«Я с Вами привык к переписке идеологической…»: Письма Г.В. Адамовича В.С. Варшавскому (1951-1972)
Шрифт:
Дня своего отъезда в Ниццу я еще не знаю, т. к. вожусь с анализами и радиографиями, довольно неожиданно для себя. Нечего делать, значит нужно, по крайней мере, так считает мой кардиолог.
До свидания, дорогой Владимир Сергеевич. От души желаю Вам всего доброго, а когда будете писать Т<атьяне> Г<еоргиевне>, передайте, что мне было очень жаль, что в Мюнхене ее при мне не было.
Ваш Г. Адамович
55
4, avenue Emilia
Chez M-me Heyligers 06-Nice
17 авг<уста> 1970
Дорогой Владимир Сергеевич
Прилагаю копию отзыва о Вашей книге, посланного Б.Ю. Физу [320] . Надеюсь, я не очень задержал его. Пишущей машинки я с собой не взял, но старался писать ясно.
Книга Ваша хорошая, в каждом слове «Ваша», т. е. такая, какую только Вы и могли написать. При чтении у меня иногда возникали возражения или замечания, но может ли быть иначе? Все, что относится к концу войны и к встрече с советскими людьми, — замечательно.
320
Б.Ю. Физ в это время был председателем исполнительного комитета издательства «YMCA-Press», которому была предложена книга Варшавского «Ожидание». Внутренняя рецензия на книгу, написанная для издательства, была опубликована посмертно (Адамович Г. Вл. Варшавский. «Ожидание» // Русская мысль. 1972. 25 мая. № 2896. С. 4).
Надеюсь, и даже уверен, что Б. Ю. приложит все старания, чтобы книга была издана. При встрече в Париже («е. б. ж.» [321] ) я с ним еще поговорю.
Крепко жму руку, шлю самый сердечный привет Татьяне Георгиевне и Вам.
Ваш Г. Адамович
P.S. Простите, я в конце отзыва написал, что название книги не совсем удачно. Вы человек упрямый и, конечно, с этим не согласитесь. Дело Ваше. Но правда, слово «рассеянность» [322] заранее скорей отбивает интерес, чем возбуждает и привлекает его.
321
«Если буду жив» — выражение, часто встречающееся в дневниках и письмах Л.Н. Толстого, которое на склоне лет очень полюбил Адамович.
322
Судя по этому письму, Варшавский первоначально хотел назвать книгу по рассказу, легшему в ее основу (Варшавский В. Рассеянность (из записок художника) // Опыты. 1957. № 8. С. 26–35), но под влиянием Адамовича решил поменять название. Обсуждение вариантов продолжалось долго (см. следующие письма), пока выбор не остановился на «Ожидании».
56
4, avenue Emilia
Chez M-me Heyligers
06-Nice
15 авг<уста> 1971
Дорогие Татьяна Георгиевна и Владимир Сергеевич!
Вчера получил Ваше письмо: весь конверт перечеркнут, пометки «inconnu» [323] , хотя адрес — насколько могу его разобрать! — написан верно. А письмо от 10 июля, из Югославии! Не знаю, в чем дело, отчего произошла задержка и путаница. Впрочем, в Ницце это со мной уже бывало (отчасти, м. б., потому, что здесь есть avenue Emilia и rue Emilia).
323
Неизвестен (фр.).
Думаю, что Вы теперь дома, значит, в Мюнхен и пишу. Надеюсь, Татьяна Георгиевна, что Вы скоро появитесь в Ницце, как обещаете. Предупреждаю, что жара здесь в этом году африканская (что, м.б., отражается на моем состоянии). Буду ждать письма, если Вы в Мюнхене. Напишите, что и как, и вообще.
Ваш Г. Адамович
Придуманные Вами названия романа мне не совсем по душе, особенно те, где автор сам себя называет Гамлетом. Вот некоторые, только что пришедшие мне в голову и едва ли лучше Ваших:
Непонятая жизнь
Неизвестность
Без руля и без ветрил
Судьба и случайность
Поздний рассвет
Конечно, таких названий можно придумать еще без конца. Пушкин любил названия, которые «ничего не значат» [324] , и в этом есть доля правды. Не надо, по — моему, чтобы название слишком близко сходилось с содержанием.
Мне лично «Судьба и случайность» скорей нравится, хотя и напоминает «Le hasard et la necessite» [325] .
324
В письме П.А. Плетневу от начала октября 1835 г. Пушкин писал: «Ты требуешь имени для альманаха: назовем его “Арион” или “Орион”; я люблю имена, не имеющие смысла; шуточкам привязаться не к чему» (Пушкин А.С. Полн. собр. соч.: В 16 т. М.; Л., 1949. Т. 16. С. 56).
325
«Случайность и необходимость» (1970) — работа французского биохимика и микробиолога, лауреата Нобелевской премии (1965) Жака Люсьена Моно (Monod; 1910–1976), в которой все формы жизни признавались результатом случайных мутаций и последующего естественного отбора.
57
Nice, 9 сент<ября> 1971
Дорогой Владимир Сергеевич
Простите, что отвечаю с опозданием. Думаю, что Т<атьяна> Г<еоргиевна> уже передала Вам о нашем разговоре по поводу названий Вашей книги.
По-моему, — если Вам не по душе «Мир во мгле», — то можно просто «Во мгле», оставив эпиграф из Боратынского. Из остальных — лучше других «Отголосок». Но я предпочел бы «Во мгле».
