Чтение онлайн

— Тело в мертвецкую отправляйте, — велел я околоточному. — И осмотрите здесь все внимательно, может, найдете чего.

— Слушаюсь, Яков Платоныч, — ответил Ульяшин.

Я еще раз окинул взглядом место преступления и заметил свежий скол на дереве. Похоже, сюда попала пуля и отколола щепку. При помощи ножа я извлек из дерева свою находку и показал Ульяшину.

— Револьверная, — сказал он, рассматривая мою находку.

— Похоже на кольт, — ответил я ему задумчиво.

Доктор Милц по моей просьбе первым делом извлек обе пули, попавшие в тело нищего.

— Вот эта пуля, она из охотничьего ружья, — показал он свою добычу. — Она попала в позвоночник в районе поясничного отдела.

Я рассмотрел пулю, которую доктор аккуратно держал пинцетом. Должен сказать, она была весьма необычная.

— Пуля Куликовского к литтихскому штуцеру образца тысяча восемьсот сорок третьего года, — произнес я с недоумением. — Раритет!

Кому понадобилось стрелять из устаревшего оружия, когда так несложно достать современное?

Доктор Милц покачал головой.

— Вы действительно блестяще разбираетесь в оружейном деле, — похвалил он меня, — но не эта пуля оказалась смертельной. А смертельной стала вот эта.

И он поднял пинцетом с лотка другую пулю, уже вполне современную, чрезвычайно похожую на ту, что я извлек из ствола дерева на месте преступления.

— И судя по следам пороха на одежде жертвы, — продолжил доктор, — выстрел был произведен практически в упор.

— Пуля револьверная, я думаю, «кольт», — сказал я Милцу. — Два разных вида оружия в одном убийстве. Одно из них достаточно старое, словно из коллекции или музея.

Итак, у меня есть три пули, имеющие отношение к одному и тому же трупу. Две из них, скорее всего, выпущены из одного и того же оружия. А вот третья из другого, к тому же достаточно редкого. Кто будет менять оружие в процессе убийства? Кстати, чтобы точно стрелять из литтихского штуцера, требуется немалое мастерство. А тем более, чтобы попасть так точно, прямо в позвоночник. Такой стрелок не заденет дерево вместо цели. Так что же, два стрелка? Банда? Но зачем банде убивать нищего, какой с этого прок? Чего-то я не понимаю в этой истории. Но в любом случае, необычное оружие это зацепка. Не так уж много в Затонске коллекционеров оружия, имеющих подобный экземпляр. Вот среди них и нужно поискать для начала.

Господин Закревский, хозяин оружейного магазина, к которому я отправился за советом, был страстным коллекционером оружия и великим его знатоком. Мне уже приходилось бывать у него по вопросам следствия, и он всегда давал очень полезные консультации. Встретил он меня чрезвычайно любезно, и с готовностью согласился помочь, чем сможет.

— Скажите, господин Закревский, — спросил я его, — есть ли у кого в городе литтихский штуцер?

— Образца тысяча восемьсот сорок третьего года? — уточнил оружейник.

— Именно.

— Вряд ли кто-то использует сейчас штуцер, — сказал Закревский. — Для здешней охоты оружие неудобное, да и устаревшее.

— А пулями к штуцеру Вы торгуете? — поинтересовался я.

— Нет, ни пулями, ни штуцерами никогда не торговал и никогда у нас их не было, — ответил он. — Я торгую современным оружием. А подобная вещица если только у кого в коллекции имеется.

— Например?

— У Яковлева Степан Игнатьича очень достойная коллекция, — сообщил Закревский. — Есть несколько удивительных экземпляров. Если у кого и есть штуцер, то определенно только у него.

Вот только господина Яковлева мне в этом деле не хватало. Впрочем, нет. Он сам убивать не станет, наймет кого-нибудь. Да и не могу я представить себе вальяжного Яковлева, охотящегося на нищего.

Вот оно! Вот что напомнило мне расположение пуль в теле нищего. Именно охоту. Неужели банда, охотящаяся на нищих в качестве развлечения?

Я показал Закревскому две пули из кольта. Он склонился над ними, рассматривая внимательно.

— Кольт образца пятьдесят третьего года сорок четвертого калибра, — уверенно сказал он

— Знание впечатляют, — похвалил я любезного хозяина.

 — Довольно редкое оружие, — ответил он. — Либо из каких-то тайников в амбаре, либо из коллекции.

— А Вы не находите, — спросил я оружейника, — как-то странно использовать целый арсенал коллекционного оружия для преступления, когда можно купить современное ружье или револьвер?

— Люди привязываются к старым вещам и к привычным поступкам, — усмехнулся Закревский, беря в руки лепажевский дуэльный пистолет и с любовью его оглаживая. — И они превращаются в атрибуты и ритуалы.

Я буквально прикипел взглядом к знакомому пистолету в его руках. Да, дуэль тоже ритуал. И, подчиняясь ему, я буду должен прийти, когда Разумовскому вздумается меня позвать, и позволить ему меня убить.

Впрочем, не стоит позволять этим мыслям отвлекать меня сейчас. Хотя возможность убийства для свершения ритуала стоит обдумать. По части ритуальных убийств у нас Коробейников мастер скорее. Обычно все бывает куда проще. Обычно, но не всегда.

— Мне помощь Ваша нужна, — сказал я Закревскому. — Не откажите в любезности. Пригодился бы мне список лиц, имеющих такое оружие либо покупавших патроны к нему.

— Револьверы такие я не продавал, — ответил он. — А патронами может и интересовался кто. Я сейчас не могу вспомнить, посмотрю в записях.

— Благодарю, — ответил я ему.

В этот момент отчетливо раздался звук близкого выстрела. Я вздрогнул невольно, оборачиваясь.

— Здесь у меня тир, — пояснил Закревский с улыбкой. — Можно сразу оружие попробовать, пристрелять. Прошу, взгляните!

В задней комнате и в самом деле оказался тир, оборудованный по всем правилам. В нем тренировался в стрельбе какой-то господин, видимо, покупатель.

— Ну что ж, — сказал я Закревскому, — как-нибудь обязательно зайду к Вам пострелять.

— Милости просим, — улыбнулся он любезно.

Выйдя от Закревского, я увидел Антона Андреича, стоящего на улице и оглядывающегося с растерянным видом. Что он здесь делает? Он же должен оберегать Анну Викторовну!

— Коробейников, — окликнул я его, — Вы что здесь глаза мозолите?

— Слежу-с, — ответил он, — Анны Викторовны дома не оказалось. Матушка не ведает, что она переоделась в нищенку, я не стал ее тревожить этими новостями.