Чтение онлайн

— Нет, — ответил я. — Но полагаю, они у меня появятся. Я надеюсь на Ваше содействие в поисках Нины Аркадьевны.

— Разумеется, — кивнул Разумовский и вдруг заметил слегка язвительно: — А Вы даже не спросили меня, известна ли мне причина похищения.

— А Вам она известна? — спросил я его.

— Нет, — ответил князь и добавил со значением: — Но, судя по тому, что Вы не задали мне этот вопрос, она известна Вам. И что же это все-таки за знак такой, Яков Платоныч? — добавил Разумовский, когда я уже пошел к двери. — Его ведь Вам прислали.

Я молча, не оборачиваясь, отсалютовал ему картой и вышел.

Итак, Разумовский недвусмысленно дал мне понять, что он в курсе моих прошлых отношений с паном Гроховским. Оно и не удивительно. Та моя глупость была известна многим, а более всех в курсе была именно Нина. Так что осведомленность князя вполне понятна. Также, как и то, что он связал похищение Нежинской поляками со мной. И почему-то я был уверен, что он на самом деле не знает более ничего, иначе сказал бы. Как ни парадоксально звучит подобное заявление, в этом деле мы с Разумовским едва ли не союзники.

Выйдя из дома князя, я увидел Анну Викторовну, прогуливающуюся по саду с Элис в сопровождении сиделки.

— Анна Викторовна, — окликнул я ее.

Она обернулась на мой голос, подошла с серьезным, взволнованным лицом.

— Нежинская похищена, это уже установленный факт, — сказал я ей. — Вы… Вы берегите себя.

— А я здесь причем? — удивилась Анна.

— Вы часто здесь бываете, — ответил я. — И — мой совет — держитесь подальше от князя.

Ложь, разумеется. Но не совсем. Мне и в самом деле тревожно от того, что она стала так часто бывать в доме Разумовского. Но в данном случае я волновался вовсе не об этом.

— Яков Платоныч! — заглянула мне в глаза Анна. — Ну, Вы же знаете, что я здесь бываю вовсе не ради князя.

— Да, — вздохнул я, взглянув на Элис, играющую прутиками под присмотром сиделки. — Как она?

— Без изменений, — сказала Анна Викторовна. — Но мне кажется, что она меня слушает.

— А князь часто с ней разговаривает? — поинтересовался я, воспользовавшись случаем.

— С ней никто не разговаривает, только я, — заверила меня Анна. — Но князь, он и так много для Элис сделал.

— Да, — вздохнул я.

В свое время я не включил Элис в отчет по делу Курочкиной, считая, что в Затонске девушке будет лучше и безопаснее. Сейчас я успел много раз об этом пожалеть. Мне и в голову не пришло в свое время, что Разумовский может оформить над ней опекунство. А теперь она оказалась в его полной власти, и я бессилен.

— Вы торопитесь? — спросила меня Анна Викторовна, взволнованная, видимо, выражением тревоги на моем лице.

— Нет, — ответил я, — то есть…

Мне никуда не хотелось уходить от нее. Пока я рядом, ей ничто не угрожает. А еще, все мои тревоги отступают, пока рядом она. Будто в ее присутствии, рядом с ней, я попадал на островок тепла и покоя.

Но у меня сейчас точно не было времени наслаждаться покоем и ее обществом. Я должен был найти Гроховского и разобраться в том, что происходит. Вот тогда Анна Викторовна на самом деле будет в безопасности.

— Вы берегите себя, — попросил я ее еще раз.

И быстро пошел по направлению к выходу из парка.

В управлении Коробейников докладывал мне:

— В городе появилась компания поляков. Пятеро из них жили в меблированных комнатах, сегодня съехали. Вчера один из них ушел и не вернулся. Его зовут Яцек Коплинский. Местные уголовники их не знают, но отзываются уважительно. Говорят, за ними стоит кто-то из Варшавских воров.

— Я раньше с этим сталкивался, — рассказал я Коробейникову, раскладывая на столе обе найденные пиковые дамы, — у них такие знаки в ходу. Перечеркнутая карта это предупреждение.

Коробейников вынул из кармана и положил передо мной еще одну карту:

— Я тоже предупрежден.

Я посмотрел на карту, выложенную им на стол, чувствуя, как меня охватывает ужас. Карта была другая. На этот раз — дама червей. Похоже, Гроховский разузнал обо мне побольше и решил усилить нажим. А я по-прежнему все еще не знаю, что ему от меня нужно.

— Откуда это у Вас? — спросил я Коробейникова, беря червовую даму в руки.

— Я нашел это у себя в кармане. Думаю, мне это подбросили, когда я выходил из меблированных комнат. Это что же? Мне знак?

— Да мне это знак, Антон Андреич! — позволяя раздражению изгнать страх ответил я. — Все дамы мне! Червовая — это Анна Викторовна.

— Почему? — непонимающе спросил он.

— Потому что, пиковая — это Нежинская, — пояснил я.

Понял ли он что-либо из моего сумбурного объяснения, я не знаю, но видя, что я пребываю не в настроении, расспросы прекратил.

Велев Коробейникову ускорить розыск поляков в Затонске любыми средствами, я наконец-то отправился повидаться с моими филерами. Они, верно, уже меня заждались и недоумевают, что могло так меня задержать.

Они и в самом деле ожидали меня с нетерпением и вскочили разом, когда я вошел.

— Сидите, — бросил я им и спросил сердито: — Когда Нежинская успела захомутать Брауна?

Они переглянулись в недоумении.

— Не было ничего такого, — сказал Жук. — Они не виделись с того дня, как встречались вместе с Вами.

— Я нашел письма у нее в номере от господина Брауна, — пояснил я свои претензии.

— Мы не можем перехватывать письма, — ответил Франт, разводя руками.

Этого они и в самом деле не могли, увы. А я не смог предусмотреть, что Нежинская будет развивать отношения с англичанином путем романа в письмах.

Я сел, пытаясь успокоиться и упорядочить мысли хоть немного:

— С кем она встречалась в последние дни?

— Только с князем, — ответил Жук. — А князь из дома ни ногой.

— То есть новых лиц не появлялось? — уточнил я.

— Никак нет! — хором отрапортовали филеры.

— Нежинская пропала! — сообщил я им, сдерживая раздражение изо всех сил. — Скажите, Вы где были сегодня ночью? Почему снято наблюдение с дома князя?

— Но Вы же сами изволили распорядиться, — напомнил мне Франт, — чтобы мы зря не мозолили глаза у князя, а больше дежурили на дороге к англичанину.

И снова он прав, это был мой приказ. Но откуда я мог знать?! Такое впечатление, что я совершаю ошибку за ошибкой. Что толку было дежурить на дороге в Михайловскую усадьбу? Письма легко миновали мой заслон незамеченными. А вот если бы я не снял наблюдение с князя, возможно, сейчас знал бы, где спрятали Нежинскую.