Чтение онлайн

Еще один разряд молнии устремился к земле.

Взгляд Ен Шуэя затвердел. Он резко обернулся. Старик Цин лежал на земле, корчась в последних судорогах.

— Нет! — вскричал он, а затем вскинул руку. С помощью магии он поднял старика в воздух и с силой бросил его в сторону приближающегося потока молний. — Пусть он искупит грехи! Заберите его! Не меня и не Лю Фан! — закричал Ен Шуэй, словно одержимый.

Старик Цин, не издав ни звука, исчез в яростной вспышке света. Молния ударила в него с такой силой, что воздух наполнился запахом горящей плоти. Тело заклинателя поглотила небесная кара, но это не остановило бурю.

Лю Фан смотрела на происходящее с ужасом.

— Фан-Фан! — закричал Ен Шуэй, но было слишком поздно.

Она сама шагнула вперед. Поток яростной энергии обрушился на нее.

— Шуэй… Я прощаю тебя, — прошептала Лю Фан, ее слова утонули в раскатах грома. Она взглянула на него в последний раз, а затем ее тело охватил ослепительный свет.

Ен Шуэй рванул к ней, но его отбросило назад. Небесная кара уже нашла своих жертв. Он рухнул на колени, силясь подняться, но не мог даже приблизиться.

Ен Шуэй закричал, и в его крике была такая мука, что даже буря на миг затихла. Он ничего не мог сделать. Он смотрел, как фигура Лю Фан растворяется в свете, оставляя после себя пустоту.

Когда все закончилось, он так и стоял на коленях. А дождь продолжал лить.

Он смотрел на то место, где только что были Лю Фан и старик Цин. Слезы, бегущие по щекам, не сделали его поступок менее чудовищным. Чуть позже на месте небесной кары он обнаружил камень души, ставший черным, как уголь, и голубой глаз дракона, артефакт заклинателей.

— Фан-Фан… Я найду способ. Я верну тебя!

Пальцы дрожали, когда он забирал артефакты. Они казались ему символами всего, что он потерял и чем стал.

Лю Фан исчезла. Осталась только пустота.

С тех пор прошло много времени. Ен Шуэй принял титул Повелителя демонов. Вот только его новообретенные подданные, охваченные ненавистью после бойни, устроенной заклинателями, начали требовать расправы над людьми. Их ярость была беспощадна, и их голоса звучали все громче. Ен Шуэй понимал: стоит им узнать, что заклинатели уже уничтожены, не останется ничего, что сдержит демонов, они пойдут войной на людей. Этого нельзя было допустить, если он хотел найти способ вернуть Лю Фан.

Поэтому время от времени Ен Шуэй примерял на себя роль заклинателя, чтобы отвлечь демонов, а заодно успокоить людей. Он играл на грани, балансируя между ложью и отчаянием. Копил силы, собирал знания. Его власть стала абсолютной.

Читая древние тексты однажды, он нашел решение — слишком простое, чтобы быть правдой. Три условия: добровольная жертва от любящего сердца, три артефакта и… сила признанного императора.

Вот только где взять императора с внутренней силой? Заклинателей ведь больше нет? Ждать, пока родится самородок с врожденным золотым ядром? Заставить культивировать силу кого-нибудь из императорского рода? Но ведь наставников-заклинателей тоже больше нет.

Время шло, и Ен Шуэй начал подозревать, что упускает что-то важное. Он вернулся к текстам, вновь и вновь перечитывал строки, пытаясь найти ответ. И однажды его осенило: не любая сила императора могла запустить ритуал. Камень души, почерневший в ночи небесной кары, требовал не обычной императорской силы, а силы, наполненной тьмой.

— Темная сила… — прошептал он, глядя на черный артефакт.

Значит, подошла бы и его сила. Оставалось заставить кого-нибудь полюбить его, чтобы принести добровольную жертву, и Лю Фан снова будет с ним. Это звучало даже слишком хорошо. Но цена… Цена была неприемлемой.

Снова стать слабым? Снова быть тем, кого можно сломить? Слабость стоила ему Лю Фан. Слабость заставила его выступить против отца и заклинателей не напрямую, а использовать манипуляции и уловки. Разве он может позволить себе стать слабым вновь?

Как бы он ни хотел вернуть принцессу, но отказаться от силы ради этого… Слабость пугала его куда сильнее одиночества.

— Мне нужен тот, в чьей крови течет тьма, — сказал он самому себе. — И если пока такого императора нет, я его создам сам.

— Так ты все это делаешь, чтобы вернуть Лю Фан? — мой голос прозвучал громче, чем я ожидала. Слова Ен Шуэя, полные горечи и циничного самооправдания, складывались в ужасную картину. — Но при этом не хочешь рисковать своим могуществом?

Владыка обжег меня холодной яростью.

— И что, если да?

Я покачала головой. При всей своей силе, при всех своих умениях Владыка демонов на поверку оказался трусом.

— Если ты не знал, меня тоже признали императрицей, — произнесла я шепотом.

— Что ты там бормочешь?

Вместо ответа я рванула вперед и схватила камень. Внутри него как будто что-то зашевелилось, а голубая и фиолетовая искры начали летать вокруг моей сомкнутой ладони.

— Во мне тоже течет темная сила Вей Луна! — крикнула я, глядя прямо в глаза Ен Шуэю. Он сделал шаг, но я подняла камень повыше, как щит, готовая защищаться до конца. — Он принес себя в жертву ради меня. Так пусть Великий Дракон пробудится и сожрет тебя за твои злодеяния!

Я вложила в эти слова все, что бурлило внутри. Боль, ярость, отчаяние, любовь, ненависть. Весь хаос, что бушевал в моей душе, вырвался наружу, устремляясь к камню, который в ответ вспыхнул темным огнем. Красная ци, клубясь, покинула меня, впитываясь в камень.

В стороне послышался слабый стон. Я и Ен Шуэй одновременно обернулись. Это был Вей Лун. Он так и лежал там, где упал, но теперь стало заметно, как его грудь вздымается. Он дышал.

— Жив! — я осеклась, когда увидела, что от тела Вей Луна отделилась черная дымка. Словно живое существо она поднялась выше, а затем рванула к камню души.

Красная и черная ци, слившись, начали формировать что-то в воздухе. Камень засиял и нагрелся как раскаленный уголь, я больше не могла его держать и отпустила.

Вокруг него медленно образовывалась огромная фигура. Сначала лишь туманный силуэт, который постепенно обретал форму.

Дракон.

Голова почти упиралась в потолок, распахнутые крылья доставали от стены до стены, чешуйчатое тело сверкало, а глаза горели. Один фиолетовый, один голубой. Каждое его движение было наполнено силой и мощью, заставляя все вокруг содрогаться.

Ен Шуэй не убегал.

— Так просто? Темная сила, воля того, кого признали императором, добровольная жертва и три артефакта, — выдохнул он с почти детским удивлением. — У меня не получалось.