Чтение онлайн

Авао, заложив руки за спину, прохаживался перед рядами драконов. Только что он рассказал всем о том, как для Мироальда было создано Сокровище.

— Ты поместил артефакт, доверенный нашим Альянсом в Сокровище?! — возмущенно спросила Алмазная Драконица в блестящем белом платье. — Это же извращение! Ты что, не знал об этом? — вскинула она на Авао глаза.

Белая радужка драконицы отливала разными цветами и сверкала под светом тысячи свечей, находящихся на люстре под потолком.

— Успокойся, Диамант, — ровным голосом произнес Авао, закуривая золотую длинную трубку. — Я знал, верно. Потому что Мироальд мне сам об этом рассказал.

— Так почему ты ничего не сделал? — повысила голос женщина, буквально вскакивая с места. — Надо было уничтожить Сокровище!

Ее слова буквально потонули во всеобщем гвалте возмущения.

— И вернуть артефакт назад в Альянс! — последние слова она буквально выкрикнула, пытаясь перекрыть создавшийся в зале шум.

Гул и шум из-за обсуждения другими членами Альянса создали не самую благоприятную атмосферу для того, чтобы решить проблему с Мироальдом.

Тогда с места поднялся Платиновый Дракон, убеленный сединами, во всем белом. Драконы притихли только увидев то, как он встал, даже несмотря на то, что дракон еще ничего не сказал. Когда в зале воцарилась мертвая тишина, он проговорил довольно старым, но твердым, без дребезжания присущего обычным старикам, голосом:

— Прекратить балаган. Ведете себя хуже драконьих яиц. Пускай штейгер закончит свои объяснения. И потом вы выскажетесь, согласно правилам проведения Драконьего Альянса, — старый дракон выдержал паузу и обратился к Алмазной Драконице: — Диамант, прошу тебя быть сдержанней.

Та нахмурилась и вернулась назад на свое место, откинув назад переливающиеся блеском локоны.

— Благодарю, Великий, — сделал поклон в сторону Платинового Дракона Авао, несколько приподнявшись. Тот прикрыл глаза, принимая благодарность.

— Продолжайте, — сказал он.

— Это Сокровище — живое, — заговорил вновь штейгер, и по залу пронеслись перешептывания, удивление и непонимание. — Возможно некоторые уже слышали о НЕЙ.

— О ней? — переспросила Диамант нарочито небрежно, с недоверием глядя на Авао.

— Все верно, — взглянув на драконицу, сказал штейгер. — Это ОНА. Девушка. Живая, двигается и говорит, думает, на вид нельзя отличить от любой другой человеческой девушки. Но то, что она создана из других сокровищ, придало ее телу особую неуязвимость, а внешности — неземную красоту.

Теперь уже переговаривания драконов стали более заинтересованными. Диамант вальяжно откинулась на высокую спинку стула, обитого бархатом, на котором сидела и задумчиво накручивала прядь волос на палец.

— Мироальд сделал артефакт ее сердцем. Артефакт питает ее, он дает Онифэль жизнь и силу.

— Он не имел права этого делать, — высказался кто-то.

— Конечно, не имел, — кивнул Авао, взглянув на говорившего. Выпустив пар, он продолжил: — Но он уже сделал это. Я понимал, что только за это следует исключить его из Драконьего Альянса, но тогда его Сокровище пришлось бы забрать. Мироальд же по своей природе мрачен и защищает свое до последнего.

— Каждый из нас защищает свое до последнего, разве нет? — отозвался другой дракон. — Нужно забрать у него Сокровище.

— Почему ты этого не сделал? Испугался? — съязвила Диамант, кинув взгляд на Золотого Дракона.

Тот ответил:

— Мироальд такой же член Альянса, как и любой из нас. Я не имел права принимать решение в одиночку. Тогда я послал Этеля и Лекстона на проверку, чтобы узнать, что сделает Мироальд, если его Сокровищем попытаются завладеть другие драконы. И реакцию на это самого Сокровища. Кстати говоря, Мироальд дал ей имя — Онифэль. Так что она стала полноценной живой девушкой. Лекстон, — обратился к своему воспитаннику Авао: — Скажи пару слов об эксперименте.

