Яков. Воспоминания
Шрифт:
Мы с Коробейниковым прошли в дом. Лакей попросил нас обождать, пока он докладывает князю о нашем визите. Но ждать я не стал. Мне все равно терять уже нечего, войду без приглашения. Может быть, увижу что-то неожиданное.
Впрочем, ничего того, чего бы нельзя было ожидать, я не увидел. За накрытым столом сидели Его Сиятельство князь Разумовский, госпожа Нежинская и инженер Буссе. Рядышком на диване лежал драгоценный портфель. С первого взгляда на Буссе было видно, что вино князя пришлось господину инженеру по вкусу.
— Прошу прощения, господа! — произнес я с вызовом, подходя ближе к столу.
Антон Андреич следовал за мной по пятам. Следовало бы оставить его в экипаже, но мне, на всякий случай, требовался свидетель.
— Что это значит? — изумился князь.
— У меня к Вам есть несколько вопросов, — ответил я ему.
Краем глаза я отметил, как напряглась Нина Аркадьевна, и послал ей максимально презрительный взгляд из возможных. Не хотелось бы, чтобы она могла подумать, будто я заблуждаюсь насчет ее участия в этом деле.
— Вы прежде ответьте, — возмущенно обратился ко мне Разумовский, — почему Вы врываетесь в мой дом без приглашения?
— Поверьте, есть у меня на то особые причины, — сказал я.
— Позвольте узнать, какие причины? — князь всегда был отличным актером, он и теперь самообладания не терял.
— Есть сведения, — сообщил я, — что в Вашем доме скрывается преступник, подозреваемый в убийстве.
Разумовский рассмеялся:
— Вы, наверное, шутите! Какой преступник? Здесь Нина Аркадьевна и господин инженер. Может быть, я?
— Некто Жан, — ответил я ему. — Лет пятидесяти, крепкого телосложения. Короткая седая борода. Неоднократно его видели входящим в ваш дом.
— У меня служит человек, соответствующий описанию, — с серьезным лицом ответил князь, — но он не преступник. Он преподает мне фехтование.
— И где он? — осведомился я.
— Пригласи мсье Жана, — велел Разумовский лакею.
В ожидании Жана я обратился к господину Буссе:
— Позвольте узнать, а Вы что здесь делаете?
— Господин Буссе мой гость, — ответил вместо инженера князь. И добавил: — В отличие от Вас.
— Князь любезно предложил мне остановиться у него, — пояснил стремительно трезвеющий инженер.
Портфель он снова прижимал к себе обеими руками.
В этот момент вошел мсье Жан Лассаль собственной персоной.
— Вы вызывали, сударь? — вежливо поклонился он Разумовскому.
— Как Вас зовут? — спросил я.
Жан покосился в мою сторону неодобрительно, потом взглянул на князя, будто испрашивая разрешения ответить. Тот кивнул, и только после этого Жан повернулся в мою сторону. Роль слуги он играл безукоризненно.
— Жан Лассаль, — ответил он мне спокойно.
— Где Вы были сегодня, с двенадцати до двух часов дня?
— Я прогуливался, — поведал он непринужденно, — потом зашел выпить кофе в гостинице и вернулся домой.
— А здесь что Вы делаете, — продолжал я расспросы, — в этом доме?
— Тренирую Его Сиятельство в фехтовании, — все также спокойно, даже где-то неспешно ответил Лассаль. — А в чем, собственно, дело?
— Я сам не понимаю! — развел руками Разумовский. — Эти господа из полиции.
Пора было заканчивать этот фарс.
— Вы обвиняетесь в убийстве, — сообщил я Жану, — и мы Вас задерживаем. Только давайте без глупостей.
При упоминании о глупостях Коробейников достал револьвер и навел на Лассаля. Видимо, вспомнил об их первом знакомстве.
— Вы тоже собирайтесь, — обратился я к Буссе, — Вы едете с нами.
— Зачем? — изумился он.
— К Вам тоже есть вопросы, — сочинил я на ходу, чтобы он меньше возражал, — Вы портфель крепче держите.
Буссе машинально обнял портфель, прижав к груди.
— Я сообщу об этом произволе обер-полицмейстеру! — возмущенно поднялся во весь рост князь Разумовский. — Это неслыханная дерзость!
— Ваше право, — ответил я, глядя ему прямо в глаза.
Любопытно, что его больше разозлило — арест Жана или то, что я успел забрать инженера? В любом случае угрозами такого рода меня не запугать, и это ему было отлично известно.
— Ты смешон, господин Штольман! — произнесла Нежинская.
— А свои вещи Вы привезли для того, чтобы князь дал указание раздать их бедным? — спросил я ее.
Нина побледнела, поняв, что я догадался о том, что именно было в сундуке.
— Да-да! Я же совсем забыл, Ваше сиятельство славится своей благотворительностью! — я улыбнулся им обоим. — Честь имею!
Смешон я или нет, но этот раунд за мной. Мне удалось забрать у них инженера раньше, чем они смогли добраться до его бумаг. Ну и Лассаль… Его у меня отберут очень быстро, я это понимал. Но возможно, я успею узнать от него хоть что-то.
— Господин Штольман, — обратился ко мне Буссе, когда мы оказались на улице, — объясните, за что меня и куда.
— Вас отвезут в гостиницу, — ответил я ему, — отдохните там в своем номере под охраной городового.
— Я не могу там находиться! — пожаловался инженер.
— До завтра потерпите, — попросил я его. — Я что-то решу с Вашим поселением. А главное, держитесь подальше от князя и госпожи Нежинской.
— Это почему же? — спросил он изумленно.
— Есть на то причины, — ответил я. И добавил мстительно: — Но это военная тайна.
Вернувшись в управление, я попытался допросить Лассаля, хотя бы для проформы. Ну, и чтобы понаблюдать вблизи за этим человеком, которого я так долго видел лишь краем глаза. Добиться же от него каких-либо полезных сведений я не надеялся даже. Не тот фрукт. Его не испугаешь, не спровоцируешь. Кроме того, он отлично знал, что я не смогу удержать его долго. Поэтому вел себя крайне спокойно.
— Свидетели видели Вас сегодня в гостинице, — сообщил я ему.
— Я этого не отрицаю, — Жан слегка пожал плечами.
— Видели, как Вы входили в номер к инженеру.
— Меня никто не мог видеть, — едва заметно усмехнулся Лассаль и продолжил после паузы: — Потому что ни в какой номер я не входил. Я посетил буфет и ушел.
Он играл со мной, понимая, что я ничего не могу доказать.
— Из гостиницы Вы не выходили, — сказал я.
— То есть, как? — изобразил он изумление.