Чтение онлайн

Сьюзен не сумела скрыть волнения: - Между мистером Флоем и леди Элен нет никаких отношений! Они связаны только делами, которые раньше вели их семьи!
– Простите, мисс Симпсон, если этот вопрос показался вам неприятным, - сказал я мягко, - однако я не понимаю вашего раздражения: я уверен, что в любом случае любовь сэра Гриффита к мисс Лайджест не испортила бы вашей с ним дружбы.

Сьюзен ничего не ответила и посмотрела в сторону. Заметив нервозность в ее руках и тревожный блеск в глазах, я понял, что долго этой пытки она не выдержит.
– Скажите, мисс Симпсон, - продолжил я, - что вы думаете о слухах, будто мистер Флой снова собирается сделать предложение мисс Лайджест?
– Мне все равно... Но это неправда!
– Почему вы так думаете?
– Потому что я знаю - он ее не любит!
– А вы знаете, кого он любит на самом деле?

Ее дыхание стало прерывистым от сдерживаемого волнения: - Он... он, наверное, никого не любит!
– Ну, возможно, слухи все же не так лживы, но мистером Флоем в его попытках завоевать мисс Лайджест движет что-то другое. Стремление увеличить свое состояние, например.
– Нет! Я вам уже сказала, что он не способен на такое!
– Это только предположение.
– Прошу вас больше не делать таких предположений!
– Хорошо, мисс Симпсон, - согласился я, - не будем больше об этом. Скажите, вы ведь знаете о поездке сэра Гриффита в Йорк?
– Да, знаю.
– И вы знаете, что он вчера вернулся?
– Да, он уже навестил меня вчера вечером.
– Он был у вас? Весьма вежливо с его стороны! В котором часу это было?
– Он приехал около восьми. Мы вместе пообедали.
– А вы не знаете, когда пришел поезд, на котором он вчера вернулся?
– Знаю! Я заранее узнавала на станции расписание прямых и перекладных экспрессов. Поезд прибыл в половине второго. Это совершенно точно!
– О, мисс Симпсон! Вот вы уже и помогли мне - я вчера встретил сэра Гриффита днем в Грегори-Пейдж и, представьте, забыл спросить его о времени приезда! Даже мисс Лайджест... Господи! Мисс Симпсон, что с вами?

Она закрыла лицо руками и разразилась рыданиями так горько и мучительно, что я пожалел о своей жестокости. Я прикоснулся к ее руке, стараясь немного облегчить ее страдания.
– Не плачьте, Сьюзен, - сказал я, - постарайтесь взять себя в руки и успокоиться! Вы слышите меня? Постарайтесь успокоиться. Вот так! Расскажите мне лучше, что происходит на самом деле. Расскажите мне все - и вам сразу станет легче.
– Я люблю его, мистер Холмс!
– проговорила она сквозь слезы.
– Я безумно люблю его, люблю так, как никогда не любила ни одного другого мужчину!..
– А он? Сьюзен, он любит вас?
– Я... я не знаю! Раньше он любил меня, я знаю это! Но теперь он, наверное, просто жалеет меня... Я так его люблю, а он... он все равно идет в ее дом! Он ходит к ней даже теперь, когда она убила его отца!.. Она околдовала его! Что мне делать?! Боже мой, что мне делать?..
– она снова заплакала навзрыд.
– Мистер Флой и теперь не порвал с вами любовных отношений, Сьюзен?
– Нет.
– Почему же вы сами не сделаете этого, если он обманывает вас?
– Порвать с ним? Как я могу? Я люблю его! Он для меня единственный мужчина! Я не могу!..
– она продолжала плакать.
– Прошу вас, Сьюзен! Это мистер Флой предупредил вас о том, что я приду с расспросами?
– Да, он сказал, что вы, вероятно, придете и станете спрашивать о нем, обо мне и о леди Элен.
– Он просил не говорить о чем-то? Прошу вас, отвечайте, Сьюзен!
– Нет-нет! Гриффит велел рассказать все как есть.
– Он так сказал?
– Да. Он сказал мне: "Сьюзен, если придет мистер Шерлок Холмс и станет задавать вопросы, не лги ни в чем и расскажи ему всю правду".
– Кроме того, что между вами и сейчас существует любовная qbg|?
– Нет, он не говорил этого, но он никогда не рассказывал никому о нас, и я знала, что у него есть причины скрывать это - он ведь мужчина из благородного рода... Я сама решила скрывать, что люблю его. Господи, как я его люблю!.. А он встречается с ней, она нужна ему! Он и теперь сразу поехал к ней, а лишь потом ко мне!
– Успокойтесь, Сьюзен, прошу вас!
– Вы спрашивали, что я знаю об их отношениях. Я ничего о них не знаю! Я не знаю и не понимаю, что связывает их: если Гриффит любит ее, а она его, то зачем он приходит ко мне?.. Если он не любит ее, то зачем приходит к ней?.. И почему леди Элен ведет себя так странно?.. Что ей от него нужно?
– Вы верите, что это она убила его отца?
– Да, это она! Я уверена, что это она! Она очень жесткая женщина и всегда делает то, что выгодно ей.

