Чтение онлайн

Казалось бы, что логично искать там, где следы закончились. Откуда прыгнул — туда и смотри. Но Рокт сразу предупредил:

— Зайцы очень хитрые. Они могут пробежать вперёд, вернуться по собственным следам назад. Прямо след в след, чтобы не было заметно. Затем прыгнуть совершенно в другом месте.

Тот явно был хитрожопым. Мы молча разошлись кругами, смотрели под ноги, под деревья, на сугробы.

Спустя десять минут, когда адреналин утих и появилось уныние от упущенной добычи, вдруг Зара молча подняла руку, привлекая внимание.

Она тоже не знала до конца язык жестов, так как, мне отец сказал, что язык учат уже на охоте, на практике.

Зара указала в сторону, мы подошли к ней. Примерно в ста метрах от того места, где следы обрывались, из-под тени большой ели уходила новая цепочка.

Как он преодолел это расстояние — непонятно. То ли по деревьям, то ли по воздуху.

Рокт кивнул, показал рукой:

«Преследуем дальше!»

Я двинулся следом и поймал себя на мысли, что охота — это в первую очередь не сила и не реакция, а долгий бег по следам зайца, который очень сильно хотел жить и явно не хотел попадаться. Паршивое дело, если честно.

Зайца мы нашли: тот сидел у входа в другую нору. Он не спал, иногда выглядывал из норы.

Когда мы появились между деревьями, он снова обнаружил нас раньше, чем кто-либо успел поднять оружие.

Он вышел, посмотрел на нас и уже был готов развернуться. Понятное дело, что тот снова пытался убежать. Сражаться с нами у него не было никаких намерений.

Я же предвидел, что он так сделает. И больше мне не хотелось давать ему шанс. Мне не хотелось снова искать этого труса по всему лесу.

Поэтому, когда он только принял решение бежать, я уже сжал руническое копьё и со всей силы метнул его в сторону зайца.

Заяц среагировал мгновенно. У него большие уши и быстрые ноги, и вся его жизнь — это один большой рефлекс выживания. Он дёрнулся в сторону, и копьё ушло мимо, воткнувшись в снег.

Но копьё было не простым. Я выкрикнул команду, чтобы активировать руны:

— ДАВАЙ!

Из древка рванули корни. Сначала самый толстый — тот бросился на зайца за долю секунды и обхватил заднюю ногу.

Заяц дёрнулся, прыгнул и упал, потому что нога уже не слушалась. Потом корни пошли дальше: тонкие побеги расползлись от главного, обвили вторую ногу, потянулись к туловищу, перехлестнули грудь, сдавили.

Заяц оказался скован полностью. Он лежал на боку, вмятый в снег, и только голова ещё двигалась, мотаясь из стороны в сторону.

В его глазах читалось что-то похожее на искреннее потрясение. Он не понимал: «Как так?»

Только что был свободен, и вдруг что-то схватило за ноги и сковало его полностью.

Заяц отчаянно забился, не жалея лап, выгибаясь всем телом. Корни трещали, но держали. Мы подошли к нему молча.

— Нужно убить его, чтобы не мучился!

Отец спросил:

— Хочешь сделать это ты?

— Нет. Моих сил не хватит, чтобы убить с первого удара.

Отец кивнул. На охоте самое важное — это экономить свою огненную энергию. Если её у охотника много, он может дольше находиться в лесу и чаще использовать силу огня в атаках.

У меня запас был небольшим, я боялся, что все силы потрачу на зайца.

Наконечник копья отца вспыхнул ярко-оранжевым цветом. Он развернул копьё и коротким точным движением провёл наконечником по шее зайца.

Заяц дёрнулся в последний раз и затих. Охотники переглянулись, явно были довольны, всё же не каждая погоня была успешной.

— Хорошая работа.

— Да. Думал, сегодня без добычи уйдём.

— И не говори.

Отец повернулся ко мне:

— Твой артефакт сэкономил нам кучу времени и сил. Хорошая работа.

Я почесал затылок:

— Да? — честно говоря, не очень верилось. Охота заняла больше часа, мы обошли много километров леса. По мне, охота была так себе.

Но я задал интересующий меня вопрос:

— Вы всегда так «охотитесь»?

Бран рассказал коротко, пока другие вязали тушу:

— Обычно зайца изматывают. Соревноваться с ним в скорости бесполезно — он всегда находит возможность уйти.

— …

— Поэтому охотники загоняют его в кольцо, давят боем, не дают отдышаться. Если с первого раза не получается, то идут по следу снова.

— …

— Благо, у зайца быстрые ноги, но слабая выносливость. На четвёртый-пятый раз, когда его поднимают и гонят опять, он уже едва прыгает.

— …

— Только не думай, что вымотанный значит сдавшийся. Загнанный в угол заяц дерётся до конца. Вот тогда и бывает тяжело.

Я кивнул и быстро прикинул в голове.

Мы взяли его действительно быстро. До обеда оставалось ещё около трёх часов. Идти домой сейчас — это расточительство.

Я решил закинуть удочку:

— Слушайте, а можем поймать ещё одного?

Охотники, что уже собирались идти в сторону пещеры, замерли и повернулись ко мне. Их взгляды были очень странными:

— Зачем тебе ещё один?

Из-за этого вопроса в груди возникло новое чувство раздражения. Опять их взгляды мешают племени развиться.

Я попытался объяснить. Со стороны, наверное, выглядело как спор. Я махал руками, они смотрели с каменными лицами.

Но я всего лишь хотел сказать простую вещь: поедим в обед, поедим вечером. Чем больше мяса, тем больше энергии. Логика железная.

Бран выслушал и вздохнул.

— Нет. Одного хватит.

— Но…

— Алек, — отец посмотрел на меня раздражённо, как будто устал объяснять одну простую истину. — Ты думаешь, племя может есть столько, сколько ты хочешь поймать. Что если мы поймаем десять зайцев, то съедим десять.

— Разве нет?

— Нет. Максимум съедим двух. Остальное останется на завтра и послезавтра.

Я открыл рот, хотел возразить, но, если подумать, действительно приходит осознание, что мясо — не самый эффективный ресурс.

Более эффективный для культивации: кристаллы Шинсу или магические камни. Просто в этом мире, даже если они есть, то непонятно, где они находятся.