Чтение онлайн

Каждый зверь и человек в стае себе подобных может рассчитывать на то, что ему не причинят страдания и не выведут из игры. Именно в этом – главный исток любой коллективной морали. Итак, мораль происходит из множественности живых существ. Но более того. Каждое живое существо изначально создано как страдающее и смертное. Если бы живое существо было бесчувственным и бессмертным, ему не понадобилась бы нравственность даже в коллективе. Убить его нельзя, а ложь и кража его нисколько не трогают. Во-первых, он не умеет страдать, во-вторых, он – бессмертен. И что на фоне вечности любая потеря? Но тогда зачем ему самому и любому такому же как он вообще лгать, красть, убивать и завидовать? В бесконечной жизни он успеет побыть всем: и нищим, у которого нет гроша, и царем, у которого гарем из золота. Нет причин быть нравственным или безнравственным тому, кто вечен и безмятежен. Итак, мораль рождается из неизбежности страдания и смерти.

Но Творец пребывает как раз в одиночестве. «Горе тем, кто придает Аллаху сотоварищей», - сказано в Коране. У Бога нет братьев, нет жены, нет детей, нет друзей, нет врагов, нет ничего кроме этой вселенской игры и этого ужасного оркестра. Следовательно, Богу не нужна коллективная мораль. К тому же он – вечен и безмятежен. А это окончательно исключает для Бога потребность в нравственности. Возможно, он даже не понимает, что такое – мораль. Быть может, Бог создал Вселенную именно для того, чтобы узнать, что такое страдание и смерть, добро и зло, которых нет в его сингулярности? Ведь нас не мучат угрызения совести, когда мы жертвуем в игре шахматную фигуру, мы не считаем себя жестокими, побивая карточного короля козырем. А когда мы смотрим драму на театральной сцене, мы хотим и даже жаждем, чтобы герои там страдали и умирали. Только глупый ханжа может возмутиться тем, что датский принц гибнет среди груды трупов. Только несмышленый ребенок может расплакаться от испуга при виде окровавленного Гамлета. Не плачь, дитя, это - игра!

Но мы-то живые, мы – не пешки и не актеры, мы – настоящие. С древних времен человек пытается найти объяснение несомненному наличию в мире зла, которое он познает чуть не с рождения, испытав впервые дискомфорт и боль. Библейский пророк Исайя возмущенно взывает к небесам: «Злодеи злодействуют, и праведники убиваются!». Дети рождаются калеками, а негодяи царствуют. И что ему должен ответить Бог? Не плачь, дитя, это – игра. Иов счел такую игру не справедливой и наорал на Бога за то, что тот лишил его имущества и семьи. Говорят, Бог ему все вернул, но скорее всего – это выдумки. Где это видано, чтобы пешки учили играть гроссмейстера? Однако благочестивый Исайя и не смеет роптать на Творца. А поскольку человеку нужен именно человечный Бог, все муки собственного бытия он начинает приписывать бесчеловечному сатане. Богу придали сотоварища! Человек вознамерился сделать Бога предметом своей игры, разлиновал черно-белое поле и выставил фигуры. С одной стороны – человечный Бог в окружении ангелов, с другой – бесчеловечный Люцифер с армией демонов. Предстоит битва добра и зла. Но в действительности, Бога здесь захотели столкнуть лбом с человеческой глупостью. И эта отвратительная ересь пошла гулять по свету. Зрители уже две тысячи лет в ожидании прогуливаются по фойе и закусывают в буфете, дожидаясь, когда прозвучит последний звонок. Но не будет этого занимательного зрелища, не получит человек такого театрального удовольствия. Забыли, чья это игра?

