Чтение онлайн

— Он не просто оттолкнул, он держал меня и бил! — не преминул вставить Элберт.

— Вы приставали к Лейле! Она моя рабыня! Не знала, что в вашем кругу принято пользоваться чужим имуществом без ведома хозяев, — возмутилась я.

— Тебя правда волнует именно это? — воскликнула Вайола. — Элберт бы её не испортил и заплатил, если надо. Он показал себя не с лучшей стороны, согласна. Примите наши извинения. Только речь сейчас о другом. Оскорбление, нанесённое ему, в разы тяжелее.

— Согласен. Такое поведение раба недопустимо, — поддержал супругу Мааль.

Другие свидетели происшествия во мнениях разошлись.

— Ниан не бил его, госпожа. Он подставлялся, чтобы защитить меня. Только один раз схватил господина за руку, когда мне было больно, — сообщила Лейла.

— Не знаю, с чего всё началось. Когда я подбежала, они лежали на земле, Ниан был сверху, но я не заметила с его стороны агрессивных действий, — доложила Ирлис.

— Я так растерялся, госпожа. Не понимал, что делать, — затараторил Рей. — Увидел, как Ниан борется с господином, как отталкивает его от Лейлы, а потом они сцепились, и Ниан повалил господина на траву. Я и помыслить не мог, что раб на такое способен!

Ниан посмотрел на Рея как-то странно, однако ничего в своё оправдание не сказал.

Через несколько минут нас пригласили на пост охраны, где был развёрнут широкий экран. Съёмка, правда, велась из удалённой точки, изображение пришлось приблизить, а разговора между Нианом и Элбертом слышно не было.

Мы прокрутили запись два раза, один в замедленном режиме под недовольное ворчание Вайолы и шипение Элберта.

— Раб, несомненно, виновен, — вынес вердикт Нортон, — но я не вижу тут состава серьёзного преступления. Было самовольное вмешательство в дела свободного человека, неповиновение и попытка освободить девушку.

— Он повалил меня и ударил! — Элберт ткнул пальцем в царапину на лице.

— Ты поранился, когда падал, а случилось это без участия раба, — неожиданно жёстко отрезал Нортон. — Иллюзорум, да?

— Что? Какое отношение…

— Употребление иллюзорума твоё личное дело, но ты всё ещё находишься под его воздействием, и нарушение координации — одно из основных побочных явлений. Как и приступы неконтролируемых эмоций, в том числе агрессии. Раб, конечно, спровоцировал её, однако и ты вёл себя неадекватно. За всё, что происходило при падении и после, раб ответственности не несёт.

— Это оскорбление!

— Оно было нанесено и Сабрине. Моя невеста очень щепетильна, когда дело касается живого имущества. Лейла её личная рабыня. Сабрина не делится такими, и если бы ты довёл дело до конца, то отношения между вами были бы окончательно испорчены. Однако сейчас мы можем найти приемлемый для всех выход. Раба накажут за неподобающее поведение, и вы получите компенсацию от меня лично. Отведите его в камеру, — приказ был отдан одному из охранников. — Желаете присутствовать? — этот вопрос Нортон задал Вайоле и её мужьям.

— Да, — женщина скривила губы.

— А меня никто спросить не хочет? — возмутилась я.

— Сабрина, ты же не станешь оспаривать очевидное?

Он подхватил меня под руку и вывел наружу, прошептав на ухо:

— Ты хоть понимаешь, что происходит?

— Понимаю, — кивнула я. — Обкурившийся подонок хотел изнасиловать Лейлу и избил Ниана.

Лицо Нортона, и без того мрачное, потемнело ещё сильнее.

— Твой раб совершил проступок, прощения за который не предусмотрено.

— Мои рабы, мои правила.

