Чтение онлайн

— Майя вы великолепны, — глубокий голос позади прозвучал спокойно, но в нём было что-то… слишком личное.

Я медленно повернулась.

Он стоял передо мной — в идеально сшитом костюме, запах мужских духов пробился даже сквозь толпу и аромат дорогого вина.

Его взгляд был всё тот же. Тяжёлый. Пронизывающий.

Он не сказал ничего лишнего. Только слегка коснулся моей руки, приветствуя.

— Месье Амиров, познакомьтесь, — произнёс Павел. — Моя невеста, Майя.

— Очень приятно, — ответил Фарид ровно, но его пальцы задержались на долю секунды дольше, чем следовало.

Этой доли хватило, чтобы воздух сгустился между нами. И если внешне я казалась непоколебимой, то внутри...

Я едва стояла. Всё моё тело откликнулось на это касание, будто вспомнило каждое движение, каждый его взгляд, каждое дыхание той ночи.

Он смотрел прямо, не прячась.

Как будто снова раздевал — не глазами, а самим присутствием.

Павел что-то продолжал говорить — о сделке, о планах, о будущем.

Я ничего не слышала.

Мир сжался до одного мгновения — до его взгляда, его руки и моего пульса, который бился в висках, будто предупреждая: беги.

Но я не могла.

Не в этот раз.

Когда Павел отошёл к партнёрам, я ощутила, как воздух вокруг меня словно стал плотнее.

Он подошёл ближе — тихо, но каждая его секунда рядом была громче любой музыки.

Я услышала, как он выдохнул — коротко, тяжело. В этом дыхании было что-то опасное.

— Ты… любишь его? — спросил он.

Всего три слова. Но в них было столько сдержанной злости, ревности и боли, что мне захотелось спрятаться, исчезнуть.

Я не ожидала, что он спросит именно это.

Не после всего.

Я подняла на него глаза, пытаясь ответить, но слова застряли.

Он смотрел прямо в душу — тем самым взглядом, от которого всё внутри переворачивается.

Злым, обиженным, слишком честным. Как же мне хотелось его коснуться. На мгновение снова утонуть в объятьях, ауре, запаху. Снова притвориться, что та ночь не была безумием. Что у неё есть продолжение. Ох, эти иллюзии. Как же вы обманчивы.

— Что ты хочешь услышать? — прошептала я. — Что я счастлива? Что всё в порядке?

Он сделал шаг ближе. Его рука — почти невидимое движение — коснулась моего локтя.

От этого едва ощутимого прикосновения по коже побежали мурашки. Я отступила, но он не позволил уйти.

— Я не могу смотреть, как он к тебе прикасается, — выдохнул он хрипло. — Как будто всё, что было, ничего не значит.

— А что было, Фарид? — спросила я. Голос сорвался. — Ты сам сказал, что это ошибка.

Он закрыл глаза, будто пытался сдержаться.

А потом — посмотрел снова. И этот взгляд прожёг меня.

— Если бы это была ошибка, я бы тебя забыл, — тихо. — Но я помню каждую секунду.

Моё дыхание сбилось. Пальцы дрожали. Все силы уходили на то, чтобы не позволить слезам вырваться наружу.

— Не говори так, — шепчу я. — Не здесь. Не сейчас.

Но поздно.

Слова уже прозвучали. А его взгляд говорил громче, чем любые признания.

Я сделала шаг назад, но он снова сократил расстояние. Между нами оставалось не больше дыхания.

Музыка вокруг звучала как будто издалека, смех гостей тонул в гуле зала.

Для меня существовал только он.

— Не смотри так, — прошептала я, стараясь не выдать, как дрожат губы.

— А как? — голос его стал ниже, хриплее. — Иначе не получается.

Он говорил спокойно, почти шёпотом, но каждая фраза будто резала воздух между нами.

Я чувствовала — он зол, до предела. Но под этой злостью таилась страсть, сдерживаемая с трудом. И мне становилось страшно не от него — от себя.

— Ты не имеешь права… — начинаю, но он перебивает:

— Не имею? После всего?

Я отвожу взгляд. Слышу, как он тихо усмехается — без радости, почти с горечью.

— Он тебя не заслуживает, — произносит тихо. — Этот его взгляд, этот фальшивый контроль — ты же чувствуешь?

Я молчу.

Потому что чувствую.

Потому что он прав.

— Ты ведь не любишь его, — продолжает он, и теперь в его голосе нет вопроса.

Просто утверждение.

Опасное.

— А если и так? — отвечаю, стараясь говорить уверенно. — Что это изменит?

Он приближается ещё ближе.

Я чувствую тепло его тела, его дыхание у самого виска.

Он не касается — просто стоит.

Но это хуже прикосновения.

— Всё, — шепчет он. — Абсолютно всё.

Я делаю вдох, пытаюсь найти в себе остатки сил.

Воспоминания всплывают автоматически.

Его имя, его касания, его слова, как пророчество. Как запрет.

— Фарид, не надо, — прошу тихо. — Не усложняй.

— Уже поздно, Майя, — отвечает он. — Всё давно усложнилось. С того самого утра, когда ты исчезла.

Я поднимаю взгляд — и вижу в его глазах не злость, а боль.

Глубокую, настоящую, как рана, что не заживает.

И понимаю: он не пришёл сюда как инвестор.

Он пришёл вернуть то, что по его мнению — потерял.

— Нам нужно поговорить, — сказал он тихо, но в его голосе не было просьбы. Это звучало как приказ.

— Фарид... — хотела я хоть как-то его отвлечь, успокоить. Вот только этот мужчина не знал отказов, это я поняла ещё в первую минуту знакомства.

— Сегодня, — глядя в глаза, говорит он. А меня дрожью пробирает. От его голоса. От его власти. От осознания, что всё-таки нашёо, в совсем другом мире.

И пока он вот так смотрит, я теряю возможность думать. Но чётко осознаю, что если скажу «нет», он всё равно найдёт способ меня найти.

— Ма-а-йя! — тянущийся голос Павла, полный фальшивой нежности, будто ножом прошёл по нервам, не даёт дать мне ответ Фариду.

Он появился из-за спины, как всегда — не во время, не к месту, неуместно уверенный в себе. Обнял меня за талию, слишком крепко, демонстративно. Он умел отлично играть на публику. Профессионал в этом.