Чтение онлайн

Пещера была узкая только у входа. Через десять метров коридор расширился, и я оказался в круглом зале. Потолок низкий, стены шершавые, пол покрыт льдом. И на этом льду, по всему полу, лежали кости.

Они были не человеческие и не звериные в привычном смысле. Маленькие изящные черепа с острыми мордами и длинными клыками. Позвонки выстроились в ряды — словно кто-то их специально так разложил. У некоторых скелетов сохранились пучки рыжей и белой шерсти, примерзшие ко льду. Хвостов я насчитал штук двадцать. У одних по два, у других по четыре, у одного даже семь.

Кицуня замер в середине зала. Шесть его хвостов безвольно опустились. Он поднял морду к потолку и тонко, высоко завыл. У меня от этого звука непроизвольно дернулось горло.

— Лора, — негромко позвал я. — Это…

— Его родня, — она стояла рядом. — Племя кицунэ. Судя по возрасту костей, они лежат тут больше ста лет. И их убили не монстры.

— А кто?

— Люди.

Она показала мне один из черепов с кусочком металла в кости. Наконечник стрелы. Я медленно опустился на колени рядом с Кицуней.

Лис не смотрел на меня. Он смотрел на самый маленький скелет в дальнем углу — совсем детский, с единственным хвостиком. Кицуня подошел к нему, ткнулся носом в крошечный череп и остался сидеть, ссутулившись.

— Кицуня, — я подошел и присел рядом. — Ты их знал?

Лис поднял на меня взгляд. В золотых глазах стояла такая простая, взрослая тоска, что мне стало не по себе. Я впервые видел его таким. Обычно он то носится по дому за детальками, то выпрашивает блины со сметаной, то рычит на гвардейцев. А сейчас он был маленьким уставшим животным и смотрел на останки лисов, которые когда-то были ему родней.

— Мы их похороним, — пообещал я. — Всех. Как положено.

Кицуня тихонько тявкнул и прижался ко мне боком.

Я встал и обвел зал взглядом. Сзади, у дальней стены, что-то блеснуло. Лора увидела это раньше меня и высветила из темноты. В небольшой нише, выложенной плоскими камнями, лежал серый предмет размером с ладонь.

Десятый камень.

Я подошел и взял его в руку. Холод от камня прошел по запястью до локтя.

— Десять, — Лора провела пальцем по голограмме, отмечая очередную точку. — Осталась Антарктида, и еще один неизвестный.

Я убрал камень в пространственное кольцо и вернулся к Кицуне. Тот по-прежнему сидел возле маленького скелета.

— Пойдем, дружок, — я наклонился к нему. — Надо закончить дело.

Следующий час мы потратили на то, чтобы достойно похоронить кости. Болванчик разобрался быстрее всех. Детали его сложились в подобие маленьких плоских совков, и я собирал останки, а детали переносили их в ряд вдоль стены. Каждому скелету — свое место. Рядом с самым маленьким я поставил несколько плоских камней, которые Лора помогла мне найти в пещере.

Кицуня молча ходил рядом. Иногда тыкался мордой в мою ногу. Один раз лег на лед рядом со скелетом с семью хвостами и пролежал так минут пять. Я не торопил.

Когда все было закончено, я постоял посреди зала. В голове не было никаких красивых слов. Я мысленно пообещал уходящим — тот, кто остался от их племени, будет жить в тепле и вернется сюда, когда захочет.

— Пойдем, — позвал я Кицуню.

Он поднял на меня взгляд. Шестой хвостик, который еще утром подрагивал, теперь распушился по-настоящему и обрел форму.

Мы вышли из пещеры. Снаружи ждал Булат. Кицуня не тявкал, но я чувствовал, что ему стало чуть легче.

— Связать тебя с Валерой? — предложила Лора. — Ему стоит знать, как найти тебя.

— Свяжи.

Лора вывела общий канал через Внутреннее Хранилище. Ждать пришлось недолго.

— Чего?! — рявкнул в голове знакомый бас.

— Валера, у меня есть десятый камень. Остались еще два. Ты где?

— Иду по следу того, с иглами на башке. Не мешай мне, я нашел их секту и вступил в отряд.

— Куда вступил? Какая секта?!

— В отряд по борьбе с сектантами! У них сходка через час, если я опоздаю, меня выгонят из группы. Все, конец связи.

— Валера, подожди…

Но он уже отрубился.

Я посмотрел на Булата. Булат посмотрел на меня. Кицуня у моих ног чихнул, подытоживая нашу дискуссию.

— Он вступил в отряд по борьбе с сектантами… — выдал я.

— Ага, — Лора сидела на коне и разглядывала ногти.

— Чтобы бороться с сектой, которую он нашел.

— Ага.

— Что-то я уже ничему не удивляюсь.

— Это нормально, — философски заключила она. — Я тоже давно перестала удивляться этому здоровяку. Удивительно, что ты сам еще не привык.

— Да привык…

Я забрался Булату на спину. Кицуня прыгнул следом, устроился рядом и пригрелся.

— Секта значит… — вздохнул я. — Ладно, не хочу в это даже влезать. Булат, давай обратно на Сахалин. А там в Антарктиду.

Дирижабль «Дорогой Франт».

Над Индийским океаном.

Буслаев сидел в мягком кресле у окна и смотрел вниз на облака. В стеклянной оранжерее дирижабля росли орхидеи — живые, настоящие, не дешевые иллюзии, которыми часто украшают транспорт такого класса. Чай он заказал сорок минут назад. Белый, редкий, с лепестками жасмина. Именно такой он пил в своем мире, в своей квартире, в своей жизни до того, как все полетело в бездну.

Чая все еще не было.

— Вы, — не поворачивая головы, окликнул Буслаев официанта, проходившего мимо. — Если чай не окажется передо мной в течение минуты, я буду вынужден подать жалобу капитану.

Официант, худощавый, высокий мужчина в белой форме, побледнел. Поклонился.

— Прошу прощения, господин. Сейчас же.

Он убежал. Буслаев поправил манжет. Руки у него теперь постоянно были холодными. Кожа приняла легкий оттенок серого, а под ногтями чернели тонкие линии. Он перестал обращать внимание. Нечто давно объяснил, что это нормальная реакция смертного тела на слияние с божеством его уровня.

Само Нечто сидело напротив. Это была только иллюзия для Буслаева, чтобы ему было проще вести диалог. Нечто иногда применял этот фокус к своему сосуду. Лицо бесстрастное, глаза пустые.