Чтение онлайн

Мадмуазель-де Колье не собиралась надолго задерживаться в Париже. Ей необходимы были финансы и не малые. А для этого нужно было выполнить просьбу брата её покойной матери. Получив же достойную оплату таких вот непростых услуг, исчезнуть только в ей известном направлении. Продать же сведения она собиралась как англичанам, так и испанцам. Сами пусть в будущем разбираются, кто и что от кого узнал. Ри уедет в провинцию к родне, сославшись на недоразумение, что приключиться с ней после связи с королём. А далее затеряется в огромном мире. Она тихими вечерами мечтала уехать в спокойную Норвегию, откуда родом была её матушка. Обосноваться в небольшом поместье, о котором никто не знал. Расчётливая малышка даже не представляла, какие на неё планы у слишком многих, сильных мира сего. А особенно у мужчины, что сидел в соседней комнате. Сдерживая свой пылкий характер, он в который раз перечитывал депешу. Раздражаясь всё больше и больше.

Мысли неслись неукротимым штормом вслед за… строчками, что ложились красивым почерком посла, рассказывая последние новости Венеции. Прогрев письмо над огнём камина, мужчина увидел строки, что должны были увидеть только его глаза. Они выступали, проявляясь тайной заговора, тайной сведений, что интересовали Франциска.

— «Покушение на дожа сорвалось, помощник посла чудом остался жив, но подозрения с него в заговоре ещё не сняты. Головы преступников три дня украшали собой венецианскую площадь. Кто-то переиграл их. Так, хорошо обдуманный план сорвался. Продуманный во всех его мелочах. Военные действия с Османской империей за остров Корфу предотвратить не удалось. Интересующие его дамы морем отбыли во владения княгини д» Арагонна. Богатые, гордые и непреступные. Маркиза Анна де Аулестия не уступив графу Ричарду Бошан в его ухаживаниях, сдала имение в аренду богатому венецианскому купцу сроком на пять лет… Каравелла «Илиада» покинула акваторию Венецианской республики в безветренную погоду, ранним утром, держа курс на Неаполитанское королевство. Примечательно, что судно продолжало свой путь без помощи ветра и гребцов на хорошей скорости, оставляя за собой след из бурлящих волн'.

— Каталина, она нужна ему живой и невредимой, согласной на сотрудничество. Чертежи Леонардо. Она видела их в детстве. Она смогла эти сведения каким-то образом применить в строительстве своего судна. Каравелла, что может развивать хорошую скорость, не учитывая свой курс относительно стороны, откуда дует ветер. Это находка! Его флот будет непобедим. Отсутствие гребцов! Со спущенными парусами! Как двигалось судно?

Франциск I вспомнил отель, в котором жила племянница в Париже, его обустройство. Её мастерские. Книгу учёта графини.

— Откуда ты девочка? Как получилось, что княжеская неприкосновенность досталась именно тебе? Как много ты знаешь?

— Анна, не уступила! Его Анна! Его любовь, неприступна для других, она верна ему. Он, несомненно, вернёт её обратно.

Взгляд остановился на дорогом флаконе с парфюмом. Маленький образок любимой, такой близкий, и в то же время совершенно недосягаемый. В сапфирах и бриллиантах. Воспоминания и мысли мучили Франциска, рождая мечты. Несбыточные. Неаполь. Они должны выдать ему княгиню д' Арагонна, его подданную. Но Испания, которая через наместника владеет Неаполитанской республикой, никогда не отдаст такой козырь в его руки. Карл IV не должен знать о каравелле. Но Каталина вовсе не его подданная! Она возникла словно ниоткуда, как призрачное видение, и живёт по правилам, что устанавливает сама. Являясь при этом далеко не призраком. Он помнил её слёзы у него на груди и тёплые объятия, которые девочка дарила ему, привечая его у себя в гостях. Пламя в камине, потрескивая, разгорелось сильнее, словно согласием отвечая на его мысли. Было в этом что-то магическое и потустороннее. Завораживающее, на огонь можно было смотреть вечно. Ощущение тепла, уюта и защищённости мягко обволакивало разум.

— Она неприкосновенна, — слышалось ему в тихом шорохе и треске огня.

— Кто же с этим спорит? То? — Ухмыляясь, король, отложив послание, разворачивал тубус с презентом от посла.