Ныне человечество переживает свой золотой век. И этот век, вероятно, окончится для него катастрофой, которой не понадобится ждать вселенского конца, ведь это уже игра самого человечества. Если она окончится тем самым Апокалипсисом, который привиделся апостолу Иоанну в изгнании на Патмосе, то человечество в этой битве будет стоять вовсе не на стороне добра. Бог сказал «Плодитесь и размножайтесь», не предполагая, что человечество так преуспеет в этом. А затем некий экономист по имени Дж. Кейнс добавил новую заповедь «Обогащайтесь и потребляйте». Потребление стимулирует производство, производство ведет к обогащению, обогащение поощряет потребление. И беличье колесо экономики вертится будто вечный двигатель. Ныне все современные мировые новости обслуживают именно эту заповедь, сообщая во всех биржевых сводках, насколько вырос или упал индекс потребления за истекший день. И если он падает, правительства бьют в колокола, а экономисты произносят страшное слово «рецессия». Государства накапливают многомиллиардные долги, обслуживая эту новую религию – кейнсианство.

Формула Кейнса:

«потребление – производство - обогащение»

выглядит идеальной, т.е. циклической и бесконечно возобновляемой. Однако этот экономист, то ли не предполагая, как и Бог, что люди так преуспеют в исполнении его заповеди, то ли по недомыслию, то ли нарочно, не добавил к своей формуле еще два компонента: «ресурсы» и «отходы», которые превращают его циклическую модель в линейную, а по утверждениям Мальтуса, фон Фёрстера и С. Капицы – даже в гиперболическую (есть и другие мнения). Может показаться, что точно так же осуществляется круговорот вещества в природе, где все подлежит утилизации и смерть одних обслуживает жизнь других. Но наша планета вовсе не опровергает законы термодинамики и не является вечным двигателем, поскольку не представляет собою абсолютно изолированную систему. Солнце является внешним источником энергии и двигателем всего прогресса на земле. Но у кейнсианства нет возобновляемого источника ресурсов, и поэтому его экономическая модель перестает быть возобновляемой и становится катастрофической.

Человечество затеяло игру в рост потребления, и в этой игре оно вышло за пределы собственной ниши, предназначенной ей биосферой или даже ноосферой (панпсихическим Сознанием). Гомеостатическая расплата за нарушение правил Божьей игры приходит автоматически. Как говорят ныне экологи, планета защищает себя от человека. И на чьей же стороне в этом Армагеддоне оказывается человечество? Похоже, на стороне Антихриста. Возможно, очень скоро силы, чье могущество намного превосходят амбиции человечества, сметут его с лица Земли.

Но ведь человек – тоже часть Вселенной. Зачем же Бог, как говорит персонаж Достоевского, так много дал человеку? Слишком много! Почему создал его таким порочным и неразумным? Если человек не то, что надо, – значит, во времена гоминид или даже динозавров были нажаты не те генетические клавиши. Кто нажимал на клавиши? Творец! Неужто Бог создал театр абсурда? Неужто он во всем виноват? Зачем нужна трагедия, в которой все умрут, включая актеров, режиссеров и зрителей?

Рожденное в солипсическом Синдроме брамы, каждое самосознание изначально воспринимает мир так, будто его история началась или, по крайней мере, стала иметь значение лишь вместе с его собственным рождением. В этом и проявляется тождество будды и Вселенной. Конечно, мы знаем, что до нас жили другие люди, оставив нам ту самую историю человечества из учебников, но эта история для нас остается за гранью нашей собственной реальности, единственно которую мы считаем важной. И потому фактическая история мало чем отличается в нашем восприятии от вымысла. Разве Юлий Цезарь более реален, чем король Лир, при том, что один из них – настоящий, а второй – литературный персонаж? Ровным счетом ничего не меняет для нас то, был ли Ахиллес реальным лицом или он – всего лишь выдумка Гомера. Прошлое становится абстракцией. Пройдет немного времени – и знаменитые злодеи 20 века, наводившие ужас на своих современников, станут для потомков тем же, что и голливудский Дракула. Для каждого самосознания действительное есть только то, что он считает для себя действительным. Именно поэтому этот дряхлый мир с каждым поколением вновь становится молодым и проживается так, будто в первый раз. И дети, не ведая прошлого, играют с жизнью заново, веря в благодать Творца.