Лекс поправил ворот полурасстегнутой белой рубашки и, поднявшись с места, заговорил:

— Онифэль — довольно податливый материал. Если бы Мироальд поставил цель сделать из нее нечто определенное, все бы получилось. Онифэль можно сделать и оружием и союзником, а можно пустить все на самотек, как это сделал Мир, и из нее выйдет неизвестно что. По своей натуре — это невинная девушка, но в то же время сравнительно взрослое и зрелое Сокровище. Она способна увеличить силу любого дракона при близком контакте. Я надеюсь, вы понимаете. О чем я? — он окинул драконов взглядом и продолжал: — Дает ей эту силу, конечно же, помещенный в нее артефакт. Мироальд почти сразу примчался, чтобы ее спасти. Я могу предположить, что между ними установилась настоящая телепатическая связь, иначе он никак не мог бы узнать о ее местонахождении. После этого я говорил с Эрвой, — Лекс кинул взгляд на дракона, — и он высказал теорию о том, что Онифэль может заставить любого дракона делать именно то, что хочется ей, а не дракону. Я говорю «дракона», потому что мы смогли только несколько позже проверить эту теорию. Я привел в замок человеческую девушку, после того как я поговорил со штейгером, и он дал добро, — Лекстон кинул взгляд на Золотого Дракона, тот кивнул, выпуская дым из трубки. — Ее звали Мария. Она потом мне рассказала, что Онифэль буквально умоляла ее уходить поскорее из Драконьего Замка. Но сама девушка этого не хотела, и в итоге не сбежала. Следовательно, ее сила распространяется только на драконов. Артефакт вряд ли мог дать ей силу управлять драконами. Честно сказать. У меня даже нет никаких предположений о том, откуда у Онифэль эта сила.

— Была версия, — после зевка с места поднялся Эрва. — Что из-за того, что алхимик поместил в нее не только сокровища Мироальда, она теперь не может принадлежать всецело ему. И это могло ей дать подобную способность. А также ту самую любовь к каждому дракону, о которой мы еще не говорили.

— Любовь к каждому дракону? — недоверчиво переспросил один из собравшихся.

Эрва кивнул.

— Вот именно. Так вот. Эта теория… Были предположения, но нам не удалось ее доказать. Если только Альянс всерьез возьмется за изучение сущности Онифэль, я думаю, тогда можно будет выяснить что-то любопытное.

— Спасибо, — кивнул своим подопечным Авао, и те сели на места, понимая, что штейгер хочет продолжить. — У меня есть еще кое-какие факты, которыми я хочу дополнить то, что вам всем уже известно.

Золотой Дракон посмотрел на Великого, и тот прикрыл глаза, разрешая продолжить.

— Это все было в течение четырех дней, — снова зазвучал в зале голос Авао. — На пятый день на наш Интернат напали болгары.

Он неодобрительно покосился на широкого болгарского короля, а тот ответил ему испепеляющим взглядом. В зале начало потрескивать напряжение. По рядам вновь прокатились волны возмущения и недоумения.

Да, они давно метили захватить Золотой Интернат и присоединить их к своему, создав одно огромное заведение с одним штейгером. Но почему вдруг сейчас?

Не с драколичами ли они заодно?

— И во время нападения болгар на замок напали драколичи, — фраза Авао породила такой шум, что Платиновому Дракону вновь пришлось восстанавливать тишину в зале заседания.

После чего Лекс добавил:

— Болгары же, вместо того, чтобы сражаться с ними, трусливо поджали хвосты и улетели восвояси.

— Повтори — ка еще раз! — угрожающе проговорил король болгарских драконов, поднимаясь с места с кряхтением. — Ты, сопляк, назвал мой народ трусами?! Это вызов! — его лицо побагровело от ярости и начало покрываться драконьей чешуей, а зрачки глаз стали вертикальными.

— Стратимир! — воскликнул старик. — Прекратите. Мы разберемся с вашими распрями после того, как решим вопрос с Мироальдом Веисом и его Сокровищем. Я не намерен терпеть ваши детские перепалки в этом зале. Авао, — обратился он к штейгеру: — Продолжай и быстрее.