Чтение онлайн

— Нет, нет, нет. Иордин!

Верховный владыка медленно поворачивается ко мне, пронзённый насквозь клинком архангела. Его губы подрагивают, из уголка течёт тонкая струя крови.

Как под заклинанием замедления времени, я вижу, как за спиной архангела подрывается Орион. Он призывает ледяной меч Короля и пронзает Иордина.

Его вздох. Моё лицо окрасила кровь Владыки Небес.

Он протягивает ко мне руку. Тыльной стороной ладони проводит по скуле. Его шоколадные глаза смотрят с нежностью и любовью.

— Я тебя прощаю!

Яркий свет, всплеск энергии, чувство полёта. Удар головой о что-то жёсткое, и перед тем, как потерять сознание, снова вижу перед собой шоколадные глаза.

Я убила Иордина.

Фейт

Каким бы жарким ни было пламя в камине, ему не согреть мои заледеневшие внутренности. Ему не сжечь гнетущее чувство отвращения к себе. Ему не осушить бесконечные льющиеся слёзы.

Я не хотела ни есть, ни пить, но девочки, не оставляющие меня одну ни на минуту, заталкивали в меня еду силой. Они со мной не говорили, и я была за это благодарна. У меня всё равно не нашлось бы слов. Они лежали со мной в кровати и молчали, обнимая меня, а на ночь менялись, но никогда не выпускали из виду.

Сколько прошло времени, я не знала. Каждую ночь один и тот же кошмар. Шоколадные глаза, снежные волосы, его кровь на моих руках и слова. Слова, что разрывали сердце больше всего: «Я тебя прощаю».

Мне нет прощения, Иордин. Я дала клятву. Ты присутствовал при этом, ты слышал заветные слова о том, что я должна была оберегать жизнь. А я? Я убийца!

Он ведь знал, что я воровала книги из библиотеки, книги, к которым многим запрещено даже прикасаться. Он всегда отдавал мне лучшее вино со своего стола, что было предназначено только для архангелов. Он никогда не говорил «спасибо», но всегда склонялся и вдыхал аромат цветов, что я приносила с рассветом. Только сейчас я осознала, что до Верховного правителя всегда доносили информацию о покидающих Серебряный город и куда они перемещаются. Он запрещал мне покидать Небеса, и я из раза в раз его ослушивалась. Никто не может перечить слову Верховного правителя. За такое — лишаются крыльев. Он не лишил меня их даже за больший грех. Иордин знал, что каждую ночь после битвы я сбегала в храм Ойлистрей.

Ойлистрей…

Слёзы потекли с новой силой, меня начало колотить. Девочки проснулись и бросились меня успокаивать, гладить по спине, по волосам, по лицу.

Настоятельница Элпис, Аурика и Мира…Они погибли в той битве. О, Небеса и Адская бездна.

В истории Академии было сказано, что храм был уничтожен до основания ударной волной от мощнейшего сплетения Светлых и Тёмных сил. Выживших нет.

Горло начало саднить, так сильно я выла.

Голоса…

Отдалённо слышала крики Эрики, она погоняла Малакая и кричала о зелье.

Перед моим взором появились чёрные, как самая непроглядная ночь, глаза.

— Спи, небесный одуванчик.

Успокоение… Темнота… Сон.

* * *

Дни сменялись ночами, сколько прошло оборотов, я не знала. В воспоминаниях я возвращалась к прошлой жизни. Золотые врата Серебряного города, цветущие сады, библиотека. Выжидающе смотрящее лицо Иордина и то, как он преклонил колено под удивлённые вздохи ангелов, чтобы забрать из моей крохотной ручки подснежник. Я плакала без слёз. Их уже не осталось. Только гнетущее чувство отвращения к себе.

Голос Эрики заставил меня распахнуть тяжёлые веки.

— Я, конечно, всё понимаю. Нет, я не могу даже и представить то, что ты чувствуешь Фейт. То, что тебе пришлось пережить в этой жизни и в прошлой. Прости меня, — Эрика тяжело вздохнула, — но Фейт, от тебя воняет. Словно ты лошадь в стойле, в котором давно не убирались.