Я не был удивлен ответом - ревность этой девушки застилала ей глаза и рассудок.
– Вы знаете, где был мистер Флой в час, когда трагически погиб его отец? Говорите правду, Сьюзен!
– Да, знаю, он был здесь, в этом доме, - она продолжала всхлипывать и вытирать лицо платком, - у нас было свидание.
– Встреча была условлена заранее?
– Нет, Гриффит пришел неожиданно.
– В котором часу он пришел? Сосредоточьтесь, Сьюзен - это очень важно!
– Он пришел еще до девяти.
– Вы уверены в этом?
– Я могу поклясться! Было где-то десять минут до девяти. Гриффит нашел меня в саду - я собирала цветы для букетов. Он подошел, и мы забыли о времени... Мы долго разговаривали... Это был прекрасный вечер! А потом я заснула на своем шезлонге.
– Вы заснули?
– Ну да, мы выпили немного вина.
– А когда вы проснулись, Гриффита уже не было?
– Он ушел. Написал записку, что не хотел меня будить, и положил ее мне в руку вместе с букетом ромашек.
– Было уже поздно?
– Да, почти одиннадцать. Я проснулась от холода.
– Вы сами угощали Гриффита вином, Сьюзен?
– Нет, это он предложил выпить и сам сходил в дом за бордо.
– Сколько вы выпили?
– Наверное, больше, чем мне самой показалось - силы быстро оставили меня.
– Вы сами наливали себе?
– Нет, все делал Гриффит.
– А где была миссис Уолтер все это время?
– Спала в своей комнате. Она очень рано ложится.
– Значит, она не может подтвердить ничего из того. что вы говорите?
– Конечно, не может. Она уже давно почти ничего не видит и не слышит.
– Понятно. Скажите, Сьюзен, в Гриффите не было ничего странного в тот день? Вы не заметили в нем волнения, тревоги, может быть, нервозности?
– Пожалуй, нет. Разве что он был более страстен и ласков, чем все последнее время, много говорил о нашем будущем. Я давно его таким не видела. В такие моменты я почти уверена, что он любит меня не меньше, чем я его!
– Гриффит говорил что-нибудь о том, где он был до того, как g`xek к вам?
– Что-то говорил...
– Прошу вас, Сьюзен, попытайтесь вспомнить!
– Да, он сказал, что шел из "Серебряного быка", и что ему не хочется сразу идти домой, так как с отцом в этот день вышла небольшая размолвка.
– Он сердился на отца?
– Нет, он говорил, что после нашей с ним встречи собирается пойти и мирно поговорить с ним. К сожалению, это было уже невозможно... Потом он рассказывал мне, что у ворот Голдентрила встретил полицейскую процессию и арестованную леди Элен и тогда узнал обо всем...
– Об этом я знаю. Когда вчера Гриффит был у вас и предупреждал насчет моего возможного визита, он говорил чтонибудь о том, что вы должны говорить, если я спрошу о дне, когда погиб его отец?
– Да. Он сказал, что если речь зайдет о дне гибели сэра Чарльза, я должна рассказать правду.
– То есть о том, что он провел это вечернее время у вас?
– Да.
– Он просил о чем-то умолчать или что-то особо подчеркнуть?
– Нет, мистер Холмс. Он сказал говорить все так, как было на самом деле. Правда, наверное, он имел в виду, что я скажу вам, что то свидание тоже было дружеским.

Она стала вытирать глаза, и я получил прекрасную возможность рассмотреть ее медальон. Сьюзен производила впечатление простой, но тщательно следящей за своей внешностью девушки, и было заметно, что ее быт несколько превышает ее реальный заработок, должно быть, благодаря финансовой помощи Гриффита Флоя. Однако золотой медальон овальной формы с тонким ободом из бриллиантов и изумрудов мог бы достойно украсить шею даже леди из высшего света и потому так явно контрастировал с обликом провинциальной официантки, пусть даже такой миловидной, как Сьюзен.
– Скажите мне еще одно, Сьюзен, - сказал я, когда она окончательно успокоилась и посмотрела на меня покрасневшими от слез глазами.
– Откуда у вас это украшение?

Она инстинктивно прикрыла медальон рукой.
– Это подарок.
– От Гриффита, я полагаю?
– Да. Он подарил мне его как раз в тот злополучный для него день...
– Что?! Он подарил его вам в тот самый день, когда был убит его отец? Вечером десятого августа?
– Да, в тот самый день.
– Как он объяснил подарок?
– Разве подарки надо как-то объяснять? Преподнес его, чтобы порадовать меня после долгой разлуки... Ведь он ездил куда-то.
– Он просил вас что-то сделать взамен?
– Разумеется, нет. Просто подарил и все!
– Он и раньше дарил вам подарки?
– Конечно, и не раз. Гриффит очень щедр.
– Вас не затруднит показать что-нибудь?
– Нет, если вам угодно.

