Чтение онлайн

Я ненавидела всё это.

А больше всего — ненавидела себя за то, что снова села рядом с Павлом.

Он даже не скрывал улыбку. Его рука «случайно» скользнула к моей, и я знала — это игра. Для отца, для всей публики. Мы должны были выглядеть парой. Будущая невеста и жених.

А я злилась. Ох, как же я кипела внутри.

Злилась на отца, который снова решал за меня. На Павла, который шёл в обход. На саму себя, потому что у меня не хватило сил просто встать и уйти.

— Ты прекрасно выглядишь, — прошептал он так, чтобы никто, кроме меня, не услышал. Я едва удержалась, чтобы не выдернуть руку.

Вместо этого я наклонилась ближе и прошипела:

— Ещё раз так сделаешь, и я разолью на тебя вино прямо здесь. Он усмехнулся.

— Сделаешь — и тогда все подумают, что ты ревнуешь.

Я сжала зубы, сделала глоток шампанского.

Нервы были на пределе. Голова кружилась так, что казалось, я потеряю сознание прямо за этим белоснежным столом. Слабость накатывала волнами, а я всё сильнее вжималась в спинку стула, чтобы никто не заметил.

Отец что-то рассказывал гостям, Павел улыбался, слушал, поддерживал разговор. Всё было идеально. Слишком идеально.

А внутри меня всё клокотало.

Я ненавидела этот мир, в котором меня выставляют как красивую куклу на витрине. Ненавидела себя за то, что не могу сбежать прямо сейчас. И ненавидела Павла за то, что он снова оказался здесь. Рядом. Уверенный, спокойный, будто всё под контролем.

Только я знала: на самом деле контроль ускользает. И в первую очередь — у меня.

Я старалась держать лицо. Играть эту дурацкую роль «счастливой невесты», поддерживать разговоры, улыбаться, поднимать бокал в нужный момент. А внутри всё бурлило, как в котле.

И тут — словно по заказу судьбы — появилась она.

Молодая девушка, лет двадцать, не больше. Худенькая, почти прозрачная, но с большим, тяжёлым животом. Она дрожала, но всё равно подошла прямо к нашему столу. В глазах отчаяние, губы поджаты, плечи прямые — видно, что решилась на шаг, который саму же её пугает.

— Павел… — её голос был натянутой струной. — Нам нужно поговорить. Ты не можешь больше избегать меня.

Вилка у меня в руке застыла.

Время будто на секунду остановилось.

А Павел… Он даже не моргнул. Улыбка всё та же, уверенная, безупречная. Только пальцы чуть напряглись.

— Простите, вы ошиблись столиком, — холодно сказал он, словно перед ним не реальный человек, а официант, перепутавший заказ.

— Павел, хватит! — голос девушки дрогнул, и она обхватила живот руками, будто защищала своего ребёнка. — Я устала от твоих отговорок. Ты должен отвечать за то, что сделал.

У меня внутри что-то хлестнуло, словно плетью.

Картина сложилась слишком быстро.

Я обернулась к нему, наклонилась ближе и прошипела:

— Это твой ребёнок?

Он резко посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то опасное.

— Нет. Я её не знаю, — отчеканил он, словно ударил.

А девушка тем временем дрожала всё сильнее.

— Не смей говорить, что ты меня не знаешь! — голос её сорвался. — Я не позволю тебе отмахнуться!

Павел резко поднял руку, щёлкнул пальцами. К нам подошёл охранник.

— Уберите её, — его голос был ледяным. — Эта женщина мне не знакома.

Я смотрела, как её буквально выталкивают из зала. Как она ещё пытается выкрикнуть что-то, но её слова тонут в шелесте скатертей, звоне бокалов и равнодушном смехе элиты.

Павел снова сел, как ни в чём не бывало. Поднял бокал, сделал глоток вина, словно это был просто очередной бизнес-казус.

А у меня внутри всё перевернулось. Я знала. Знала, что он врёт.

Даже если это не его ребёнок, сама ситуация уже пахла скандалом. И я решила — я докопаюсь до правды. Выясню всё. До последней мелочи.

Это будет мой козырь. Моя карта против него.

Я посмотрела на Павла и улыбнулась.

Та самая идеальная улыбка невесты, которой ждут от меня. Но внутри я уже смеялась.

Игру мы продолжим, Павел. Но теперь правила буду устанавливать я.

Ресторан гудел, как улей. Смеялись, чокались бокалами, обсуждали политику, бизнес, свадьбы и разводы. Всё та же вечная болтовня элиты, где за улыбками прячется яд.

Я сидела, делала вид, что слушаю. Павел положил руку мне на колено — жест собственника. Я спокойно убрала её под столом, будто поправляя платье. Пусть думает, что это случайно. На самом деле я с трудом сдерживала желание ударить его вилкой прямо в руку.

В голове же билось одно: найти её.

Когда охрана вывела беременную девушку, я заметила — один из официантов задержался у дверей, будто слишком внимательно за этим наблюдал. Молодой парень, лет двадцати пяти, с внимательными глазами. И, что самое главное, он смотрел не так равнодушно, как все остальные.

После десерта я встала, якобы чтобы пройтись, и нарочно задела его поднос.

— Ох! Простите, — жеманно улыбнулась, — какая я неловкая…

Он растерянно покачал головой.

— Ничего страшного.

Я склонилась ближе, будто шёпотом попросить лишнюю салфетку.

— Эта девушка… беременная… она часто приходит сюда?

Он замер. Глаза чуть округлились. Но потом быстро спрятал эмоции.

— Не знаю, о чём вы, мэм.

Врёшь, мальчик. Я это сразу почувствовала. Но давить не стала. Улыбнулась ещё шире.

— Жаль. Она выглядела такой… потерянной. Надеюсь, с ней всё в порядке.

Я сделала вид, что больше меня это не волнует. Но видела — у него дрогнула челюсть. Значит, зацепка есть.

Вернувшись за стол, я изобразила усталость, сослалась на головную боль и настояла, чтобы мы с Павлом уехали пораньше. Пусть думает, что я слабею под его давлением.

На самом деле я чувствовала азарт.

Теперь у меня есть направление. Я найду её. И тогда посмотрим, как ты, Павлуша, выкрутишься.