Янтарная тюрьма Амити
Шрифт:
Следующий удар пришелся в живот.
— Что ты еще что-то можешь! Можешь без нее! — продолжал Кирэл, чей крик то разбивался на множество голосов, то вновь становился обычным. — А иначе!..
Он пнул Сенжи ногой, отчего того отбросило и протащило по земле. Сенжи попытался подняться, но закашлялся кровью, а Кирэл схватил его за грудки черной рубахи и одной рукой поднял в воздух словно изломанную куклу, после чего приблизился к уху и что-то шепнул. Никто из нас не слышал, что Кирэл произнес, однако выражение лица Сенжи резко изменилось.
— Так что не смей сдерживаться, — с улыбкой отстранился Кирэл, а испачканные в крови губы Сенжи, растянулись в оскале. — Только не со мной.
— Ты… — хрипло выдохнул Сенжи, на чьем лице тут и там вспыхивали язычки черного пламени, заживляя мелкие ранки.
Он поймал и крепко сжал запястье Кирэла, а тот перестал улыбаться и, опустив взгляд на его ладонь, нахмурился.
— Ты… — вновь повторил Сенжи, чьи окровавленные губы на мгновение дрогнули.
Дыхание с шумом вырвалось из его груди, но он тут же вновь наполнил легкие и со всей силы выкрикнул:
— Не посмеешь!
Голос Сенжи размножился и прозвучал так мощно, что воздух содрогнулся, а с земли поднялось облако пыли и волной понеслось к нам.
— Лав! — воскликнула Церара.
Пусть заклинание сильно отличалось, но я все равно узнала в нем крик банши и прежде, чем нас успело накрыть облако пыли, успела зажать уши бессознательному Дамиану. Сама же зажмурилась и приготовилась встретиться с болью или кошмаром, а может тем и другим, но, когда моих щек коснулись песчинки, я ощутила… Ничего.
Вдруг вокруг меня раздались стоны и крики. Я резко распахнула глаза и увидела, как некроманты держались за головы. Кто-то из них пал на землю и дрожал не в силах пошевелиться. Кто-то поспешил надеть на себя еще один амулет. Кто-то ухватился за дерево, что заменяло нам скамью, и просто дышал, стараясь успокоиться. Кто-то опасно пошатнулся, но смог устоять на ногах и поспешил на помощь другим. Даже кураторы, которые ближе всех находились к полю боя, выглядели жалко и дезориентировано. Двое из них даже стояли на четвереньках и никак не могли подняться. А Кирэл вовсе лежал навзничь.
— Что случилось? — послышался вялый голос только-только очнувшегося Дамиана.
Заметив, что я прижимаю его к себе, он оживился, приподнял черную бровь и сальным голосом протянул:
— М-м-м, Ла-а-ав…
Но тут же возмутился, когда я его выпустила и рванула с места.
— Эй! — шлепнулся Дамиан на скамейку, а я подбежала к стоявшей на коленях Цераре и стиснула ее плечи.
— Церара! Ты как?
— Я…
Она отняла ладонь от лица, и я увидела, как из ее носа стекает вязкая капелька черной крови.
— Всем некромантам первого и второго курса покинуть поле боя! — прозвучал раскатистый голос директора. — Остальным приготовиться!
— Приготовиться? — воскликнула я, а более-менее пришедшие в себя кураторы ринулись выводить из гробницы младшекурсников. — К чему? Все же закончилось!
— Больно-больно-больно-больно!
Дыхание застыло на моих губах, когда эхо слов директора смолкло, и по гробнице разнесся другой истеричный голос — Кирэла.
— Твою же мать. Как же… Больно.
Он шатко поднялся и с рычанием выдохнул, а как только отнял руки от головы, я ахнула: из носа, глаз и ушей Кирэла текли темные дорожки крови.
— Я тебя недооценил, — утер он рукавом нос и усмехнулся.
Поникший от усталости и боли Сенжи вскинул голову, отчего черные волосы перестали скрывать его лицо и обнажили взгляд. Взгляд, что горел ярким серебристым огнем.
. — Хотя… — пошатнулся, но устоял Кирэл. — Вряд ли этого достаточно, чтобы я… Как ты там сказал?
Он улыбнулся.
— Не посмел.
Тяжело дышавший Сенжи низко зарычал и стиснул кулаки, по которым пробежало черное пламя, разбрасывающее белые искры, а я вскочила на ноги.
— Это уже слишком! Их нужно остановить!
— Стой! — поймала меня за руку Церара. — Не надо.
— Но они ранены!
— Директор сказал нам только приготовиться!
— Да плевать, что сказал директор!
Я со всей злостью посмотрела наверх, где директор хоть и перестал безмятежно держать руки за спиной, однако все равно продолжал просто наблюдать.
— Они ранены, Церара!
Вдруг ко мне подошел Дамиан и сжал мое плечо, тоже не давая никуда уйти.
— Дамиан! — возмутилась я и, встретившись с его упрямым и мрачным взглядом, огляделась в поиске хоть чьей-то помощи.
Однако все некроманты, как и Церара, пусть выглядели бледными, но, как один, не двигались.
— Почему? — прошептала я, обращаясь ко всем и ни к кому одновременно, а Кирэл потянулся к оставшимся на его шее двум амулетам и выдохнул:
— Что ж…
Он сорвал один из них и швырнул на землю.
— Тогда я тоже буду серьезным.
Его зрачки вновь скрылись за густым красным светом, который превратил глаза в два плескающихся кровавых озера. Губы посинели. Под бледной кожей побежали черные вены, покрывая все тело черной сеткой. Постепенно Кирэл все меньше и меньше походил на живого человека, и если бы я своими глазами не видела, как некромант превращается в лича, сейчас бы точно запаниковала.
— Выдох жизни, — произнес Кирэл, отпрыгивая от ринувшегося на него Сенжи, — это вдох смерти.
Стоило ему начать заклинание, как с его губ слетело фиолетовое облако, которое почернело, когда он его закончил. Облако практически коснулось лица Сенжи, но тот успел спрятаться за рукавом и проскочил насквозь, вновь устремляясь за Кирэлом.
— Неплохо, — заметил тот. — Однако…
Он взмахнул рукой.
— Выдох смерти — шепот тлена.
Стоило ему это произнести, как облако разметалось и осыпалось на Сенжи черными похожими на пепел хлопьями. И где бы они его ни коснулись, одежда истлевала, покрываясь дырами, а плоть чернела и прахом осыпалась на землю.