— Так уходи.

Я лежала пластом на кровати и смотрела в одну точку на расшитом серебряными нитями балдахине. Девочки стояли надо мной.

— Фейт, больше месяца прошло, — вздохнула рыжая. — Ещё день и нам придется сжечь здесь всё до основания.

— Плевать. Мальчики богатые, купят новое.

Девочки захихикали.

— Неужели нам удалось вытянуть из неё больше, чем мычание? — прощебетала Талия.

— Кажется, лёд тронулся.

Платье вздёрнули. Обхватив мои лодыжки, резко дёрнули, потянув вниз. Визжа, я слетела с кровати на заранее уложенные подушки. Потом был ковер, потом…

Брр…

— Холодно же.

— Тогда вставай и топай ножками.

Неугомонная Эрика и зомби поднимет своим напором.

Огромная ванная комната, отделанная белым мрамором. Резные белоснежные колонны уходили к высокому потолку со стеклянной крышей, заваленной снегом. В ванной был камин, в котором сейчас полыхало пламя, наполненный под завязку дровами. Но больше меня удивила окно, в целую стену. По ту сторону виднелся заснеженный лес и горы.

— Какая красота!

Мы отмокали в огромной ванне, что по размеру была с мою кухню в мире людей. В комнате витал запах ароматических масел, что-то очень пряно-сладкое, что дурманило мозг и расслабляло тело, или это хорошее вино, что Талия принесла с собой, сказав, что Бастиан поделился из своей личной коллекции.

В дверь постучали. Вошли несколько девушек и поклонились.

— Мы пришли помыть вас, ваше высочество.

А?

Я перевела взгляд на сестёр, они, улыбаясь, покачали головами.

— Привыкайте, Королева Фейт.

Я набрала побольше воздуха в лёгкие и ушла под воду.

Через толщу воды слышала, как Талия говорила девушкам, что сегодня миледи не нуждается в их помощи и они могут начать уборку в спальне.

Что? Уборку в спальне?

От удивления я открыла рот, но осознание пришло поздно. Вылетев стрелой из воды, начала кашлять и выплёвывать воду.

— Чёртова дюжина и Адский Цербер, — выругалась я, когда смогла сделать вдох.

Они смотрели на меня с любовью и нежностью, добротой и заботой в глазах.

Мы пили вино, заедали свежими фруктами и сырами посреди зимы. К такому можно быстро привыкнуть.

Я смотрела на них и благодарила мироздание за таких подруг, нет, они мне родные. Мои сёстры. Нежная Талия и вспыльчивая Эрика.

Они так похожи по характеру на … Неужели и в этой жизни нам довелось встретиться?

Мои покои поражали изыском и роскошью. Впервые я обратила внимание, что кровать просто огромна. В ней поместилось бы десять человек. Резные колонны из розового оникса словно светились и держали на себе серебристый бархатный балдахин, что был расшит жемчугом и камнями. Хрустальная люстра ниспадала с потолка с лепниной. Стены окрашены в молочно-розовые оттенки и расписаны серебром. Камин из такого же белого мрамора, как и вся ванная. Мягкие бархатные кресла и резной столик из розового оникса. И цветы. Повсюду живые цветы.

Откуда в этом заледенелом мире живые цветы?

— Поистине королевские покои, — на выдохе проговорила я, осматривая каждый уголок.

— И их хозяйка этого достойна, — Талия подошла ко мне и крепко сжала в объятиях. — Я люблю тебя, Фейт.

Эрика, подбежав, стянула нас покрепче.

— И я вас, сёстры. И я.

Девочки остались со мной. Среди ночи в дверь тихо постучали. Комнату разрезал тонкий луч света из освещённого свечами коридора, до моего слуха дошёл шёпот Малакая.

— Мне тоже, между прочем, очень холодно в постели одному.