Чтение онлайн

Туристы уже отправились восвояси и теперь дремлют в зале вылетов аэропорта Шёнефельд. Завтра утром эта «раскрепощенная мировая элита» заполнит офисы компаний в Милане, Женеве, Осло, Париже или Дублине. Ушел даже Свен Марквардт – спать или, может быть, танцевать… И только молодежь все прибывает, хотя ей уже не приходится стоять в очереди. Часов в семь или шесть утра в очереди придется провести не менее 30 минут, а в самый разгар праздника – около полуночи, – когда Berghain заполняют тысячи посетителей, очередь отнимет у вас не менее полутора часов. По воскресеньям в клубе от 500 до 600 человек, но несмотря на скопление народу и уровень децибелов, чувствуешь, как люди проникаются некой доверительностью по отношению к друг другу, а атмосфера праздника вполне конфиденциальная. Можно выйти и перекусить на вокзале рядом с клубом и потом вернуться. Подручные Свена не забудут, что они вас выпустили. Люди выглядят необыкновенно свежими, несмотря на эксцессы предыдущих часов, не ощущается также духоты и дышится легко – разумеется, благодаря высоте потолков. «Когда возвращаешься в 10 часов утра после отлично проведенной ночи, не нуждаешься ни в каких стимуляторах», – заверяет меня моя подруга, бьющая через край энергия которой уже не требует никаких доказательств. Большинство праздников заканчиваются в «Бергхайне» в 20 часов, но иногда, когда отмечают день рождения диджея, веселье затягивается до понедельника. Да здравствует четверг, когда клуб вновь откроет свои двери!

Не спрашивайте меня, как такое произошло, что в один прекрасный день 1924 года южноамериканское растение (я говорю о мате) оказалось в рецепте немецкого доктора, который разработал напиток в противовес кока-коле. И вот на протяжении двух-трех последних лет берлинцы вновь открыли для себя «Клуб-Мате», лимонад с большим количеством кофеина и в два раза менее сладкий, чем классическая содовая вода. Итак, «Клуб-Мате», вперед! Помоги нам пережить ночь с помощью твоих коктейлей («Ром-Мате», Tschunk, «Джин-Мате» и «Водка-Мате» – самый популярный в наши дни), коктейлей, которые мы выпьем на танцполе вместо утреннего кофе, особенно если нам предстоит рабочий день. Короче говоря, «Клуб-Мате» с этикеткой, на которой выбит гаучо в голубом (наверняка, дружок цыганки с сигаретных пачек), составляет достойную конкуренцию «Бионаду» в качестве хипнапика; особенно нас впечатляет не оставляющая сомнений гарантия, что он сделан на основе натуральных продуктов. «В мой состав входят растения, и к тому же я изготовлен на баварской семейной пивоварне». Его возрождение означает смерть Redd Bull, который все еще входит в состав некоторых коктейлей, но, кажется, уже окончательно потерял былую славу. Ну а кроме этого, что пьют вечерами? Одна моя приятельница, которая содержит бар в клубе Watergate, готовит главным образом лонгдринки [10] (особенно для девушек), а также джин-тоник, водку-тоник и водку с лимонным соком. Но пальму первенства в берлинских барах по-прежнему держит пиво, утоляющее жажду (и оно в два-три раза дешевле). Вне клубов, особенно на импровизированных пляжах Шпрее, весьма ценятся кайпиринхас (крепкий коктейль с ромом) и мохито.

Дзинь! Мой компьютер сообщает, что я получила письмо: «Здравствуйте! В воскресенье Фриде исполняется год, и она бы была рада, если бы ваша дочь пришла на ее маленький праздник. Сбор в 19 часов на террасе у “Марии”. Сообщите нам, примите ли вы участие в вечеринке, чтобы мы внесли вас в список». Объясняю: Maria – один из самых больших клубов города, и, хотя в последние годы его дела оставляют желать лучшего (конкуренция в городе жесткая), он все еще остается одним из самых фешенебельных мест дневных и ночных празднеств, поскольку вечеринки после спектаклей по воскресеньям продолжаются там до ночи. От голого бетона стен бывшего ангара децибелы отскакивают так, как им и полагается, а с тенистой террасы открывается замечательны вид на Шпрее с ее речными трамвайчиками и туристами, приветливо машущими прохожим, идущим по мосту. Короче говоря, этим вечером моя дочь в возрасте года и четырех месяцев впервые отправится в клуб. Будет о чем вспомнить через пятнадцать лет! Презрительно поглядывая на окружающих, она сразу же держит курс к входу для VIP-персон. «А что, мы же в листе приглашенных!» – подумалось мне.

