Чтение онлайн

Первая часть моего заброшенного художественного произведения представляла собой рассказ о том, что я услышал от одного студента моего курса писательского мастерства за несколько лет до того, как начал писать это произведение. Я рассказывал о некоем молодом человеке, который всю свою жизнь прожил в маленьком городке на северо-востоке

Тасмания часто мечтал о том, чтобы переехать жить в Хобарт, который он представлял себе как город многоэтажных офисных зданий, окруженных пригородами, где немало домов были двухэтажными. Однажды во время своего последнего года обучения в средней школе молодой человек увидел в газете отрывок текста объявления, адресованного молодым людям, собирающимся покинуть школу. Из этого отрывка молодой человек узнал, что в Хобарте для успешных абитуриентов найдется питание и жилье. Тогда молодой человек начал мысленно составлять заявление, еще до того, как узнал, какой вид обучения или профессии рекламируется. Наконец я сообщил, что молодой человек сбежал из своего маленького городка в Хобарт, а оттуда в Мельбурн, в то время как главный герой художественного произведения, с которого начинался мой отчет, – этот персонаж – сбежал в другом направлении. Он провел большую часть своей ранней жизни в том или ином пригороде Мельбурна. В последний год обучения в средней школе он увидел в брошюре, изданной религиозным орденом священников, чёрно-белую репродукцию фотографии большого двухэтажного здания с видом на преимущественно ровную, поросшую травой сельскую местность в районе Риверина в Новом Южном Уэльсе. Он решил подать заявление о вступлении в орден священников ещё до того, как узнал, чем станет его дело жизни в случае одобрения.

Действие ранней части неоконченного произведения разворачивается в квартире, которая раньше называлась квартирой на втором этаже многоквартирного дома в пригороде Мельбурна. Некоторые окна квартиры выходили в парк, где открытые травянистые просторы пересекались рядами деревьев. В квартире жили молодой человек и молодая женщина, которые жили вместе, хотя ещё не были женаты. Действие вымышленного отрывка происходит в этой квартире в начале 1960-х годов.

В течение многих лет, начиная с 1960-х годов, многие писали неточные описания этого десятилетия. Многие из них, например, писали, что это десятилетие было периодом освобождения или сексуальной свободы.

В 1960-х годах мне было лет двадцать с небольшим. Я хорошо понимал, что среди молодёжи царит определённое ожидание. Мы чувствовали, что в ближайшем будущем всё изменится к лучшему. Однако, похоже, никаких серьёзных перемен не происходило. Например, в конце 1960-х годов одна из моих кузин, дочь одного из младших братьев моего отца, тайно приехала из Мельбурна в Сидней и там родила так называемого внебрачного ребёнка. Ребёнка сразу же отвезли в так называемый приют для младенцев.

Домой, ждать усыновления. Например, в конце 1960-х годов одна моя знакомая, которая в 1970-е и каждое последующее десятилетие следовала последним тенденциям моды, жила неделю своего ежегодного отпуска со своим парнем в квартире на полуострове Морнингтон, но всю неделю выдавала себя за его жену и носила фальшивое обручальное и фальшивое помолвочное кольца.

По пятницам и субботам вечером несколько молодых людей приходили в квартиру, которая была вымышленным местом действия, упомянутым ранее, чтобы выпить пива, поговорить, посмотреть телевизор и, возможно, попытаться узнать тем или иным способом, как каждый из них мог бы когда-нибудь убедить ту или иную молодую женщину жить с ним в квартире, хотя они еще не были женаты.

Согласно моему неоконченному художественному произведению, один или другой молодой человек в одну или другую пятницу или субботу вечером, когда он мочился, не включив свет, заглянул в приоткрытое окно ванной комнаты квартиры на втором этаже. Затем молодой человек поспешил обратно в гостиную и сообщил собравшимся, что молодая женщина раздевается в спальне квартиры наверху в соседнем доме. Все молодые люди из гостиной поспешили в ванную и по очереди выглянули в приоткрытое окно. Один из молодых людей должен был стать главным героем всего произведения. В дальнейшем он будет именоваться главным героем.

Главный герой прежде не видел обнажённой взрослой женщины, хотя молодая женщина в соседней квартире находилась слишком далеко, чтобы он мог оценить детали её наготы. На следующий вечер, посетив квартиру на втором этаже, он взял с собой бинокль, купленный в конце 1950-х годов, когда работал младшим клерком в многоэтажном здании недалеко от центра Мельбурна в первый год после окончания средней школы.

Всего через несколько месяцев после того, как он начал работать младшим клерком, в Австралию прибыла первая партия японских биноклей. Объявленная цена пары этих биноклей составляла три его недельных заработка, но он купил пару, не раздумывая. До этого единственными биноклями, доступными в Австралии, были немецкие бинокли, стоимостью как минимум в двадцать недельных заработков младшего клерка. Его отец владел немецким биноклем несколько лет в середине 1930-х годов. Он купил бинокль на выигрышные ставки на скачках, но позже заложил его и так и не выкупил. Главный герой долго предполагал, что его отцу пришлось заложить бинокль, чтобы позволить себе купить обручальное кольцо, а затем и жениться.

