Чтение онлайн

Отодвинув чашку с бефстроганов, я лезу в карман за вибрирующим телефоном. Раньше бы меня за использование мобильным за столом сожгли на костре, а теперь всем плевать. Семья занята думами о Сове.

Увидев имя на экране телефона, я подскакиваю с места и всё-таки привлекаю внимание домашних.

— Что случилось? – кричу в трубку.

Свиридов не мог мне просто так звонить. Значит случилось что-то страшное. И этот кошмар моя сбитая с толку фантазия рисовала в последние недели. Я предчувствовал беду.

— Выйди. Машина стоит у ворот, — глухо отзывается голос из трубки и я бегу к выходу.

Шум сзади предупреждает меня о том, что семья полным составом бежит следом. При этом никто не думает прикрываться от воды с неба, ведь начало апреля выдалось дождливым. Бежим в чем были! Только бы встретится лицом к лицу с устрашающей неизвестностью.

Машина Свиридова стоит у ворот, освещая фарами потоки дождя впереди себя. Когда мы подбегаем к машине, водительская дверь открывается и к нам на встречу идет Андрей.

На мертвеца похож – приходит страшная мысль и я еще раз убеждаюсь в том, что он с ней что-то сделал.

— Где Женя? – благим матом ору на Свиридова и он останавливается.

— Сзади сидит… Выходить не хочет…

Кидаюсь к задней двери и облегчённо выдыхаю, когда в тусклом свете салона очерчиваю взглядом сестру. Сидит, опустив голову вниз, и горько рыдает.

Главное живая и целая, — внутренне радуюсь я, — а со слезами мы справимся.

— Выходи, Сова, — тихо зову сестру, — чего плачешь?

Женя интенсивнр машет головой из стороны в стороны и, всхлипывая, просит.

— Нет. Я хочу вернуться к нему… Он… он привез меня назад, а я не хочу…

Надо бы ввалить Свиридову за честь сестры, но я настолько рад, что готов взять Сову на руки и вприпрыжку донести до дома.

— Давай дома поговорим…

— Дома? – визг Жени ударяется о действительность и она поднимает голову, — здесь не мой дом. Я к нему хочу, понимаешь? Мой дом там, где Андрей.

Несколько секунд я приглядываюсь, потом наклоняюсь и ошарашенно вдыхаю воздух вокруг сестры. От Женьки несет алкоголем, а одну часть её лица пересекает вздутая красно-синяя борозда. При этом, под глазом и на скуле расплывается огромный ярко-синий фингал.

— Тварь! – зверею я и оборачиваюсь на Свиридова, — ты что с ней сделал ублюдок?

Под крик бабушек и матери, я кидаюсь на бывшего друга с кулаками. В ушах звенит, ярость рвется наружу, а через секунду приходит понимание – я его просто убью. Здесь и сейчас. За предательство, за то что позарился на святое, за то, что посмел, сука, руку на нее поднять. Лучше отсижу за дело, но пришибу этого гада.

Свиридов не сопротивляется и я быстро заваливаю его на землю. Отец с братом пытаются меня оттащить, но мои удары все равно достигают цели.

Резкое движение и вместо ублюдка, я вижу Женьку, которая закрывает его собой.

— Нет-нет! Нет. Не надо. Убьешь его – я уйду следом. Не трогай! За что?

Я обтираю костяшки пальцев о промокшую футболку и прошу.

— Уйди. Эта гнида руку на тебя поднял.

— Нет. Я влетела в дверь. Мы… мы выпили у Вадика Седова в парке и я врезалась. Андрей забрал меня из парка и привез… сюда. В дом к человеку, который постоянно его бьет. За что! – визжит сестра и я отступаю на шаг назад.

В этот момент Андрей поднимается на колени и подставляет разбитое лицо потоку воды, льющейся сверху. Я его отпиз*л, а ему будто всё равно. Словно он боли не чувствует. Точно мертвец. Что, бл*ть, у них случилось?!

— Ты врёшь? – тихо спрашиваю у сестры.

Женя утыкается носом в промокшие джинсы Свиридова и молчит. Андрей аккуратно отодвигает девушку в сторону и кое-как поднимается на ноги. Сплюнув кровь, он медленно шагает к машине. Женька кидается следом и жалобно просит.

— Не бросай меня. Ну, не бросай. Прости…

Она перегораживает мужчине дорогу к водительской двери и скулит, словно бездомная собачка.

— Я буду идеальной… Всё для тебя сделаю, только прости. У нас с Вадимом ничего не было… Я люблю тебя больше жизни, поверь мне… Умру, если ты уедешь.

— Заберите её, — кричит Андрей, глядя на родителей и я впервые замечаю на его лице то, чего никогда раньше не видел.

Это не вода, нет. Слезу. В его глазах стоят слезы. Нет. Я точно умом тронулся. Галлюцинации. Он ведь скала. Андрей даже наедине со мной – с другом — эмоции редко проявлял. А здесь у всех на виду в его глазах я вижу влагу. Нет. Показалось. Или это я разбил ему лицо слишком сильно и он от боли расчувствовался.

Отец берет на руки брыкающуюся сестру, а Свиридов садится в машину и уезжает.

После этого вечера была самая долгая ночь в жизни семьи. Под утро вымотанные напрочь мы вызвали бригаду скорой помощи и только большая доза успокоительных смогла помочь сестре уснуть.

Мы правда тогда думали, что постепенно наша жизнь вернется в прежнее русло и Женя со временем начнет забывать Свиридова. Время лечит — повторяли мы спасительную мантру.

Как же мы ошибались. Следующие четыре месяца стали самыми тяжелыми и страшными для всех.

Четыре месяца спустя

Я смотрела, как родители ловят каждое слово приглашенного в дом психотерапевта и никак не могла понять – они что реально считают, что этот старичок в огромных очках сможет вытравить из моего нутра любовь к Свиридову?

Наивные. Они до сих пор верят, что мне можно помочь!

НеМожно! Пустая трата времени! Не выйдет!

Зря выкинут деньги. Размер оплаты за услуги старик, между прочим, сразу обговорил. Неплохо, кстати, эти «врачеватели душ» наживаются на людях. За один прием такого старичка они заплатят больше, чем за бутылку хорошего алкоголя. Фишка в том, что спиртное мне хоть засыпать помогает, а этот дядька чем мне поможет? Сотрет память? Вырвет сердце? Чем, черт возьми, он сможет мне помочь?

— Терапия предстоит долгая, — вещает старик и родители вдохновлённо кивают, — но это стоит того. Сеансов десять, не меньше. Ситуация того требует…