Она достала из шкафа шкатулку и протянула ее мне. В шкатулке лежало ожерелье. Я рассмотрел его, но и одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что даже десять таких ожерелий вряд ли стоят хотя бы одного камня на ободе медальона. Однако для Сьюзен, по-видимому, между подарками Гриффита не было особой разницы - они были все одинаково dnpnch ей, и поэтому она быстро забрала у меня шкатулку с ожерельем, а медальон заботливо спрятала под воротник платья, явно не желая продолжения расспросов на эту тему.

Я поблагодарил Сьюзен и попросил ее ответить еще на несколько вопросов, однако ее ответы ничего мне не дали, и я собрался уходить.

Когда я уже стоял в дверях, надевая шляпу, она вдруг тронула меня за локоть.
– Послушайте, мистер Холмс, - сказала она, смущенно комкая платок, - я хочу попросить вас не говорить Гриффиту, что я призналась вам в том, что касается наших отношений. Я знаю, что, хотя он и не просил меня это скрывать, ему будет неприятно, что я злоупотребляю его расположением. Обещайте мне, что не расскажете ему!
– Разумеется, я ему не скажу, - ответил я, - но вы, Сьюзен, на досуге подумайте над тем, не слишком ли много вам приходится скрывать и стоит ли это того, что вы получаете взамен?.. До свидания.

Элен расположилась в гостиной на диване. Она читала письмо, и еще до того, как я увидел уже знакомую мне голубую бумагу, я не сомневался, что это очередное письмо от лорда Гленроя. То, что я сравнительно часто видел, как она получает или читает эти письма, не могло быть простым совпадением очевидно, она получала их гораздо чаще, чем это было доступно для моих глаз. Однако я ни разу не видел, чтобы она писала или отправляла ответ. Элен, безусловно, заметила мой интерес к своей корреспонденции, и она, чувствуя мое внимание к этой очередной ее тайне, никогда не заговаривала об этом. Я был уверен, что она не хотела ничего мне рассказывать и заранее заготовила ответ на случай моих расспросов, поэтому я не досаждал ей ими.
– А, мистер Холмс!
– сказала она, складывая письмо втрое и обращая на меня полный ожидания взгляд.
– Я, признаться, полагала, что вы, по своему обыкновению, вернетесь не раньше, чем к обеду.
– Сегодня, как видите, вышло иначе.
– У вас не слишком веселый вид, - заметила она.
– Скорее озадаченный.
– Может быть, хотите кофе? Я попрошу Келистона, и он приготовит его для нас с вами.
– Да, пожалуй.

Через несколько минут дворецкий вручил нам по чашке с ароматным и горячим напитком.
– Случилось что-то неприятное, мистер Холмс?
– спросила Элен, выдержав тактичную паузу.
– Нет, мисс Лайджест, - ответил я, - ничего не произошло.

Она открыла было рот, чтобы спросить о чем-то еще, но встретив мой холодный тон, передумала и промолчала. Между нами как-будто выросла прозрачная стена, через которую можно было видеть все, но которая не допускала излишней теплоты, и я с удовольствием подумал, что эту стену я создал собственноручно. В самом деле - мои отношения с этой женщиной зашли уже слишком далеко.
– Вы хотите спросить меня о Сьюзен, мисс Лайджест?
– сказал я после непродолжительного молчания.
– Я был у нее и узнал коечто новое, но все эти сведения еще требуют тщательного анализа и в настоящий момент, признаюсь, не совсем для меня ясны.

В ее взгляде легко читалось беспокойство. Должно быть, мое wpeglepmne к ней внимание вошло в список ее привычек, и теперь она недоумевала, по какой причине ей доставляют дискомфорт. Я снова испытал нечто вроде злорадства и самодовольства, словно убедился в том, что могу быть сильнее собственных чувств и желаний.
– Мисс Симпсон, наверное, взяла с вас слово никому не сообщать о том, что она рассказала. Верно, мистер Холмс?
– Нет, неверно. Она лишь просила не пересказывать наш разговор сэру Гриффиту.
– Но я все равно думаю, что многое из сказанного не предназначается для моих ушей.
– Возможно, вам просто будет неприятно это слышать.
– О, вы забываете, мистер Холмс, что меня интересует прежде всего моя свобода, а не то, что говорят обо мне трактирные официантки.
– Ну, в таком случае я скажу вам, что Сьюзен Симпсон подтвердила алиби Гриффита Флоя.
– Почему-то меня это не удивляет, - усмехнулась Элен.
– Сьюзен сказала, что у них было свидание.
– Даже так?
– Сначала она пыталась что-то говорить о дружбе, но потом не выдержала и призналась, что любит его. Вы оказались правы, она совершенно лишена здравого смысла в том, что касается Гриффита.