Когда он купил бинокль, у главного героя не было причин копить деньги на будущее. Он предполагал, что останется холостяком долгие годы, а то и всю жизнь, и будет посвящать свободное время написанию стихов и прозы или посещению скачек и разработке методов выгодных ставок на скачках. Время от времени он чувствовал влечение к той или иной молодой женщине, работавшей на многоэтажном строительстве. Иногда он даже пытался придумать, как подойти к ней и завязать разговор.

Но даже в такие моменты он не чувствовал себя обязанным откладывать хоть что-то из своей скудной еженедельной зарплаты, чтобы в будущем купить участок земли в пригороде Мельбурна, где он и его будущая жена впоследствии жили бы в доме из вагонки с тремя спальнями. Он не чувствовал себя так

Он был обязан, потому что узнал, что Департамент образования Виктории испытывает такую острую потребность в учителях, что человек в возрасте не моложе двадцати одного года может получить сертификат учителя начальной школы всего за год обучения в педагогическом колледже. Главный герой предполагал, что если в будущем он откажется от своей бакалаврской профессии, то пройдёт год обучения и станет учителем начальной школы. Будучи женатым, он сможет претендовать на должность в той или иной небольшой школе в сельской местности Виктории, где рядом со школьным двором располагалась так называемая официальная резиденция.

Он и его жена могли бы жить в резиденции, выплачивая лишь номинальную арендную плату, до тех пор, пока он решал оставаться в этой школе.

Главный герой видел несколько школьных общежитий в сельской местности Виктории. Каждое из них представляло собой обшитый вагонкой коттедж кремового цвета с тёмно-зелёной отделкой. Иногда, днём, за партой в многоэтажном здании или вечером в съёмной комнате, он испытывал желание жить в будущем в школьном общежитии, хотя в то время его не интересовала ни одна молодая женщина. В такие моменты он представлял себя и свою будущую жену в их кремово-зелёном коттедже в определённый субботний день в будущем. Его будущая жена иногда могла быть лишь смутным образом, но другие детали сцены были ясными и запоминающимися.

На дворе, должно быть, было лето, и из каждого окна коттеджа открывался вид на ровную, поросшую травой сельскую местность с линией деревьев вдали, разве что шторы на окнах были задернуты, чтобы защититься от жары и яркого света. Молодые супруги, жившие в коттедже, готовились к часу отдыха в своей спальне, распаковав еженедельные покупки и пообедав. Из радиоприемника на кухне доносились слабые звуки трансляции скачек.

Главный герой всегда старался продлить определенный момент в этой последовательности образов: момент, когда его образ-я и его образ-жена лежали на своем образном ложе, чтобы отдохнуть, и когда его образ-я закрыл свой

Глаза-образы. Наблюдая другие последовательности образов, в которых участвовало его «я-образ», он казался всего лишь наблюдателем, а его «я-образ» – объектом наблюдения. Только когда его «я-образ» словно покоилось в полумраке комнаты-образа в коттедже-образе, окружённом образами преимущественно ровной, поросшей травой местности и рядами деревьев-образов, – только тогда он, казалось, хотя бы на короткое время переставал наблюдать образы самого себя, а сам жил жизнью-образом. Он пытался продлить этот момент, пристально вглядываясь в мысленные образы нескольких предметов мебели в комнате или той или иной шторы с трещиной в ткани, пропускающей полоску ослепительного света снаружи. Но дальше всё шло так, словно его будущее «я» ненадолго заснуло в спальне коттеджа и увидело один из тех ярких и тревожных снов, которые снились самому главному герою всякий раз, когда он засыпал при дневном свете.

Коттедж казался простой хижиной с односпальной кроватью, стулом и шкафом, с окном, выходящим на послеполуденный солнечный свет. Хижина была одной из ряда таких хижин. Мужчины, которые занимали хижины, были наняты конюхами и наездниками на большом участке, где преимущественно ровная травянистая местность была разделена заборами с белыми перекладинами, а также рядами деревьев. Человек, проснувшийся в своей хижине вскоре после полудня, мог начать работу в то утро за несколько часов до рассвета. Если бы он поднял штору и выглянул в окно своей хижины, он мог бы увидеть за несколькими рядами деревьев верхние окна и крышу двухэтажного дома. Мужчина понял это так же, как рассказчик его переживаний, казалось, понимал некоторые вещи во сне. Мужчина понял далее, что у него нет ни жены, ни девушки, и что он далеко не молод, но что он может любоваться издали некоей молодой женщиной, которая каждое утро выходила из двухэтажного дома и руководила тренировкой скаковых лошадей в конюшне, расположенной на преимущественно ровном травянистом месте среди деревьев. Или же он, казалось, смотрел на коттедж снаружи, с