— Наедине хоть сажай их с собой за один стол, — с этим разрешением он опоздал, — но дело коснулось влиятельных людей. Можешь разорвать с ними отношения, я тоже могу. Вот только этот случай будет передаваться из уст в уста. Ты скомпрометируешь себя, и если Вайоле придёт в голову подать жалобу, то освобождение мальчишки, которое ты желаешь устроить, окажется под вопросом. Да, для обвинителей дело заведомо проигрышное, до конфискации раба не дойдёт, однако на руку вам обоим не будет.

— Брось, Нортон. На записи видно, что Элберт избивал Ниана, а не наоборот. Завтра он протрезвеет или окончательно утонет в своих галлюцинациях. Этим людям доступны все блага Коалиции. Зачем заморачиваться из-за одного раба? Тем более раба Сабрины Вангангер. Всё забудется.

— Забудется, если сейчас мы поступим правильно, а не создадим непонятный и оскорбляющий семью Шин прецедент. Давай сделаем так, чтобы эта история ограничилась сегодняшней ночью.

— Госпожа! — Ниана как раз вели мимо, и он успел обратиться ко мне. — Пожалуйста, не дайте Лейле туда пойти. Она не должна слышать, как я кричу, и видеть всё…

Я застонала.

Лейлу пришлось передать в руки Тадиуса. Напугана она была даже сильнее Ниана, ещё пыталась сбивчиво его оправдать и, осознавая тщетность своих попыток, глотала слёзы. Глядя на неё, я ощущала такое же отчаянное бессилие. Аргументы Нортона были убедительны.

— Присмотри за ней. Попробуй успокоить, — дала я Тадиусу не самое простое распоряжение.

Мир рассыпался на глазах, с него сползали жизнерадостные краски, являя иную, жестокую реальность, уже хорошо мне знакомую. Среди помещений, доступных для пользования, в волшебном островном отеле имелась камера наподобие той, которые были в домах и у Сабрины, и у Ксандра, только находилась она не в подвале. Я бы никогда не догадалась, что за самой обычной дверью скрывается небольшая комната без окон, со вбитыми в стену оковами и инструментами для экзекуции. Невольно вспомнила о том, с какой уверенностью Нортон приказал отвести сюда Ниана: командующий точно знал, что камера здесь есть, а может, уже пользовался ею для наказания своих невольников. Либо для него наличие подобных помещений в любом месте было само собой разумеющимся.

Я не знала, как смогу перенести происходящее. Невыносимо было, уже когда Ниан начал раздеваться. Не так давно я верила, что он больше никогда не окажется голым перед чужими людьми, что у меня есть власть его защитить.

— Попроси прощения сейчас, — жёстко распорядился Нортон.

Наверное, так было нужно, но если бы командующий не направлял Ниана, я бы не смогла отдать до боли несправедливый приказ. Когда Ниан опустился перед Элбертом на колени, это было как удар под дых.

— Господин, я был непозволительно дерзок и прошу прощения за своё поведение, — понурив голову, покаялся Ниан.

Ответ рабу Элберт счёл ниже своего достоинства, только повернувшись к Вайоле, поведал:

— Надеюсь, из него выбьют всю спесь и на ноги в ближайшие дни он встать не сможет.

Когда Ниан вставал, я увидела страх на красивом лице. Тем не менее он сам подошёл к стене и вложил запястья в металлические браслеты.

Охранник Нортона, который исполнял обязанности палача, взялся за плеть.

Ниан взвыл после третьего удара. Кровавые полосы ложились на его спину и поясницу одна за другой. Десяток особенно сильных ударов пришёлся на ягодицы. С болью Ниан не справлялся, и его крики кромсали моё сердце. В этой сцене не было ни отголоска тех эротических мотивов, которые присутствовали во время порки Тадиуса или того же Ниана в моей спальне. На миг в сознании проснулась Табета, но с лёгкостью её я заткнула. Мне не нравилось и не могло понравиться жестокое избиение доброго, нежного и невиновного парня. Когда счёт ударов приблизился к четвёртому десятку, я сделала шаг вперёд и открыла рот, чтобы прекратить этот беспредел, но слова Нортона прозвучали раньше: