Чтение онлайн

«Так вот в чём дело! Вот почему он общается удалённо», — Надя сразу представила Макса в инвалидной коляске — у неё защемило сердце и навернулись слёзы.

— Простите! Мне очень жаль. Очень! Это как Хокинг? — вырвалось у неё невольно.

Макс рассмеялся таким уже знакомым, негромким и немного грустным смехом:

— Ну нет! Не совсем так. Хотя, если посмотреть на это философски, такая аналогия вполне уместна.

Надя вышла на Красную Площадь. Зимнее солнце уже клонилось к закату, и на золотых маковках на храме Василия Блаженного сверкали красноватые отблески.

— Хочешь, я покажу один фокус? — спросил Макс.

— Да!

— Хорошо. Посмотри на купола. Закрой глаза. Открой!

Надя вскрикнула от удивления: купола собора теперь сияли и переливались, как драгоценные камни, и вокруг них мерцал сказочный ореол.

— Как?! Как вы это делаете? — воскликнула она, потрясённая этим зрелищем.

Удивительный мираж так же неожиданно исчез, и всё опять приобрело обычный вид.

— Ничего сверхъестественного, — спокойно пояснил Макс. — Я только что испытал один из приборов, который разрабатываю с твоей помощью. Это элемент добавленной реальности и его можно легко сделать даже на телефоне с соответствующим приложением. Я же пробую добиться такого эффекта, корректируя последовательности импульсов, проходящих от сетчатки твоих глаз по зрительным нервам. Маленькая безобидная галлюцинация.

На мгновение где-то в крохотном уголке Надиного мозга вдруг будто вспыхнул тревожный огонёк, но она тут же отогнала от себя это чувство. Вспомнила, что такие исследования уже давно ведутся по всему миру и помогают слепым людям частично вернуть зрение.

— Ну а теперь мы можем посмотреть парк, — предложил Макс, как ни в чём ни бывало.

На переходе через дорогу по пути в парк они оказались в толпе китайских туристов — последние годы их в Москве стало много. Они громко разговаривали, смеялись, а один из них — молодой, симпатичный парень — попросил разрешения с ней сфотографироваться. Он что-то пытался ей объяснить по-китайски.

— Он говорит, что будет дома показывать друзьям, как красивы русские женщины, — пояснил Макс.

— Вы знаете китайский? — удивилась Надя.

— Да, немного. Кстати, и тебе нужно будет выучить несколько фраз, ты ведь в субботу летишь в Шэньчжэнь.

— Какой ещё Шэньчжэнь? — у Нади перехватило дыхание.

— Город на юго-востоке Китая на границе с Гоконгом. Но не волнуйся, это ненадолго. Во вторник вечером ты уже будешь в Москве, так что пропустишь всего два учебных дня. Да и смотри по сторонам — мы на переходе.

Совершенно ошарашенная Надя, как во сне, перешла дорогу по зебре и вошла в парк.

— Не волнуйся, — продолжал Макс, — у тебя же есть загранпаспорт?

— Есть, — только и смогла выговорить она.

— Ну вот, хорошо. Остальное я возьму на себя. Тебе только останется написать заявление в деканат.

— И как я это объясню?

— Не знаю, придумай что-нибудь. Ты же так хорошо умеешь врать! — Макс рассмеялся.

Волнение внезапно куда-то растворилось, и Надя даже улыбнулась. Неожиданная поездка теперь не казалась ей страшной. Стало интересно увидеть Китай. Её охватил приступ веселья — неудержимо захотелось смеяться и прыгать от радости.

Этот неожиданный всплеск эмоций прошёл так же мгновенно — Макс оперативно отрегулировал слишком высоко установленный им же уровень гамма-волн и ограничил выброс дофамина. Надя успокоилась.

— Ладно, не будем больше об этом. Поговорим дома и я тебе всё объясню. А сейчас пойдем на знаменитый «парящий мост». Я читал про него, но никогда там не был. Хочу посмотреть.

Надя тут же вспомнила про физический недостаток Макса, ей стало его очень жаль и так захотелось помочь ему — стать его проводником, его глазами…

На мосту, протолкавшись через толпу туристов к стеклянной балюстраде, Надя сама замерла в восхищении — так красиво смотрелся Кремль, подсвеченный закатным солнцем. Она заглянула вниз на реку и заметила, как бы про себя:

— А вода такая тёмная и мутная…

И в это мгновение картина преобразилась: Москва-река вдруг засияла голубизной и разноцветными бликами. Надя восхищённо ахнула.

— Ещё один маленький фокус, — добродушно прокомментировал Макс.

Вода в реке опять стала свинцово-серой.

— А теперь поднимемся к стеклянному куполу. Нужно поторопиться — хочу оттуда посмотреть на зимний закат над Москвой. Такие ясные дни в это время года — редкость.

Надя уже ничему не удивлялась — она теперь воспринимала «фокусы» Макса как весёлую игру. Настроение было прекрасное. Она быстро прошла по мосту, взбежала по ступенькам и остановилась отдышаться на площадке перед гигантским зеленоватым куполом. Медленно повернулась, чтобы Макс смог хорошо рассмотреть открывающуюся отсюда панораму вечерней Москвы.

Надя успела как раз вовремя. Едва лишь она устроилась в самом верхнем ряду амфитеатра, как купола собора Василия Блаженного сверкнули прощальными оранжевыми отблесками скрывающегося за ними солнца. Небо над Кремлём окрасилось в удивительно яркий золотисто-бордово-красный цвет заката.

— Опять ваши фокусы, Макс? — спросила Надя шутливо.

— Нет, — серьёзно ответил Макс. — Это действительно прекрасное зрелище. Я не смог бы сделать лучше. — Он помолчал. — Спасибо за то, что ты дала мне возможность увидеть это.

Надя посидела ещё несколько минут, любуясь закатом, и почувствовала, что очень проголодалась.

— Мне следует повысить уровень глюкозы, — шутливо cкопировала она манеру Макса.

— Да, я увлёкся прогулкой и совсем забыл проверить биометрию. Действительно, тебе нужно принять пищу. Здесь есть хороший «Гастроцентр».

Спустившись в центр по лестнице, Надя заметила:

— Бывала раньше, и обычно тут шумно. Странно, сегодня такая необычная тишина, а народу полно.

— Я понизил твой уровень восприятия окружающих звуков, чтобы мы могли разговаривать без помех.

— Вы и это можете со мной проделывать?

Она просто отметила этот факт: после «фокусов» со зрением Надя приняла его как должное.

— Да, это даже проще, чем создание оптических иллюзий, — непринуждённо ответил Макс и добавил: — Я выберу для тебя оптимальные блюда.

— Ну уж нет! — решительно сказала Надя. — Раз сегодня получился такой необычный день, можно я сама выберу? Хочу что-то жутко «неоптимальное»: сибирские пельмени и много-много сметаны.

— Хорошо, — легко согласился Макс. — Будем считать это наградой за твои успехи в области практической психологии.