Я растопчу ваш светский рай
Шрифт:
Он посмотрел на учеников, на Иланию, на Альдора.
— То, что мы видели сегодня… это не похоже на то, что нам рассказывали.
— Потому что вам рассказывали неправду, — тихо сказала Геля, впервые открыв рот. — Я сама год назад ничего не умела. А теперь учу других. Это не бесовщина. Это труд.
Председатель вздохнул.
— Мы не можем просто так взять и закрыть школу, — сказал он, обращаясь к совету. — У нас договор. Налоги. И… — он кивнул на учеников, — …это.
— Но Гильдия… — начал один из купцов.
— Гильдия может подождать. — Председатель посмотрел на человека в мантии. — Мы примем решение позже. А пока… пока школа продолжает работу. С испытательным сроком в полгода. Если за это время не случится ни одного происшествия с вашими учениками, если они не применят магию во вред горожанам, если… — он запнулся, — …если Гильдия не предоставит неопровержимых доказательств вашей опасности, мы продлим договор.
Человек в мантии вскочил, хотел что-то сказать, но председатель жестом остановил его.
— Я сказал — позже. Вы теперь в совете, уважаемый Верениус, но это не значит, что ваше слово — последнее.
Илания склонила голову.
— Благодарю вас за мудрость.
— Не благодарите, — буркнул председатель. — Я ничего не решил окончательно. Я просто не знаю, чему верить.
— Верьте тому, что видите, — ответила Илания. — А видите вы людей, которые хотят жить в мире и учиться.
Они вышли из здания совета под хмурое небо.
Яр выдохнул так, будто пробежал версту. Мила прижала руки к груди и мелко дрожала. Ратмир был спокоен, как всегда.
— Мы справились? — спросил Яр.
— Мы сделали первый шаг, — ответила Илания. — Но война только начинается.
— Почему? — спросила Мила. — Они же вроде согласились.
— Они в растерянности. — Илания посмотрела на окна совета, где маячила тёмная фигура в мантии. — Но теперь у них там свой человек. Этот Верениус. Он будет давить. Убеждать. Искать новые способы.
— И что нам делать? — спросил Ратмир.
— То же, что и всегда. Учиться. Становиться сильнее. И ждать.
Альдор взял её за руку — просто так, коротко, но Илания почувствовала тепло.
— Ты была великолепна, — сказал он.
— Мы были великолепны, — поправила она.
Они пошли к форту, где их ждали остальные. И каждый шаг по мостовой отдавался в груди уверенностью: они на правильном пути.
Но в спину им смотрел человек в синей мантии. И взгляд его не сулил ничего хорошего.
— Испытательный срок, — процедил он сквозь зубы, когда совет разошёлся. — Полгода. Этого достаточно.
Он усмехнулся и достал из-под мантии небольшой кристалл, пульсирующий тусклым светом. Камень-соглядатай — редкая вещь, записывающая всё, что происходит вокруг.
— Архимаг Лаген будет доволен.
Вечером в форте снова жгли костёр.
Ученики сидели плотным кругом, слушали рассказ Яра о том, как он фигурку птицы из подсвечника сделал. Мила улыбалась — впервые за много дней. Ратмир молчал, но в его глазах было что-то похожее на гордость.
— Вы молодцы, — сказала Илания, подходя к костру. — Все.
— А что дальше? — спросил Малый.
— Дальше — работать. Ещё упорнее. Ещё быстрее. Потому что теперь за нами следят.
— Кто?
— Гильдия. — Илания присела на бревно рядом с Альдором. — Их человек теперь сидит в совете.
— И что нам делать? — спросила Геля.
— То, что умеем лучше всего. Доказывать делом.
Она посмотрела на звёзды. Где-то там, за горизонтом, собирались тучи. Но здесь, у костра, было тепло.
— Мы справимся, — сказала она. — Потому что мы вместе.
— Вместе, — эхом отозвались ученики.
И костёр горел ярче обычного, будто сам воздух подпевал им.
Глава 60. Предложение, от которого можно отказаться
Неделя после слушаний прошла в напряжённой тишине.
Город затаился. Проповедники исчезли с площади — то ли испугались, то ли получили новые указания. Торговки на рынке снова здоровались с Латией, но в глазах у них оставалась настороженность. Словно они ждали, когда же эти странные люди из форта наконец покажут свою истинную сущность.
В школе жизнь текла своим чередом. Ученики занимались ещё усерднее — после выступления Яра, Милы и Ратмира каждый хотел доказать, что тоже чего-то стоит. Малый вырастил целую грядку зелени прямо во дворе, несмотря на позднюю осень. Мила училась не просто видеть ауры, но и понимать, что они означают. Ратмир тренировал новичков — те смотрели на него с обожанием.
Илания работала с утра до ночи. Она чувствовала: затишье временное. Гильдия не отступится.
Альдор уходил в город чаще обычного — встречался с купцами, которые ещё сохраняли нейтралитет, говорил с бывшими сослуживцами, прислушивался к слухам. Возвращался поздно, усталый, но с новостями.
— Верениус активен, — сказал он как-то вечером. — Встречается с членами совета поодиночке. Убеждает, что мы опасны. Что рано или поздно сорвёмся.
— И что они?
— Пока колеблются. Золото с нашей стороны перевешивает страх. Но надолго ли?
Илания смотрела на него и в который раз думала, как ей повезло. Альдор был не просто соратником — он был опорой, на которой держалась половина школы.
А на следующий день к нему пришли.
Альдор возвращался из города, когда на пустынной улочке перед фортом его окликнули.
— Господин Альдор.
Он обернулся. Из тени выступил человек — невысокий, в простой одежде, с лицом, которое не запоминалось с первого взгляда. Таких часто нанимали для щекотливых поручений.
— Кто ты?
— Посланник. — Человек чуть склонил голову. — От уважаемого Верениуса.
Альдор напрягся, но виду не подал.
— И что нужно уважаемому Верениусу от простого воина?
— Разговор. Короткий. Здесь и сейчас.
Альдор огляделся. Улица пуста, стены форта в сотне шагов. Если что — позвать на помощь успеет. Но пока угрозы он не чувствовал.
— Говори.
Посланник шагнул ближе, понизил голос:
— Уважаемый Верениус видит в вас человека разумного. Не то что эти… фанатики, которые готовы умереть за идею. Вы — воин, командир. Вам нужна достойная служба, а не прозябание в захолустной школе, которую вот-вот закроют.