Получил письмо от Хомякова. Он сообщает, что Ваша коллективная телеграмма по поводу Ульянова [326] вызвала в Нью-Йорке «недоумение». Там многие находят, что если У<льянов> и ошибается, то «написал здорово!». On aura tout vu [327] .
До свидания. Не мучьте себя больше поиском названия. В конце концов, это значения не имеет. «Война и мир», например, скорей плохое название, а если взять имя (как Вы хотели бы), то «Анна Каренина» — хорошо, но «Раздумья Гуськова» — плохо, т. к. похоже, что Вы сами над собой издеваетесь. Шлю сердечный привет Татьяне Георгиевне, которую очень был рад видеть.
326
Среди многочисленных откликов на статью Н.И. Ульянова «Загадка Солженицына» (Новое русское слово. 1971. 1 августа. С. 2) был и коллективный протест сотрудников мюнхенского бюро радио «Свобода»: Протест против статьи Н. Ульянова // Там же. 15 августа. С. 4.
327
Посмотрим (фр.).
Ваш Г. Адамович
58
«The Drake»
440 Park Avenue
New York
<начало ноября 1971 [328] >
Дорогой Владимир Сергеевич
Пишу из Нью-Йорка [329] . Добрался благополучно, а здесь «расклеился» [330] . Три раза был доктор. Сердечная слабость и другое в том же роде. Надо было сюда ехать, когда я был молодым спортсменом, а не старой развалиной. Отменил пока все университеты, кроме самых близких (Yale) [331] . Особенно жаль, что не поеду в Сан-Франциско, откуда мне прислали приглашение и билет aller-retour [332] . Меня всегда прельщал почему-то этот город.
328
Датируется по содержанию.
329
Адамович провел в Америке более двух месяцев — с конца октября 1971-го по 5 января 1972 г. — выступал перед университетскими аудиториями в Нью-Йорке, Кембридже, Нью-Хевене и Вашингтоне и планировал посетить Западное побережье США, но врачи не позволили. Его путешествие широко освещалось в эмигрантской прессе, в частности, см.: <Б. п.>. Г.В. Адамович едет в Нью-Йорк // Новое русское слово. 1971. 4 октября. № 22392. С. 3; <Б. п.>. Приезд Г.В. Адамовича // Там же. 27 октября. № 22415. С. 3; Иваск Ю. Г.В. Адамович в Нью-Йорке // Там же. 29 октября. № 22417. С. 3; <Б. п.>. Единственное выступление Г.В. Адамовича в Нью-Йорке // Там же. 17 ноября. № 22436. С. 3; Седых А. <Цвибак Я.М.>. Г.В. Адамович: Вступительное слово, произнесенное на вечере Г.В. Адамовича в Нью-йоркском университете 20 ноября 1971 года // Там же.
22 ноября. № 22441. С. 3; Завалишин Вяч. Встреча с Георгием Адамовичем // Там же. 24 ноября. № 22443. С. 3; <Б. п.>. Выступление Г.В. Адамовича // Там же. 1 декабря. № 22450. С. 3; <Б. п.>. Георгий Адамович в Колумбийском университете // Там же. 11 декабря. № 22460. С. 3; Найденов А. На докладе Георгия Адамовича // Русская мысль. 1971. 22 декабря. № 2874. С. 10; <Б. п.>. Г.В. Адамович вернулся в Париж // Новое русское слово. 1972. 5 января. № 22485. С. 3.
330
Д.И. Кленовский считал, что американское турне ускорило смерть Адамовича, и писал 27 февраля 1972 г. архиепископу Иоанну (Шаховскому): «Думаю, что ему повредила поездка в США… Я слышал, что он нередко выступал полубольной, пересиливая себя, а некоторые его вечера были даже отменены по нездоровью. Это было, конечно, очень неблагоразумно» (Иоанн Шаховской, архиеп. Переписка с Кленовским / Ред. Р. Герра. Париж, 1981. С. 274).
331
В Йельском университете Адамович выступал 10 ноября 1971 г. См. газетные отчеты: <Б. п.>. Георгий Адамович в Ейльском университете // Новое русское слово. 1971. 18 ноября. № 22437. С. 3; Самарин В. Один час в России // Там же. 1971.19 ноября. № 22438. С. 3.
332
Туда и обратно (фр.).
Напишите о себе, как и что. Видел о<тца> Ал<ександра> Шмемана, который сообщил, что у Физов плохо. Очень их жаль. Сердечный привет Татьяне Георгиевне.
Ваш Г. Адамович
P.S. От своей ниццской хозяйки знаю, что Madame Grinsberg (бюро переводчиков) очень больна. Пусть Т<атьяна> Г<еоргиевна> не удивляется, если от нее нет ответа.
59
Paris 8е.
7, rue Fred<eric> Bastiat
12 янв<аря> 1972
Дорогие друзья Татьяна Георгиевна и Владимир Сергеевич
Хотя и только к русскому Новому году, и с опозданием к Рождеству Христову, шлю Вам поздравления и самые искренние пожелания здоровья и благополучия. Я только на днях вернулся из Нью-Йорка и нашел на столе груду писем, в последний месяц мне не пересылавшихся. Оттого и опоздание. Еще не звонил Борису Юльевичу, как-то опасаюсь сделать это, но завтра позвоню непременно.