Чтение онлайн

Блинство! Тоник усыпил мою бдительность!

Но я ошибалась…

Мы вышли к красивому зданию, спрятанному ото всех за листвой. Красный кирпичный домик в викторианском стиле как будто открывал дверь в другую эпоху, а вокруг него стояло несколько статуй из металлической проволоки.

— Ого!

— Рад, что сумел произвести на тебя впечатление.

Мы вошли внутрь здания и поднялись на второй этаж. Нас ждал официант, играла живая музыка. И было так много свеч!

— Как. Тут. Красиво, — все, что смогла сказать я.

Если бы было светлее, Тони увидел бы мои красные от смущения щеки. Еще никто никогда не делал для меня что-то подобное.

— Ам-м, — я не успела остановить официанта, как мой бокал наполнился на две трети шампанским.

— Не переживай. Оно безалкогольное. Как мы и договорились, я верну тебя к твоей машине. Но если ты передумаешь, мы все-таки пойдем по плану «б»: я отвезу тебя домой, а завтра с утра приеду и подкину до университета. А после я заберу тебя на второе свидание.

Глаза Антона блестели, но далеко не отражавшиеся язычки пламени свеч были тому причиной.

— А это, значит, первое? Мы вроде обсуждали серьезный разговор о всепрощении и извинениях, — я рассмеялась, вспомнив нелепое «всепрощающая Светлана», озвученное Антоном, когда я противилась этой поездке.

— Вот блин, я проговорился?

— Угу.

— А я так старался, чтобы ты не заметила подвоха. Впредь буду осторожнее, у нас будут исключительно деловые встречи. Ну, подумаешь, свечи, музыка… и все вот это. Это же так, антураж, не более. И капля романтики.

— Капелька, — улыбнулась я, все еще потрясенная сюрпризом. — Думаешь, они будут?

— Все от тебя зависит, Света… Если ты простишь меня и доверишься.

— Ну-у, я подумаю. Можно?

— Можно, — он поднял свой бокал.

Мы продолжили нашу ненавязчивую беседу. В какой-то момент затронули тему семьи. Я все ждала, что Антон скажет, что Ваня — приемный, но нет. Они были родными братьями, отличавшимися на все сто.

— Он охламон. Хоть и старше меня на пару лет, но порой такое «выкидывает», что мне кажется, что на моей шее сидит подросток.

— Старше? Я думала, он младший…

— А так и не скажешь, да? — пожал плечами Тони. — Я с детства огребал за него. И с возрастом ничего не поменялось. Вечно расхлебываю за ним.

— Мне жаль, что все так. Я даже не знаю, каково это. Я в семье одна, у меня никого больше нет.

— Я, — замялся Антон, — подумать не мог, что ему взбредет в голову такое.

— Давай не будет это обсуждать. Ты не можешь отвечать за всех. Давай не будем портить это деловое… свидание, — я посмотрела в его глаза, полные сожаления. Все-таки, странно все это…

— Хорошо. Тогда могу я задать тебе вопрос?

— Только если нам принесут о-о-очень вкусный десерт, — улыбнулась я.

— Окей, — он поднял руку вверх и подал официанту знак.

— Так какой вопрос?

— Глеб.

…и опять Глеб… мы же уже о нем говорили!

Имя Рыжего прозвучало так, будто меня кирпичом ударили по голове. Почему сейчас, когда вокруг так красиво, музыка безумно приятная, а передо мной оказалось самое воздушное и аппетитное в мире пирожное Тирамису, Антон решил об этом заговорить?

Почему, почему, почему?!

— Глеб… — повторила я обреченно.

— Я пытаюсь понять, что связывает вас. Если бы не спешка, он бы убил моего брата.

— Не преувеличивай.

— Поверь. Тут и думать нечего, он был в бешенстве. Ваню спасло время, которого было мало на тот момент. Поэтому я задался вопросом в очередной раз…

— Каким? — произнесла я сквозь зубы, готовясь к худшему.

— Свет, у вас с ним что-то есть?

Я натянуто улыбнулась, сморщила нос и уставилась на пирожное. Как будто оно могло помочь мне избежать этого разговора.

— Я… у нас с ним был договор. Я не буду вдаваться в подробности, это ни к чему. Сейчас ничего нет. Я аннулировала сделку. Глеб, — я запнулась. Что же его имя давалось мне так тяжело? — В общем, он вроде тоже сказал, что все отменяется.

— Сделка не состоялась?

— Антон… нас с ним больше ничего не связывает, — произнесла я, понимая, что убеждаю себя, а не Антона. — Давай больше не будем поднимать эту тему. Глеб в прошлом.

— Ты ждешь очень важный звонок?

— А?

— Ты постоянно теребишь телефон, Глеб, как будто тебе кто-то должен позвонить. Что, Псих?

— А-а, нет. Это привычка, Вик.

— Раньше я ее за тобой не замечала.

— Значит, плохо смотрела, — слишком резко ответил я.

— Да что ты на меня постоянно наезжаешь? Мы в аэропорт войти не успели, а ты уже начал. Что я такого сделала? Ты не с той ноги встал?

— Ага. Еще вчера утром. Так. Я сейчас отойду на полчаса. А ты тут давай это, не напивайся. А то знаю я, как ты любишь дорогое винишко. Особенно, если оно халявное.

Я чмокнул Вику и поднялся. Паша тоже. Филимонова ждала нас у выхода из зала. Пока шел к ней, чуть не смел какого-то невнимательного паренька. Тот тоже таращился в телефон. Наверное, как и я, все не мог дождаться звонка или хотя бы смс-ку от какого-нибудь красивого олененка.

— Ну?

— Не здесь же, — развела руками вдова. — Пойдем, перекурим, Глеб.

— Бля-я…

Я вспомнил о снегопаде, которому был очень «рад» с утра. Потом вспомнил о пуховике, который ни хрена не греет. В нем моя жопа за пару минут, которые я шел от арендованной тачки до банкетного зала, превратилась в два кубика льда.

— Паш, жди. Пару минут, — я достал пачку сигарет, как только мы дошли до курилки.

Дошли — громко сказано. Скорее, доскользили. Территорию очистили от снега, но все дорожки промерзли, превратившись для подошвы моей обуви в скрытый каток.

— Нужен выход к оружию. Клиента зовут Борис. Он хочет встретиться с нами завтра здесь же в двенадцать часов.

— Экспорт?

— Да. Иначе я бы вас с Владом не дергала. У меня, сам знаешь, руки связаны продавать так далеко.

— Сколько?