Чтение онлайн

— Хочу, — уверенно ответила я.

— Ну, значит, кивнешь, когда у тебя спросят про старого-доброго дядюшку Глеба.

— Дядюшку? — я чуть со стула не рухнула.

Что??? Одна новость краше другой!

— Да. Семьдесят седьмая вода на киселе, но иначе ничего бы не получилось так быстро. И, главное, все легально, кроме вот этого родства, оформленного в Усть-Пердюйске.

Да он сумасшедший вдвойне! Втройне! Или как раз в этой самой семьдесят седьмой степени!

— Но ты же… уже… мой опекун. Разве нет? Я уже ничего не понимаю…

«И не соображаю, что к чему!»

Мне хотелось за голову схватиться и куда-нибудь убежать!

— Опекун на время разбирательства с Вовчиком. Я же говорил: «Читай внимательнее, олененок». А иначе зачем тебе такие большие глаза?

— Чтобы лучше видеть тебя, дядюшка Глеб, — зло прошипела я. — И что? Это все временно? А что будет потом?

Мое тело начало покалывать, кожа — зудеть. Это не просто нервы давали о себе знать. У меня начиналась самая настоящая паника, в эпицентре которой сидел этот довольный рыжий медведь!

— Пока что, да, но потом мы оформим все как полагается, — Рыжий замолк, как будто раздумывал над следующими словами, поднес вино ко рту, но все же продолжил. — И я уйду. Все, что тебе нужно будет подписать или чиркнуть, все будет делать адвокат от моего лица. Так что, нам даже видеться с тобой не придется. Ну, ладно… Может быть, иногда будем играть для твоей опеки спектакль… Что там еще я хотел тебе сказать? — он отпил вино и удивленно посмотрел на меня. — А ничего так. Полтинник стоит, а сотня — чисто за бренд и стекло.

— А мои приступы, Глеб? — спросила я очень тихо.

Боже мой! Какой-то дурдом!

— А-а. Точно. Вот этим сейчас занимаются мои люди. Только я многого не могу понять. Кажется, нужен будет нормальный толковый врач, а лучше консилиум, который разжует нам все. У тебя очень вредные доктора, олененок. То, что они предоставили, какая-то херота подзаборная. Я такое и сам могу написать. У меня нехорошее предчувствие, как будто все притянуто за уши. Но ничего, припугнуть — это дело двух, трех секунд. Сделаем и тогда станет понятно, откуда у твоих диагнозов ноги растут.

— Глеб, ты не понимаешь? Я вижу родителей, я разговариваю с ними. А потом появляется что-то ужасное. Меня накрывает. Это все настоящее. Диагнозы настоящие. Тут нечего притягивать.

— Разберемся. А уже потом будем думать, есть ли какое-то спасение.

— Знаю я это спасение! Таблетки. Уколы. А потом клиника! Я через это уже проходила, — от злости я смяла салфетку.

— Я верю тебе, Свет, — глядя в мои глаза, мягко произнес Рыжий. — Но мне нужны все документы и адекватный специалист, который сможет все это объяснить мне. Пока одни отписки и пожимания плечами, но меня не устраивает это. У всего бывают причины.

— Детская травма, потеря родителей — вот то, на что сослался психотерапевт, которого я посещала. Ты ничего нового не услышишь, даже если соберешь этот самый консилиум. Не трать время.

— Давай, я сам разберусь с этим.

Я вдохнула поглубже. Мне казалось, что все это так сложно: Владимир, документы, опекунство, контакт с врачами… а у Глеба все было так легко и просто. Он вот так вдруг ворвался в мою жизнь, взмахнул волшебной палочкой и сказал: «Не дрейфь! Все решаемо!»

— Чего загрузилась?

— Я так, перевариваю.

— Ну, тогда переваривай дальше. Спасибо за ужин. Через час привезут кровать, соберут ее. Распорядись, чтобы в моей комнате «навели» уют и порядок.

— Ты же теперь босс, Глеб. Ты и отдавай приказы.

— Э-э, нет, олененок. Я беру на себя только охрану. А хозяйка здесь ты. Действуй.

Глеб встал из-за стола, допил вино и подошел ко мне. Он наклонился и взглянул на меня. Запах табака и его парфюма моментально унес меня в его квартиру, в его кровать, в его объятия… Я почувствовала, как начинаю себя терять.

— Выдохни, малышка, — он прошептал в ухо и поцеловал меня в щеку. Мое тело от его поцелуя тут же обдало жаром. — Буду поздно. Но обязательно буду. Даже не рассчитывай, что я не приеду сегодня.

— А знаете, — отвлекся от дороги Никита, — как называются пожилые анорексички?

Я закатил глаза, ожидая очередную искрометную шутку водителя.

— И как же? — равнодушно спросил Влад.

— Легкие бабки! — заржал Ник, но, не получив никакой реакции, заткнулся.

— Когда ты уже поумнеешь, Никитос? Твои дебильные шуточки уже вот тут сидят, — я поймал его взгляд в зеркале заднего вида, ткнул ребром ладони в кадык и вернулся к разговору с Психом. — Что там у нас в итоге-то?

— Филимонова как знала, что Борис захочет увеличить поставки, — Влад закрыл ноутбук.

— Это же отлично. У нас теперь есть своя Ванга.

— А еще говоришь, что у меня дебильные шуточки, — тут же вставил свои пять копеек в наш диалог Никита.

— Твое дело рулить. Вот и займись этим!

Никитос обиженно фыркнул и перестроился в левый ряд, чтобы прибавить скорость.

— Обиженка! — я не смог в очередной раз не подчеркнуть его чувствительную натуру.

Я открыл окошко, потянулся за сигаретами. В самый ответственный момент, разумеется, просрал зажигалку. Вроде упала в ноги, но что-то я ее там не увидел.

— Да ёбта! Куда она могла подеваться?

— Так, куда тебя подбросить? — Влад заботливо передал мне свою зажигалку. — К дому или ко мне за тачкой?

— Нет. Машину заберу завтра. Меня Паша подбросит. А сейчас мне надо в коттеджный поселок.

— Да ла-адно? К Бодровой?

— Влад, ты как будто в СССР живешь, где секса не было и до свадьбы говорили о ромашках. А ты, — я посмотрел в зеркало заднего вида, чтобы Ник меня увидел, — помалкивай. Не до твоих тупорылых шуточек.

— Больно надо. У тебя и самого неплохо получается.

Влад расхохотался. Я метнул недовольным взглядом в Никиту. Вот сука, он уделал меня! Когда такое было?

— Хватку теряешь, дружище. Диктуй ее адрес.

На часах было около двух ночи. Я был немного подбуханный. Машина Влада и два сопровождавших нас внедорожника с охраной плавно въехали в элитный поселок. На КПП, кажется, немного прих*ели от неожиданной ночной делегации. Но, увидев мой пропуск, пропустили без разговоров.