Холст с живописью. Его подданные знали, что их правитель почитал более всего. Знали, что дарить ему, присылая в подарок не мысленной красоты полотна.

Дух захватило от увиденного чуда! Она! Анна смотрела на него, как когда-то. Небесная синь Венеции отражалась в её глазах. Маленькая девочка, прижавшись к ней, была полным воплощением дочерней любви. Они были счастливы.

Что-то незримо изменилось в облике герцогини. Перед взором Франциска предстала независимая и вероятно, очень состоятельная женщина, которая, однако, когда-то просила его, впредь не беспокоить её светлость в течение всей последующей жизни.

Нас провожала спящая Венеция. Так было запланировано. Не привлекая внимания, ранним утром, каравелла, лавируя, двигалась на выход из акватории. Пассажиры спали, досматривая самые интересные сны. На малой скорости винт производил вращательные движения, оставляя за собой пенный след, постепенно превращающийся в небольшие волны, поднимающие соседние суда в лёгкой качке, которые вскоре сливались с морской гладью.

Чайки внимательно отслеживали данное явление, ожидая лёгкой поживы. Но, увы, это был не косяк рыбы, нечаянно зашедший в прибрежные воды, а всего лишь мы, решившие уйти не попрощавшись, слегка в английском стиле.

На это привычное явление человек двадцать первого века никогда бы не обратил особого внимания. А если бы и рассматривал пенную волну вслед за живописным судном, скользящим по водной глади океана, то как само собой разумеющиеся явление, привычное и обыденное.

Земля постепенно превращалась в тонкую полоску, линия горизонта с барашками облаков становились нашими постоянными спутниками.

Все заселены в каюты были ещё с позднего вечера. Тесновато. Мы с Анжелик обнимались всю ночь, как когда-то, лёжа на одной полке. Илона, неизменно наверху. Но многие не планировали, весь день находится в замкнутом помещении. Людям, непременно хотелось домой, на остров. И «Илиада» стала уютным домом для всех кто жил в имении маркизы.

Наш путь лежал вдоль Апеннинского полуострова к острову Сицилии, который мы должны были обогнуть. И направиться уже по водам Неаполитанского королевства в свое княжество. Адриатическое море было спокойным. Дул попутный ветер. Управление судном после реконструкции требовало большого внимания и умения. Капитан посчитал, что под парусом мы также разовьём достаточную скорость, и винт был остановлен.

На смотровой площадке, на мачте, команда называла её «вороньим гнездом», всегда находился юнга с подзорной трубой. Мы хотели уйти от каких либо встреч в открытом море, которое бороздили, в такое не спокойное море суда Испании, Османской Империи и Франции.

С эти воюющими державами нам было совершено не по пути. Несколько раз, мы слышали от юнги, что вдали виден чей-то фрегат. Не разбираясь под чьим флагом, идёт сопутствующее нам судно, мы спускали паруса и уходили на большой скорости по маршруту, который был просто невозможен, если следовать с попутным ветром.

Улучив момент, мы с капитаном остались наедине в рулевой рубке, к нам присоединился Антонио.

— Насколько хватает завода основного устройства, что приводит винт в движение?

— Пять часов, ваша светлость, бесперебойной работы. Но в этом случае «Илиадой» управляю только я. И вся команда в строю, так судно развивает приличную скорость. — Капитан сурово смотрел вперёд.

— А что потом?

У меня с самого начала было такое чувство, что мне что-то не договаривают. Ждут момента, когда мы останемся одни для приватного разговора. Они не хотели об этом говорить в Венеции. Будто боялись быть услышанными. Не хотели говорить на эту тему при свидетелях. Любых. Хмуро отмалчиваясь.

— Каталина, а потом требуется завод, — Антонио смотрел серьёзно мне в глаза.

— Как это происходит? Вручную?

— Нет. Присядьте сестра.

Я понимала, что произошло что-то необычное, но не ожидала масштабов того, что сотворили эти люди. Главный виновник, конечно же, остался на острове.

Вейлр!

Его помощник виконт Рикардо де ла Кано старался без жены не оставаться со мной наедине. Я чувствовала подвох, и недосказанность в его поведении. Антонио и капитан Карлос кормили завтраками. И всё же.