Чтение онлайн

— Да Вы не волнуйтесь, — попросил я ее. — Вы вспомните, с кем встречался Андре после Вашего приезда в Затонск.

— Мы здесь всего несколько дней, — ответила мадам Де Бо. — Пожалуй, только со мной. Андрэ так шло мое платье, — вдруг добавила она с печалью в голосе. — Представьте, оно было ему совершенно впору. Как будто на него и пошито.

Сказанное ею просто поразило меня. Андрэ, никому не известный и ни с кем в Затонске не знакомый, был странной жертвой, и я не видел мотива для его убийства. А вот мадам Де Бо, известная Петербуржская конфидентка, была в качестве жертвы куда более вероятна. И если предположить, что убийца обманулся надетым на Андрэ платьем, то…

— Так значит, покушались на Вас? — сказал я мадам.

— На меня? — изумилась она. — Бог мой!

— Убийца решил, — пояснил я свою мысль, — что переодетый Андрэ это Вы. Только почему он искал Вас в том номере?

— Мы поменялись номерами, — ответила мадам Де Бо, — Андрэ не имел никаких возражений.

— Не понимаю, — сказал я.

— Видите ли, у меня разболелась голова, — пояснила мадам, — и я решила, что в том номере какая-то дурная аура. Все эти визитеры…

— С чем идут к Вам все эти визитеры? — поинтересовался я.

— Я составляю гороскопы, — ответила она. — Люди так хотят знать о своем будущем, хоть что-нибудь, ну, хотя бы намек.

— Мне нужен список всех, кто приходил к Вам в тот самый номер, — сказал я мадам.

— Это невозможно, — ответила она строго. — Люди мне доверяют самое сокровенное. Я конфидент.

— Мадам, — резко произнес я, — вы понимаете, произошло убийство.

— Умоляю, — вздохнула мадам Де Бо в наигранном изнеможении, — я совершенно без сил! Дайте мне побыть одной, будьте милосердны!

— Конечно, — вздохнул я с досадою, поднимаясь. — Но у меня еще будут вопросы.

Сообщать мне имена своих клиентов в Затонске мадам явно не желала. Не страшно, Затонск город маленький. Я и без нее все узнаю достаточно быстро.

Когда я вернулся в комнату, где был убит Андрэ, Коробейников был занят разбором бумаг покойного.

— Возможно, убийца принял переодетого Андрэ за мадам Де Бо, — сообщил я моему помощнику. — Она была его целью, к тому же, он не знал, что мадам этой ночью ночевала в другом номере.

— Свежий вексель, — поделился в ответ своей находкой Антон Андреич, — от некоего Сеславина, подписанный вчера, на сто рублей.

— Интересно, — сказал я, разглядывая бумагу. — Узнайте у портье, кто такой этот Сеславин.

В этот момент на пороге комнаты нарисовался частый, но весьма нежеланный на местах преступлений гость, господин Ребушинский собственной любопытствующей персоной. Порой, глядя на этого господина, я задумывался о том, что если бы вдруг сошел с ума и стал маньяком, то сосредоточил бы свое желание убивать именно на племени журналистов. И начал бы с Ребушинского, несомненно.

— Господин Штольман, — обратился он ко мне, — прошу прощения за вторжение.

— Господин Ребушинский, — сказал я, оттесняя его в коридор, — я же запретил Вам приходить на место преступления.

— Нет, но конечно это прискорбно слышать для представителя прессы, — высокопарно заявил он, — но я могу быть Вам очень полезен.

Все его круглое лицо сочилось потом и осознанием собственной значимости, а маленькие поросячьи глазки смотрели с хитростью. Он был мне настолько противен, что хотелось выгнать его немедленно. Но у него и впрямь могли быть сведения по расследуемому мной делу. По части собирания сплетен Ребушинский мог дать огромную фору даже Коробейникову.

— Я кое-что знаю об этой самой мадам Де Бо, — сказал он с заговорщицким видом, понизив голос.

— Слушаю Вас, — поощрительно кивнул я ему.

— Но я надеюсь, — принялся торговаться Ребушинский, — что Вы тоже поделитесь со мной сведениями?

Вот за это я не любил его особенно сильно. Я, как всякий полицейский, полагал, что в случае убийства имею право на абсолютно все сведения, могущие хоть как-то помочь мне в раскрытии преступления. Меня всегда выводило из себя, когда свидетели пытались что-то скрыть, считая, что это не относится к делу. А уж этот господин, который пытался подобной информацией торговать, был для меня просто мерзавцем, мешающим мне работать. И хотелось поступить с ним соответственно, взяв за шиворот и просто выбив из него все. Но в данном случае это было бы лишней и совершенно пустой тратой сил. Я расправлюсь с ним, когда он даст мне повод. А он даст, я уверен в этом.

— Непременно, — пообещал я Ребушинскому информацию, а себе скорую возможность отмщения.

— Так вот, — принялся рассказывать Алексей Егорыч, — эта мадам Де Бо подбирает прислугу для одиноких господ, руководствуясь гороскопами и всякой там прочей астральной чепухой. Но ее протеже не какие-нибудь там крестьянские девки! Ее протеже воспитаны, ухожены и даже очень образованы. Учтите, — наклонился ко мне Ребушинский, желая подчеркнуть значимость своих сведений, — никто Вам в этом не признается, потому что официально люди приходят сюда лишь для того, чтобы мадам составила им персональный гороскоп. Конечно, ей все доверяют! Она же конфидент! Вот видите, как я помогаю следствию! — намекнул газетчик, глядя на меня выжидающе. — Скажите, а у Вас уже есть подозреваемый?

— И какая же истинная цель пребывания мадам здесь в Затонске? — спросил я его.

— Не знаю, — вздохнул Алексей Егорыч, разведя короткими ручками.

Ну, судя по всему, информация у господина Ребушинского закончилась. А стало быть, и терпеть мне его больше незачем.

— Благодарю, — сказал я ему, — я Вас больше не задерживаю.

— Яков Платоныч, подождите, — переполошился Ребушинский, поняв, что я собираюсь его выгнать, — а как же наш обмен? Моя газета очень нуждается в свежем материале!

— Напишите о благоустройстве города, — ответил я ему, не скрывая сарказма.

— Ну хоть что-нибудь скажите, Яков Платоныч! — возопил Ребушинский, но я наконец вытеснил его в коридор и закрыл дверь перед его носом.

Пусть скажет спасибо за то, что я не сказал ему того, что о нем думаю. И проваливает подобру-поздорову. А то ведь нервы не железные, могу и не сдержаться!

Завершив все дела в номере и отдав городовым распоряжение отвезти тело Андрэ в мертвецкую, мы с Коробейниковым отправились побеседовать с портье. Антон Андреич уже пытался это сделать, но не смог того найти, отлучился он куда-то. А вот сейчас портье был на месте и о чем-то секретничал с господином Ребушинским. Увидев нас, Затонский щелкопер быстро свернул разговор и, сунув портье мзду, удалился. Ага! Если Ребушинский расщедрился на оплату информации, стало быть, было за что платить. Учту.

— Любезный, — обратился я к портье, — кто вчера приходил к мадам Де Бо?

— Да много тут всякого народу ходит, — ответил он с вызовом. — Кто ж знает, куда, зачем? Они не докладываются.

Есть, конечно, и еще один вариант. Ребушинский из чистой вредности мог заплатить портье за то, чтобы тот мне не рассказывал вообще ничего. С него ведь станется, с мерзавца!

— А может, тебе в участке будет удобней вспомнить? — пригрозил я портье, не скрывая ни раздражения своего, ни дурного настроения.