрацию, я связался с Элем через детальку. Болванчик передал изображение: на фоне карпатских гор стоял вампир в разорванном костюме, без туфель и с Фанеровым-старшим, который висел у него на плече, завернутый в какой-то ковер.

— Мы в столице, — сухо доложил Эль. — Фанеров жив, но нуждается в серьезном лечении. Вылетаю на Сахалин через два часа.

— Принял. Жду.

Я отключился и тут же набрал другой номер.

— Фанеров, — ответил Женя после второго гудка.

— Женя, это Миша. Твой отец найден. Он жив. Эль везет его на Сахалин.

На том конце повисла тишина. Потом Женя кашлянул, и было очевидно, что кашель этот к простуде никакого отношения не имеет.

— Когда? — спросил он осипшим голосом.

— Через пару часов будет в лазарете. Скоро буду в КИИМе, заберу тебя оттуда и поедешь к отцу.

— Все! Жду!… Это… Может тебе кофе взять?

— Не ну это уже слишком большая похвала, Жень… Не стоит.

Российская Империя.

КИИМ.

Портал выбросил меня в Широковском Поместье, а оттуда до КИИМа было рукой подать. У ворот меня уже ждал Женя. Он стоял в расстегнутой куртке, без шарфа, с красными глазами. Вид у него был такой, будто он не спал трое суток.

— Я готов, — коротко бросил он.

Мы молча прошли через ворота, и я заметил, что на стадионе и во дворе института творилось нечто интересное. Около ста студентов стояли, сидели, или лежали на снегу. Каждый из них держал в руке огненный шар. Кто-то уверенно, кто-то трясущимися пальцами. Несколько шаров уже потухли, и их хозяева сидели, обхватив колени, с опустошенными лицами. Арнольд, здоровенный шкаф, держал свой шар на вытянутой руке и при этом умудрялся что-то жевать. Дима стоял рядом с Антоном, оба сосредоточенные. Виолетта держала свой шар двумя руками и мурлыкала какую-то мелодию.

— Это что, задание Валеры? — спросил я.

— Ага. Псих, — фыркнул Женя, но в его голосе не было злости, что меня удивило.

— А ты почему не участвуешь? — удивился я.

— В смысле? — он непонимающе выпучил на меня глаза. — Ты ж позвонил, сказал отец нашелся. Я и закочнил…

— А… Ну да, точно, — я виновато пожал плечами. — Ты уж извини.

— Кузнецов, ты че, дурак? Поехали к отцу!

— Ладно, уже едем!

Сахалин.