П. Грюнвальд из нидерландского Центра математики и информатики подсчитал (уж не знаю, как), что за 162 тыс. лет на этой планете побывало около 107 млрд. человек, т.е. примерно таково по его мнению потомство Митохондриальной Евы, включая 7 млрд. ныне живущих. А поскольку каждую секунду нашего времени 1-2 человека на планете умирают и 2-3 рождаются, то за время просмотра читателем только этой статьи исторический счетчик человечества прибавит еще около тысячи единиц, и при этом несколько сотен отправятся в небытие. Даже 1000 человеческих индивидуальностей, собравшихся вместе, мы безразлично называем «толпой». Что же говорить про 107 млрд. судеб? Это число, наполненное людским содержимым, становится для нас совершенно бессмысленным. А ведь все эти люди были настоящие. Их жизнь, как и наша, состояла из потерь, разочарований и страданий.

Миллиарды из них за эти тысячелетия погибли мучительно: от когтей зверей, в огне пожаров, в наводнениях, в извержениях вулканов и землетрясениях. Миллиарды их были безжалостно убиты в бесконечных войнах человечества: зарезаны, растоптаны, расстреляны, взорваны на поле боя, распяты на крестах, сожжены на кострах и в крематориях, утоплены и обезглавлены, растерзаны и отравлены, замучены в пытках, доведены до смерти в древних копях и новейших концлагерях. И если заявление Плутарха, что только в войнах Юлия Цезаря погиб миллион человек, – это, вероятно, художественное преувеличение, то десятки миллионов мертвых в войнах Гитлера – это уже несомненный факт. Количество трупов в воинских подвигах человечества тоже растет гиперболически. Добавим сюда те миллиарды в истории человечества, которые долго умирали от эпидемий и болезней: чумы, холеры, малярии, туберкулеза, гриппа, рака, СПИДа…Горы страданий! Океаны боли! А еще алкоголь, наркотики, катастрофы, аварии, убийства, несчастные случаи, суициды... Люди мрут, и счастливцы те из них, кому смерть достается без мучений.

Сколько стонов, криков, хрипов и воплей! Вечная память погибшим? Какая память способна хранить в себе эти десятки и десятки миллиардов? А ведь есть еще животные, которых намного больше, чем людей, и участь их не лучше человеческой. Земля окутана пленкой живой плоти – биосферой, которая непрерывно на протяжении всего времени своего существования страдает и мучительно умирает, посылая проклятия тому, кто создал этот мир. Пытаясь осмыслить эту ужасную истину, чему отчаянно сопротивляется самосознание, начинаешь понимать, что наша голубая планета есть в действительности космический сгусток боли, которую не должно было бы вынести вселенское сердце Бога. Как он это терпит?

Некогда гностик Василид восклицал: «Все я готов признать, не могу лишь признать жестоким Божество!». А самый радикальный из гностиков, Маркион заявил: «Демиург – зол, и злы его творения». И вслед ему другие заключили: «Мир есть создание исступленного Бога, имя которого Ялдабаоф – Яхве – Дьявол». Вот до чего доводит непонимание смысла мироздания. Цель этой игры – создание новых, все более сложных в психофизическом смысле организмов, т.е. цель эволюции – созидание совершенного самосознания, которое по своим функциональным возможностям будет все ближе подходить к нуминозному Я. Выражаясь библейским языком, цель мироздания – сотворение ангелов. Немыслимо и еретично предполагать, что Бог (панпсихическое Сознание) ограничен в своих возможностях и вполне удовлетворен созданием человека как конечного продукта своих поисков. Ведь по сути человек, этот «венец творения», есть кентавр, существо половинчатое, меньшей или большей частью своей живущее в зоопсихологии. Как говорил Ницше: «Человек – это лишь переходная ступень от обезьяны к сверхчеловеку». И вполне возможно, что вирусы, которые терзают этого человека на его планете и от которых он более или менее успешно защищается, считая чуму, грипп, рак и СПИД наказанием божьим, есть поиск новых эволюционных решений в мутации кентавра к ангелу.