Подходя к охраннику с ребенком на руках, я стараюсь принять смиренный вид. «Если мы перепутали вход и время, не следует задаваться, не следует…» Уф! Пронесло. Все произошло как нельзя лучше: клуб в лице охранника продемонстрировал полную совместимость с ребенком. Я на секунду закрыла глаза, видя шатающиеся перила террасы – если родители на секунду выпустят детишек из поля зрения, падение обеспечено, – и заметила огромное барбекю на уровне жадных детских глазенок и ручонок. В остальном все как обычно. Диджей едва дотрагивался до резонаторов, ненавязчиво звучала музыка. Именинница Фрида – она в гавайских тонгах на ногах и модной футболке – предусмотрительно надела противошумную каску наподобие тех, что носят рабочие на стройках, только ее каска красивого сиреневого оттенка и могла бы украсить голову любой звезды музыкального пульта. Некоторые детишки пускали мыльные пузыри, и здесь же случайно оказалась большая мирная собака – идеальный вариант, чтобы занять малышей. Моя дочь, как сумасшедшая, танцевала в одиночестве на танцполе, который уже покинули спустившиеся вниз посетители клуба. А потом она макнула свою соломинку в кружку с пивом своего отца. Что и говорить: моя дочь – настоящая берлинка!

Да, повезло берлинским цыпочкам! Богемный дух, царящий в городе, избавляет их от головной боли в конце недели, когда приходится решать кошмарную проблему, мучающую всех женщин и девушек на свете, если им предстоит выход в общество: «Что же мне надеть сегодня?» Или, как вариант: «Мне нечего надеть!» Здесь, за редким исключением, не приходится ломать себе голову, чтобы пойти развлечься. Что бы вы ни выбрали, все будет хорошо. Да, дорогие читательницы, Берлин – это рай, при условии, что вы согласитесь с несколькими базовыми принципами.

Берлинки обожают устраивать праздники вне помещений. С наступлением первых хороших дней горожане, лишенные света и тепла с ноября по март, заполняют тротуары. Любой выход на природу – это повод для праздника, будь то манифестация, превращающаяся в парад техно-музыки, поездка на стадион или пикник с шашлыком с подругами. И город отвечает на эту потребность в свободе, многократно увеличивая возможности жизни на природе, где даже устраивают сексуальные оргии (улетая с просторных лугов на седьмое небо от счастья в присутствии кроликов и кротов). Все это не ново. Биргартен и Пратер [11] существуют уже на протяжении полутора веков. И вполне вероятно, что однажды в четыре часа утра ты окажешься на берегу водоема, погруженная в думы о перестройке мира, или примешься танцевать на росистой траве, насквозь промочив ноги. А может быть, в один из вечеров под звездным небом ты присядешь на мостовую в элегантном костюме после концерта классической музыки. Короче говоря, не часто выпадают случаи выставить себя во всей красе, если только ранним вечером собственное кокетство не заставит тебя повертеться перед зеркалом, примеряя наряды. Решение: сочетать тщательно подобранный макияж с кроссовками и джинсами. Но такое в принципе не сочетается и скоро надоест. Где же выход? Поступай так, как поступают все жительницы Берлина: обнови базовый гардероб (модный маленький верх, два-три симпатичных украшения, лак на пальцах ног, чтобы можно было носить босоножки, немного помады на губах) и отправляйся развлекаться.

Обрати самое серьезное внимание на обувь, подбирая ее точно по ноге. Берлинскими ночами принято много ходить. А с учетом существующих цен принято за один вечер посещать несколько заведений подряд. Но в Берлине все так далеко! Поэтому, если ты собираешься немного попрыгать на танцполе, пожалей свои ноги и не броди перед танцами по Симон-дах-Штрассе во Фридрихсхайне (район Берлина, где полным-полно питейных заведений), переходя из бара в бар!

