Чтение онлайн

— Михаил, что вы тут делаете?

— Все хорошо, не стоит волноваться, — сказал я, медленно поднимая руки. — Позвольте поговорить с вами с глазу на глаз.

Она уставилась на меня. Потом перевела взгляд на окно, за которым бушевала битва. Потом снова на меня.

— Вы… Вы проникли в Кремль? Как?

— Это не важно. Важно другое. У вас есть шанс уйти отсюда. Прямо сейчас. Я могу вас вывести.

Она молчала. Смотрела на меня недоверчиво.

— Зачем? — наконец спросила она. — Зачем вам это?

— Потому что вы не должны умереть здесь, — просто ответил я. — Есенин рвется в Кремль. Пушкин его не остановит. И когда он прорвется… Здесь не останется камня на камне. Все, кто внутри — погибнут. Даже царь.

Екатерина вздрогнула. Обняла себя руками.

— Я… Я не могу просто уйти. Петя… Ты его плохо знаешь. Он не умрет, но будет винить себя.

— Ваш муж сделал свой выбор, — жестко произнес я. — Он развязал эту войну. Он превратил Есенина в оружие. Он несет ответственность за тысячи смертей. И он готов на все, чтобы удержать власть. Даже если это означает, что вы погибнете вместе с ним.

— Нет! — воскликнула она. — Нет, вы не понимаете! Петя… Он не такой! Он не плохой! Он просто… Он хочет лучшего для страны. Он хочет…

Она замолчала. Сама услышала, как неуверенно прозвучали ее слова.

— Вы сами в это верите? — тихо спросил я.

Екатерина отвернулась. Посмотрела в окно. За куполом Есенин и Пушкин сходились снова и снова. Вспышки света. Взрывы. Разрушения.

— Я… — ее голос дрожал. — Я не знаю. Раньше я знала. Раньше я верила в него. Но сейчас… Он изменился. С каждым днем все больше. Я уверена, что он не спит. Почти не ест. Только эти планы, эти схемы. Словно он видит что-то, чего не вижу я. Словно он играет в игру, правила которой знает только он.

Она повернулась ко мне. Слезы текли по ее щекам.

— Он хороший, просто обстоятельства, — прошептала она. — Прошло слишком много времени. И я не знаю, что у него в голове. Не знаю, на что он способен. Не знаю…

— Тогда уходите, — перебил я. — Уходите, пока не поздно. Я выведу вас отсюда. Переправлю в безопасное место. Вы не будете заложницей. Не будете пешкой в его игре. Ваш сын ждет вас! Вы же сами это знаете!

Женщина смотрела на меня. В ее глазах боролись страх, надежда и что-то еще. Любовь? Привязанность к прошлому?

Она открыла рот, чтобы ответить.

И тут Лора крикнула:

— Михаил! Петр Первый идет сюда! Тридцать секунд до прибытия!

— Черт! — я огляделся. — А чего так поздно? Где спрятаться?

— За ширмой! Быстро!

Я метнулся к углу комнаты, где стояла резная ширма. Скользнул за нее как раз в тот момент, как дверь распахнулась. Если Петр заметит меня сейчас, то вытащить Екатерину будет очень проблематично.

Царь вошел в комнату.

Я затаил дыхание. Сквозь щели в ширме я видел его силуэт. Лора подавила присутствие и убавила колебания энергии до нуля.

— Катенька, — произнес он. Голос спокойный, почти ласковый. Но в нем звучала сталь. — С кем ты разговаривала?

— Ни с кем, — быстро ответила она. — Я просто… Я была одна.

Петр медленно прошелся по комнате. Остановился у окна. Посмотрел вниз, на битву.

— Как красиво… — тихо произнес он. — Я понимаю, о чем ты сейчас думаешь. Муж сошел с ума, и не знает, что делает… Прости, если тебе так показалось.

Он повернулся к ней. Лицо было бесстрастным. Почти спокойным. Но глаза… В глазах плясали огоньки безумия. Лора отнесла это к адреналину.

— Ты уверена, что тут никого не было?

— Никого, Петя, — царица сделала шаг в его сторону. — Я была одна…

— А он неплох, чуйка у него рабочая, — хмыкнула Лора.

Петр смотрел на нее. Долго. Молча. А потом вдруг улыбнулся.

— Ладно, — произнес он. — Поверю. Но знаешь что?

Он подошел ближе. Взял ее за руку. Она улыбнулась.

— Тебе нужно остаться здесь. Понимаешь? Остаться. Хотя бы до того момента, пока не прибудет подмога.

— Подмога? — не поняла Екатерина. — Какая подмога?

— Мой личный солдат, — просто ответил он. — Скоро все закончится. Есенин будет остановлен. Кузнецов не помешает. Мятежников казнят. И все вернется на круги своя. Но для этого тебе нужно быть здесь. Со мной.

— Я… Я не понимаю. Зачем?

Петр наклонился и поцеловал ее в лоб. Его движение было ласковым.

— Просто поверь, что все это для страны и семьи. Обещаю, что когда это все закончится, наступит мир.

Он отпустил ее руку и направился к двери.

— Прошу, оставайся здесь. Не выходи. Не открывай никому, кроме меня. Понятно?

Я даже удивился, с какой нежностью он это говорил. Лора подтвердила, что в его словах не было фальши и обмана. Романов действительно любит свою жену.

Екатерина кивнула. Петр вышел. Дверь закрылась.

Я ждал. Считал секунды. Лора следила за его перемещением.

— Он ушел, — наконец произнесла она. — Направляется обратно в свой кабинет.

Я вышел из-за ширмы. Женщина стояла неподвижно. Лицо белее мела.

— Вы слышали? — прошептала она.

— Каждое слово, — кивнул я.

— Что он имел в виду? Какую подмогу? Что он сделал?

Я посмотрел на нее. Потом на окно. Потом снова на нее.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но ничего хорошего. Это точно.

На туалетном столике стояли часы, и они показывали уже половину первого. За окном Есенин выпустил очередную волну энергии. Купол Пушкина затрещал, но устоял. Однако Александр Сергеевич начал слабеть.

Насколько еще его хватит? И что произойдет, когда придет эта «подмога» Петра Первого?

— У вас все еще есть шанс уйти, — произнес я. — Последний шанс.

Царица смотрела на меня долго, изучающе, но все же покачала головой.

— Может, ну ее нахрен? — фыркнула Лора. — Фифа, блин, я ее сейчас свяжу и просто вынесем ее!

— Ты думаешь, что после такого, она даст нам извлечь из нее иглу со смертью Петра? — вздохнул я.

Здание очередной раз тряхнуло.

— Михаил, простите, что нарушила ваши планы, но я останусь с мужем, — сказала царица.

— Да ебтвою… — выругалась Лора. — Уперлась рогом…

— Ладно, пошли.