Чтение онлайн

– Нет, Илья. Кровать для тебя есть, нам завтра ехать долго. Ложись и расскажи мне дальше свою сказку…

– Да не хочу я вспоминать! Какая разница сейчас? Тебе успокоиться надо, домой к матери вернуться живой и здоровой.

Я начала его просить:

– Очень волнуюсь из-за этого, Илья. Не сходится у меня, понимаешь?

– Мира, я встречался с твоей Наташкой, недолго, несерьёзно. И в вашем доме встречался после этого. Она давно за мной бегала, замуж хотела.

– Этого не может быть!

– Я встречался с ней, Мира. Пришлось. Угрожала родителям и брату рассказать о том, что мы с тобой там… лежали…

– Но … она мне ничего не сказала… Пока Никита мой был в армии ты встречался с ней? После того, что сделал со мной? Не сказала…

– Ничего я с тобой не сделал. Я с ней встречался, пока был жив ваш сосед, свидетель, которого она привела. Ничего не знал о фотографиях и не думал, что она их отправит моему братишке. Больше не угрожала, поэтому я бросил её. А ты уже была больна.

– Опять врешь.

– Зачем мне это делать? Чтобы мать подставлять? Как ты думаешь? …Я же подлецом на всю жизнь останусь. Ты – невеста моего брата. Как я мог тебя силой взять в беспомощном состоянии … увести у него… это не в моих принципах!

– Как ты мог силой на меня залезть! Это в твоих принципах?

– Никого я не насиловал. Я – живой человек. Как думаешь, сколько живой человек может держаться в близости от девушки, если она сама его обнимает?

– Илья, если ты обо мне, то я спала. Не ври! Ты ужасный человек, за такие слова опять начинаю ненавидеть! – Я усмехнулась, забылась и попыталась повернуть голову, охнула.

– Вот и я подумал, что лучше молчать. Тебе эта правда не понравится, мне доказать нечем. Наталья обещала, что если я буду с ней, она тоже будет молчать, а ты не помнишь ничего. Алкашу вообще деньги на бутылки носил, когда требовал за молчание.

– А когда Никита с армии вернулся, почему не сказал-то?

Я, кажется, начала что-то понимать. Ответ Ильи только подтвердил мои мысли.

– Он так решил… И матери и отцу заранее сообщил, что привезёт новую невесту знакомиться, жениться хочет. Она – медсестра в части, поэтому Никита остается по контракту. Что я ему скажу? Да и зачем?… Я не раз звонил, говорил, чтобы не верил. Когда ты заболела, брату всё про тебя потом рассказывали, и мать просила с тобой связаться, хоть как-то помочь, словами, а он … Матери сказал – надежды, что вы сойдетесь – нет. В общем, не поверил.

– Во что хотел, поверил.

– Не расстраивайся. Всё в жизни наладится. Главное – здоровье. Мне он и сейчас тоже не поверил, Мира. Пришлось сказать, что у нас было, но несерьезно. Что ты не виновата, я сам дурак, напился этой дряни, и не понял, как она действует.

– Ты тоже напился? Как так? – я очень сильно удивилась, даже больше, чем то, что Наташка оказалась трезвой после сидра.

– Да что-то переклинило, говорю же. И выпил-то немного, а как пьяный. Тебя решил разбудить, спросить, правда, это или нет про письмо. Заодно проверить, как ты себя чувствуешь, не нужно ли под холодную воду засунуть… Меня самого бы кто окатил. Да хоть бы и ты пощечину влепила… Мира, я должен был спросить, зачем письмо писала и когда это ты за мной шла? Когда звонила, я помню…

– Илья, я тебе звонила в пятом классе! В пятом, господи!

– В пятом классе ты меня не волновала, и никаких шуток не понимала.

– Я и сейчас не понимаю. Никита пошутил с невестой, Наташка пошутила с фотографией, я пошутила с письмом, а ты…

– А я серьезно оказался не в то время не в том месте.

– Да! А зачем ты лег-то рядом? – Я даже слов не могла найти.

Не в том месте. Мало того оказался, еще лег не на тот диван!

– Откуда я знаю, зачем. Сам не понял. Я сначала сел рядом. Наташка куда-то ушла… Я и сидел, потом тебя потряс немного за плечо…

– И я тебя схватила и уложила? Ты здоровый дурак! Фотографию видел, что на ней?

– Нет, не видел!

– А мой Никита тебе не показывал?

– А твой Никита сразу порвал и сжег.

– Но ты-то помнишь, как мы лежали?

– Помню. Я бы никого не изнасиловал. Это не в моих принципах. А мать теперь знает, что ты из-за меня заболела, а не из-за Никиты. Поэтому, прошу, давай подружимся хотя бы.

– Это неправильно. Нечестно. Как ты думаешь, долго мы с тобой дружиться будем?

Молчит.

– А когда мама узнала, Илья? – я осторожно легла на бочок и посмотрела на него.

Он сидел в той же позе, руки огромные в замок сцепил, голову склонил.

– Как узнала, к тебе в больницу я сразу пришел. Скандал был, мать плакала, сказала, что я убил не только любовь, я Милочку убил. Она в ночь узнала, и я пошел… Брат считает, что у нас всё было, и ты из-за меня заболела, потому что я не женился. Мать тоже. Жаль её.

– А дядя Вася?

– Отец … он другой. Спросил у меня хотя бы. Не мог сразу поверить, что мы с тобой вместе были.

Я вспомнила дядю Васю и на глаза навернулись слезы. Очень мне хотелось, чтобы мы с Никиткой поженились, и он наших деток нянчил. Такой человек тихий, спокойный, добрый, веселый… Я бы его папой тогда могла называть…

Сказала осторожно, догадалась:

– Это отец тебе сказал ко мне в больницу явиться…

– Я сам решился прийти к твоей маме и потом в больницу. – Ответил серьезно Илья и кивнул. – Поделился с ним, и он сказал, что надо тебе не только деньгами помочь.

Тут меня будто бес за бока ущипнул.

– А давай. Давай повстречаемся, – прошептала я, и у меня даже похолодело под ложечкой. – Ты ухаживал за мной и почувствовал, что вот теперь, когда я могу вылечиться, готов жениться. Так скажем? Или не готов?

– Мне нужно предложение тебе сделать? – сказал Илья. – Я согласен.

– Прекрасно. Понимаю, что тебя мучает совесть из-за матери. Ты не хочешь быть сыном -подлецом, – заключила я снова уставившись в потолок.

– Скажешь, что простила меня, Мирослава? Потерпишь, хотя бы немного?

– Честно сказать, мне было год назад плевать за кого замуж выходить. Готова была за первого встречного. – Я перевела дыхание, посмотрела на фонарь за окном. – У меня будет старший брат, который встречается со мной только словами, да, Илья?

– Да. Я пойду, прогуляюсь.

– Куда? Ты там бегал что ли?

– Гулял по лесу. Спи, Мирослава. Отдыхай.

– Зови меня Милка. Как звал в детстве, как все в вашей семье, кроме дяди Васи. Спокойной ночи.

***

Утром перед Ильей распахнули тяжелую дверь, и он вынес меня на светлую веранду. Усадил за столик, пошел за нашим завтраком. Яичница глазунья, посыпанная зеленью, треугольная булочка с сыром и ветчиной, чай с лимоном.