Чтение онлайн

На время до похорон я вообще запретила себе что-либо менять. Дом Ксандра жил по отлаженному графику, несмотря на смерть хозяина. Пока тяжело раненый управляющий проходил лечение, бытовыми делами заведовал его помощник Кастор. Личность более приятная, чем отец Фарониса. Потом Сарвис вернулся и занял своё законное место.

Не все родственники, прибывшие на похороны, остановились в особняке, но и тех, кто пожелал так поступить, было достаточно. Я приняла это как неизбежность и намеренно отстранилась от переживаний за невольников, которых даже не успела запомнить по именам. В конце концов рабы Ксандра были привычны к приёму гостей. Им нужно было пережить тяжёлые дни, чтобы получить шанс на лучшее будущее.

Мои ребята находились дома, ограждённые от суеты и волнений. У себя я почти не бывала, виделась с ними редко, и единственным, кто оказался рядом сегодня, был Эрик.

Вчера он сам попросился поехать со мной. Я знала, что и Тадиус ловит каждое моё движение в надежде быть выбранным и считает себя проигравшим, хотя на просьбу Эрика я откликнулась вовсе не из желания иметь рядом раба для плотских утех или даже моральной поддержки.

Дело в том, что для Эрика было важно поставить последнюю точку в отношениях с Ксандром. Вернуться в ненавистный дом, поборов страх, и быть поблизости во время погребения. На похоронах он не светился, но тело своего мучителя видел до сожжения.

Сейчас Эрик ожидал меня в спальне, где я успела обустроиться и уже не чувствовала себя так неуютно, как в первые ночи. Прижиться на территории Ксандра, даже в комнате, принадлежавшей Сабрине с детства, оказалось в разы тяжелее, чем в своём доме.

При моём появлении Эрик опустился на колени. Я подала ему знак, чтобы вставал, подошла и ткнулась в тёплые объятия. Скопившаяся усталость накрыла меня с головой. Сил сообщать о планах Нортона не оставалось.

— Мне надо поспать, — решила я. — Помоги раздеться, пожалуйста.

Последнее слово произнесла с особенным удовольствием. Теперь только я определяла, как разговаривать с рабами.

Местные платья будто специально шились таким образом, чтобы слуги не оставались без работы. Утром со мной возилась Ашта, сейчас мы с Эриком совместными усилиями разобрались с застёжками на траурном наряде.

— Как всё прошло? — осторожно спросил Эрик.

— Под конец я думала, что они объявят Ксандра святым. Несправедливо.

— И хорошо для вас. Ксандр уже наказан. Его репутация — часть вашего наследства. Чем чище она будет, тем лучше.

— Повторяешь за Джерадом и Нортоном.

— Я не слышал ни того, ни другого.

— Ксандр не испытал и доли страданий, на которые обрекал других.

— Его больше нет, это главное.

Я доплелась до кровати и рухнула в неё с наслаждением. За окном ещё было светло, но, кажется, я могла проспать до утра.

— Не сиди голодным, ладно? — попросила Эрика. — Сходи поужинай. И спать обязательно ложись со мной. Не как вчера.

Точно так же задремав накануне вечером, ночью я обнаружила его на полу рядом с кроватью.

Даже наедине Эрик продолжал обращаться ко мне на вы и исполнять рабские ритуалы. Он говорил смелее и откровеннее, чем другие невольники, откликался на ласку, но о правилах не забывал. Я и сама не разобралась, какими должны быть наши отношения. Хочет Эрик пользоваться теми крупицами свободы, которые я могу предложить, или старается не давать себе воли, чтобы в других ситуациях не испытывать болезненного разочарования и не огрести неприятностей.

— Я понял, госпожа. Благодарю.

Ну вот, лишнее напоминание о его статусе то ли мне, то ли себе

Ксандра больше не было в мире живых, но я боялась, что за те сутки, пока Эрик находился у него в руках, этому садисту удалось окончательно выбить дух свободы из многострадального раба. На лечении Эрик пробыл почти столько же, сколько Сарвис. Его не только зверски выпороли, но и жёстко изнасиловали, а также сломали несколько костей.

Слава здешней медицине! За минувшие дни на теле Эрика не осталось ни следа от полученных ран. Вот только старые шрамы на руках он попросил не убирать, и это настораживало.

Когда я засыпала, Эрик сидел на диванчике в углу и листал книгу, которую взял с ближайшей полки. Мне показалось, что он скорее делает вид, чем по-настоящему увлечён её содержимым.

Эрик

Читать ему и правда не хотелось.

Когда дыхание госпожи стало глубоким и ровным, Эрик поднял глаза, чтобы полюбоваться ею.

Красоту Сабрины Вангангер он видел и признавал всегда (отрицать её мог только слепой), но раньше ему бы в голову не пришло смотреть на хозяйку вот так. И дело было не в страхе наказания, которое полагалось за подобную дерзость. Он просто не чувствовал потребности любоваться женщиной, которой принадлежал как вещь.

Сабрина с одинаковой лёгкостью использовала его для помощи в научной работе и игр в спальне. Он не боялся её и не испытывал ненависти. Весь его страх был сконцентрирован на Ксандре, а ненависть досталась предателям, по чьей вине погиб Орден Познающих.

Сабрина была детищем своей семьи и системы. Эрик оценил её ум и научные достижения, но даже не помышлял о близости как физической, так и душевной. Достаточно было поменьше попадаться ей под горячую руку.

Гибель Сабрины оказалась неожиданной и неправильной. Уклад жизни, к которому Эрик немного притерпелся, был разрушен. Сначала появилась Инга, потом Табета. Тело госпожи оставалось тем же, но разум играл с Эриком странные шутки. Он знал, что имеет дело с разными женщинами, и каждая казалась ему внешне немного другой.

Так случилось и с Ириной. Правда, вскоре Эрика настигло неожиданное открытие. Чем дольше он общался с ней, тем сильнее хотел сблизиться и смотреть. Не как на хозяйку, а как на женщину.

Сперва он запрещал себе даже думать о таком, но чем дальше, тем мучительнее становилось желание быть для неё интересным. Как Тадиус. Как Ниан.

В конце концов Эрик набрался смелости в открытую предложить себя и получил отклик, о котором не смел и мечтать. Он понимал, что интерес Ирины замешан на жалости, и всё равно был до одури счастлив, из-за чего нарушил той ночью кучу правил: от запрета на сон в постели госпожи до неподчинения её приказам.

Потом Ксандр вернул его в свой дом, и Эрик сутки мечтал об одном — умереть поскорее. Однако случилось событие из ряда вон выходящее: чипы контроля киборгов вышли из строя и Ксандр погиб. Его не стало совсем. Навсегда.

Эрик не осознал этого до конца, даже увидев готовый к сожжению труп господина.

Он понимал, что по-прежнему слаб и уязвим. Тень Ксандра нависала над ним, разум опутывали тягостные мысли, а тело помнило о пережитых издевательствах.

Такой мужчина не мог претендовать на место рядом с госпожой. Наслаждаться его страданиями она бы не стала, а жалость была не тем чувством, которое Эрик хотел в ней подпитывать.