Чтение онлайн

Валерия Аркадьевна резко, с раздражением нажала на вызов.

Гудки в динамике тянулись намеренно, оскорбительно долго.

– Да? – наконец ответил резкий мужской голос, и по утомленному, сухому тону сразу стало ясно: этому звонку здесь не рады.

Валерия машинально выпрямилась, привычно натягивая маску руководителя.

– Нам необходимо вернуться к обсуждению моего предложения, – сказала она ровно, контролируя каждую интонацию. – Ты совершил ошибку, не дослушав меня в прошлый раз.

На том конце провода послышался короткий, издевательский смешок.

– Марин, я всё прекрасно дослушал, – ответил мужчина, выделив ее новое имя. – И принял окончательное решение не связываться с этим проектом.

Валерия сжала пластиковый корпус телефона сильнее, до белизны в ногтях.

– Из-за чего именно? – жестко спросила она. – Тебя не устроили технические параметры офиса, или кто-то из конкурентов успел наговорить тебе лишнего за моей спиной?

– Из-за тебя, Марин, – слишком спокойно и буднично ответил он.

Эти слова прозвучали слишком быстро, уверенно и наотмашь. Валерия Аркадьевна на секунду замолчала, захлебнувшись собственной невысказанной яростью.

– Ты сейчас давишь на людей и партнеров гораздо сильнее, чем реально умеешь договариваться, – безжалостно продолжил мужчина. – Раньше с Мариной можно было сесть и нормально обсудить компромиссные условия. Теперь ты будто пытаешься продавить любую мелочь через страх и ультиматумы. А у нас тут не министерство.

Она резко поднялась со скрипучего стула и в два шага отошла к темному окну, глядя на чужие огни города.

– Иногда чистый страх работает гораздо эффективнее любых гнилых компромиссов, – отчеканила она, леденея.

– Нет, – устало отозвался он. – Страх эффективно работает лишь до тех пор, пока люди окончательно не устают бояться. Нам этот бизнес-напор не интересен. Всего доброго.

Связь оборвалась коротким писком.

Валерия несколько секунд стояла абсолютно неподвижно, уставившись в пустоту, а затем резко, наотмашь бросила телефон на диван. Внутри душной волной поднималось привычное, выпестованное годами раздражение, но теперь оно почему-то не превращалось в ледяную управленческую силу, а только сильнее выматывало и опустошало и без того слабое тело.

Она подошла к треснувшему зеркалу в прихожей и остановилась прямо напротив своего отражения.

Чужое, слишком молодое лицо с мягкими чертами. Чужая, запутанная жизнь. Чужая, раздражающая физическая слабость.

– Как ты вообще умудрялась так жалко существовать, — процедила она сквозь зубы, глядя прямо в испуганные глаза женщине напротив.

Разумеется, ответа не последовало. Из зазеркалья на нее смотрело лишь бледное, уставшее лицо, которое с каждым днем все меньше напоминало удобную временную маску. Это была ее новая, капканная реальность.

Экран телефона на диване снова призывно загорелся в темноте. На этот раз пришло короткое текстовое уведомление от хозяйки съемной квартиры.

«Марина, если полной оплаты за прошлый месяц не будет на карте до завтрашнего полудня, я официально начинаю искать новых жильцов. Ждать больше не могу».

Валерия Аркадьевна резко смахнула уведомление и перешла в банковское приложение. Куцый остаток на текущем счете выглядел еще более пугающе, чем утром, а несколько обязательных автоматических списаний по кредитам уже безмолвно стояли в режиме ожидания.

Она тяжело села обратно за стол и медленно, с нажимом провела ладонью по лицу.

Будь она в своем прежнем кабинете, в своем прежнем статусе — она бы щелчком пальцев решила эту копеечную проблему. Перевела бы нужные суммы с резервных счетов. Сделала бы один звонок влиятельным людям. Приказала бы подчиненным.

Но сейчас в ее распоряжении не было ни верных людей, готовых беспрекословно выполнять любые жесткие требования, ни материальных ресурсов, которые можно было бы оперативно бросить на амбразуру. Она была гола, заперта в чужом теле и абсолютно бессильна.

Она открыла список контактов еще раз, прокручивая его до самого низа, и замерла на имени родной сестры Марины. Палец с аккуратным, чужим маникюром завис над кнопкой вызова дольше обычного. Наверное, Валерия Аркадьевна впервые в жизни сомневалась перед обычным звонком.

Переборов гордость, она все же нажала на зеленую трубку.

– Маринка? – встревоженный женский голос ответил практически сразу, без единого гудка. – Господи, ты куда пропала? Я тебе третий день подряд оборвала телефон, ты трубку не берешь!

Валерия заставила себя глубоко вдохнуть и прикрыла глаза.

– Я была чрезвычайно занята решением текущих вопросов, – ответила она сухо и коротко.

– Да это я уже поняла, – с легким облегчением усмехнулась женщина на том конце. – Но ты звучишь как-то странно, официально слишком. Марин, у тебя точно все нормально? Ничего не случилось?

Валерия рефлекторно выпрямила спину, словно сидела на совете директоров.

– У меня всё под полным, абсолютным контролем, – отчеканила она автоматическую, заученную фразу.

В трубке на мгновение повисла глухая, озадаченная пауза.

– Вот именно эта твоя дурацкая формулировка меня сейчас и пугает больше всего, – тихо, с неподдельной грустью ответила сестра.

Валерия Аркадьевна недовольно нахмурилась:

– Что конкретно ты имеешь в виду?

– Ты никогда в жизни так не выражалась, – мягко произнесла женщина. – Марина обычно честно признает, когда ей невыносимо тяжело или когда она облажалась. Она не строит из себя железную леди.

Валерия до боли сжала губы, понимая, что совершила тактическую ошибку.

– Люди имеют свойство меняться под давлением обстоятельств.

– Или просто трусливо прячутся за чужими словами, – тихо отозвалась сестра.

Тишина между ними затянулась, становясь почти осязаемой. Валерия Аркадьевна неожиданно для самой себя поймала себя на дикой, абсурдной мысли: она совершенно не знает, что говорить этой женщине дальше. Здесь нельзя было жестко приказать, нельзя было властно поставить человека на место или оборвать разговор. Нужно было просто по-человечески продолжить диалог, правил которого она не знала.