Чтение онлайн

Я уселся на место. Оглянулся. В моём купе находился вихрастый парень. Опоздавшая девушка и женщина в возрасте. Пока все махали рукой в окно, я вышел в тамбур. Потянулся.

Настроение было хорошее, всё-таки в скором времени начнётся новый этап моего действа.

За время, прошедшее с момента смерти Брежнева я постарался расписать для возможных правителей Шелепина и Семичастного некоторые эпизоды, которым особенно стоить уделить внимание. Если они это сделают, то через пару-тройку месяцев будут заметны результаты моей деятельности. Она всколыхнёт всё социалистическое сообщество…

Если мои расчёты верны, то я мог уезжать спокойно — тыл был прикрыт. Да, могли быть непредвиденные обстоятельства, но с большой долей вероятности мои планы стали реальностью. Слишком уж сильное оружие я дал в руки двум людям, на которых поставил ставку…

Что я им дал? Что за сильное оружие?

Информацию. Информацию про политических деятелей, своего рода компромат на каждого. И если у партийных руководителей возникнут сомнения в том, кого выдвигать на роль Генерального секретаря, то небольшие папочки развеют все мятущиеся мысли.

Компромат? Шантаж? Фу-фу-фу?

Увы, руководителям порой приходится и не на такие вещи идти.

Так же я внёс на обсуждение некоторые детали развития государства. Предложил легализовать мелкий частный сектор (как в Китае при Дэн Сяопине), но под жёстким госконтролем. Сделать ставку на микроэлектронику и компьютеры. Пока ещё не сильно просели в этой технике, мы можем развиться от души.

Это при Брежневе все компьютерные технологии перестали развиваться, а начали копировать американские аналоги. У нас же был и свой путь развития! И я предложил углубиться в это развитие. Углубиться так, чтобы механизировать предприятия и развивать не только военную промышленность.

Да-да, предложил уменьшить зависимость от нефтедолларов, вкладываясь в высокие технологии и наукоёмкие отрасли. Также внёс на обсуждение реформирование колхозов, разрешив фермерские хозяйства (но без полной приватизации).

Остается только наблюдать и ловить новости из СССР. Я вздохнул и развернулся к купе.

Сейчас меня будоражило предвкушение путешествия, беспечного валяния на продавленных матрацах, застеленных постельным бельем.

Вскоре, еще начнётся шуршание разворачиваемых упаковок с едой.

Почему-то у всех советских путешественников сразу после посадки в поезд разыгрывается зверский аппетит.

На столах появляется стандартный «едовой» набор советского путешественника: жареная курица, завернутая в фольгу или газету «Известия», помидоры, огурцы, яйца, сваренные вкрутую, и напитки (кефир, лимонад). Ну… или у кого-то напитки покрепче.

Помните вагонные запахи советских времен?

Запах креозота, который почему-то воспринимается, как запах титана с чаем, смешанный с запахом вареных яиц и свежих огурцов? Почему вагонная еда, такая простецкая, кажется безумно вкусной?

Некоторые путешественники заказывали еду из вагона-ресторана или отправлялись туда обедать. Но это уже не начало пути. И не так интересно, как курочка в газетке сразу после посадки в вагон.

Ну а самое тоскливое и ужасное во всем путешествии в советском вагоне — это момент, когда человек просыпался перед большой остановкой и узнавал, что туалеты закрыты.

И никакие просьбы и мольбы на бездушного проводника не действовали — заветные двери были закрыты во всем составе. Хоть лопни!

Но какие бы минусы не были в советских путешествиях железнодорожным транспортом, в жизни всего народа был огромнейший плюс — люди жили стабильно и спокойно. Наступило бы советское завтра — и были бы биотуалеты в поездах, накрахмаленные простыни и улыбающиеся проводницы. Всё шло к этому. Но…не дали. Разве нет?

И мне предстояло это исправить. Предстояло сделать советское завтра таким, чтобы мой многострадальный народ мог вздохнуть спокойно и свободно…

И тут уже нельзя отступать и сдаваться! Надо биться до конца!

«Чух-чух» — стучали колеса. Ритмичное покачивание навевало приятные мысли. Скоро я окажусь за границей и начну свою вторую фазу развития плана. Нам предстояло проехать Брянск, Киев, Жмеринку, Львов, Чоп, Словакию. Времени было вагон и маленькая тележка.

В нашем вагоне основной тон задавал вихрастый парень. Мы быстренько все успели перезнакомиться. Все с завода имени Лихачёва, все в одной туристической группе.

Похожего на взъерошенного воробья звали Сергей Самохин, слесарь четвёртого разряда. Средний разряд, но всё равно — он смог себе позволить путёвку от профсоюза. Вернее, он сделал рационализаторское предложение, которое сократило расход материалов в цеху, и путёвка стала частью награды.

Мария Сергеевна Степановна оказалась из породы породистых бухгалтерш. Тех самых небожительниц, которые перебирают цифры так, чтобы всё сошлось и всё было тип-топ. Она сразу же вытащила вязание и начала легонько постукивать спицами, наблюдая за нами поверх черепашьихочков.

Лариса Павлова, та самая девушка, которая едва не опоздала на поезд, оказалась хохотушкой и даже когда пыталась показаться серьёзной, то в её карих глазах плясали чертики. Была она приятно округлой, похожей на деревенскую девушку, таких ещё принято называть «кровь с молоком». Лариса была с цеха по сборке холодильников.

Да, «ЗиЛ» выпускал не только грузовики и рабочую технику, но также и холодильники с велосипедами. Завод был огромен, и производственные мощности позволяли работать с различными видами механизмов для народа.

Немного жаль, конечно, что в моём времени завод убрали, а на его месте начал выстраиваться новый район человейников под именем «Зиларт». Но, это было в моём времени, и, отчасти чтобы не допустить этого, я и ехал за бугор.

Самохин сразу же вывалил половину содержимого небольшого чемоданчика на столик. Я тоже присоединился к нему, выкладывая часть угощений. Чтобы не отстать и не показаться жадобой. Лариса и Мария Сергеевна не остались в стороне.

Походное пиршество советского пассажира заставило глотать слюнки. В довершении всего я сбегал за стаканами с чаем, потому что пока дождёшься проводницу…

Столик быстро покрылся разноцветной мозаикой дорожных яств. Жирные ломти домашней колбасы, насыщенные чесноком и салом, лежали рядом с маринованными огурцами, сверкающими на солнце влажными боками. Картофель в мундире, сморщенный от варки, но от этого ещё более душистый, соседствовал с крутыми яйцами.

Мария Сергеевна достала из сумки приличный брусок сала, обёрнутый в пожелтевшую газету «Правда». Развернула и… я невольно сглотнул слюну от чудесного запаха.