В Берлине все принято начинать с колбасок. И невозможно считать себя берлинкой, если летними вечерами не принимать участия в пикниках с барбекю. В группе друзей есть всегда кто-то, кто лучше других экипирован всеми принадлежностями для этого. В худшем случае в супермаркете покупают одноразовый гриль – емкость из алюминия с отделением для углей, которую потом выбрасывают. И это берлинский образ жизни, когда людям нового Берлина, сохранившим легкомыслие юности, претит все организовывать заранее, все предвидеть наперед. Советую провести вечер на берегах Ландверканала, Шпрее, в Трептов-парке, на севере Темпельхофер-парка или на лужайках Бельвю. Испарения углекислоты наверняка заполнят, по крайней мере, две альвеолы из трех в твоих легких. А если прибавить к этому уровень холестерина, содержащегося в колбасках, понимаешь, что количество прожитых лет будет уменьшаться на год с каждым выездом на барбекю. Но придется этому подчиниться, если хочешь попасть в разряд коренных жительниц, которые сумеют разжечь костер в мангале, не боятся крыс, устраивающих с наступлением ночи настоящую осаду (если вы собираетесь организовать вечеринку на берегу Канала, отойдите как можно дальше от валуна рядом с заброшенным пароходом в порту Урбан-Хафен). Но все это стоит того, чтобы почувствовать себя Марлен Дитрих! И что «радует» во всей этой истории, так это то, что ты вынесешь обонятельные воспоминания о прошедшей вечеринке. Если тебе не повезло и ты не сможешь сразу все это переварить, то останется отвратительное ощущение нечистоты внутри. Я уж не говорю об «аромате» переполненных окурками пепельниц, который будет повсюду сопровождать тебя, как только ты ступишь ногой в один из баров. Здесь курят! Итак, никто не запрещает тебе вытащить на свет божий курточку за 200 евро, но, боюсь, дорогая, ты скоро разоришься!

Я не знаю почему, но Берлин постоянно требует от тебя чего-то такого, что не предусмотрено программой. Играть в пинг-понг ночью, взобраться на крышу, чтобы увидеть восход солнца… и (что еще хуже) петь Voyage Voyage перед двумя тысячами людей, собравшихся в Мауэр-парке. Мне не известно, почему так произошло, но в течение нескольких лет караоке по воскресеньям в кое-как обустроенном амфитеатре на прежде заброшенной территории стало явлением, которое просто необходимо увидеть. Но и в этом случае тебе не придется долго сокрушаться о том, что не надела лучшие свои вещи, которыми по праву можешь гордиться, а появилась в блузке либо с вырезом под горло (вместо интригующего декольте), либо со скромным отложным воротничком. И, как всегда, возвращаешься к фундаментальным понятиям в одежде – джинсам с кроссовками и соответствующим им атрибутам. К счастью, в Берлине можно встретить огромное количество людей, чей внешний вид, мягко говоря, вызывает удивление. И здесь обучаются певческому мастерству, невзирая на окружающих и с высоко поднятой головой, в манто до пят с бахромой и красных сапогах.

На протяжении нескольких недель Юлия вне себя от нетерпения. В эти выходные начинаются матчи Бундеслиги, немецкого чемпионата по футболу. Юлия извлекает на свет божий свои атрибуты болельщицы и отправляется на северо-запад столицы, где расположен Олимпийский стадион. На ее шее развевается голубой шарф, и одета она в футболку с принтом «Арне Фридрих» (это имя ее любимого футболиста из клуба Hertha Berlin) и непременные кроссовки, потому что сегодня всю вторую половину дня она проведет на ногах.

Демон футбола вселился в ее высокое и гибкое тело начиная с 2006 года, когда Германия организовывала Кубок мира, на котором Юлия, студентка, изучающая физическую химию, работала волонтером. В один уик-энд из двух, когда «Герта» играет на домашней арене, вне зависимости от того, какая будет погода (одному Богу известно, как холодно зимой на трибунах, когда дует сильный ветер), она работает на стадионе. Ее роль? Обеспечить вход на стадион и выход для восьмидесяти тысяч болельщиков. И тогда к ее арсеналу фанатки Фридриха прибавляется жилет кричащего красного цвета, наподобие тех, что носят служащие компании SNCF, обеспечивающие для своих клиентов покупку билетов на транспорт, бронирование мест в отелях и т. д.