Японская олигархия в Русско-японской войне
Шрифт:
Хотя граф Окума и критиковал условия мира, он в первую очередь был озабочен не вопросом контрибуции и не разделением Сахалина, которые вызвали недовольство большинства членов партии. Его гнев был вызван тем, что переговорщикам не удалось гарантировать постоянный мир на Дальнем Востоке. Он утверждал, что условия совершенно не удовлетворяют целям войны, то есть обеспечению такого мира, при котором в течение десяти лет и речи не могло идти о войне с Россией. Дальше Окума утверждал, что японская дипломатия была обречена на провал с того самого момента, как Япония приняла предложение Рузвельта о посредничестве, потому что японские представители оказались, по сути дела, заложниками президента. Заявление Окумы представляло собой резкий контраст с замечаниями, которые он сделал за два месяца до этого, когда говорил: «Американский президент, посредник — друг нашей страны. Он представляет страну, которая нам очень симпатизирует. Искренность президента в этом жесте, когда он берет на себя задачу посредничества ради мира, трогает меня больше всего. Время для этих переговоров, на мой взгляд, тоже выбрано правильно».
Но для Кэнсэйхонто было уже поздно. Поскольку за день перед выступлением Саендзи его лидеры думали только о коалиционном правительстве, Кэнсэйхонто не смог сформулировать политику оппозиции правительству. Лидерам Кэнсэйхонто мешало их стремление получить место в правительстве, им не хватало воли возглавить движение против мирного договора и правительства, которое его подписало. 4 сентября постоянные члены парламента от Токио из Кэнсэйхонто издали резолюцию, на которую явно повлияли те лидеры, что противостояли требованиям рядовых членов партии отказаться от мира. В резолюции говорилось: «Мы решили объявить всем, что условия мира не соответствуют желанию японского народа».
Из-за тайных манипуляций небольшой группы лидеров в борьбе за власть две большие политические партии потеряли и независимость, и силу объединенного действия. Другие, мелкие политические партии не определили своей позиции по вопросу о договоре. Единственным исключением стала непарламентская фракция в Тэйкокуто, которая назвала договор «унизительным соглашением, противоречащим воле императора, выраженной в указе об объявлении войны, и уничтожившим результат побед Японии».
Поскольку политические партии оказались бессильными, в день выступления Саендзи Кацура писал Ямагате: «Не стоит слишком беспокоиться из-за действий соси (сторонников сильной руки) и политиков».
4 сентября «Осака асахи симбун» с размахом писала:
«Призыв «откажитесь от мира!» быстро распространился по городам и деревням страны. Сейчас он достиг той силы, когда в стране не осталось человека, который бы его не поддерживал…Есть еще пассивные люди, которые хотят пожать там, где не сеяли, они говорят, что скоро откроется сессия парламента и что представляющие нас парламентарии с помощью веских аргументов призовут правительство к ответу. Если это не поможет, то они, дескать, поднесут петицию его величеству. Но как мы можем доверять этим парламентариям? Посмотрите на Сэйюкай. Их всех одурачили, и они боготворят мир, как будто правительство совершило что-то невозможное…Теперь народ решил действовать. С тем же боевым духом, который бросал его на Россию в начале войны, наш народ будет сражаться, пока мирный договор не будет отменен. Люди сметут правительство, как цунами. Будут присланы представители от каждой деревни, от каждого города или поселка Японии. «Даже молитва муравья доходит до Неба». Это энергия пятидесяти миллионов человек. Каким же глупым должно быть правительство, чтобы сопротивляться такой силе?»
Возмущенный народ набросился на мирный договор «с тем же боевым духом, который бросал его на Россию в начале войны», — очевидно, что причиной этого, как и в начале войны, стало не правительство и не политические партии, а невежественная пресса и несколько националистических агитаторов.
Глава 8. ИНЦИДЕНТ В ХИБИИ
КОВА МОНДАЙ ДОСИ РЭНГОКАЙ
Тайро Досикай, выражавшее провоенное общественное мнение Японии перед началом Русско-японской войны, было распущено после того, как война началась. Но перед началом мирных переговоров члены несуществующей организации созвали других националистов и 7 июля, за день до отъезда полномочного представителя Комуры, провели общее собрание в гостинице «Мацумото», Хибия, Токио. Комути Томоцуне, бывший председатель Тайро Досикай [73] , умер 21 июня 1905 года, поэтому на место председателя собрания был избран Коно Хиронака, «герой» девятнадцатой сессии парламента. Не будучи на самом деле членом Тайро Досикай, Коно был близок к этой организации.
73
Во время войны Комути, как «неофициальный посол» Японии, активно участвовал в распространении японского влияния на Корею.
Приветственное слово произнес Короива Суроку, издатель «Ёроду техо». Он выразил уверенность в том, что полная военная победа будет достигнута, и недоверие дипломатическим способностям правительства. В качестве прощального напутствия Комуре группа приняла следующую резолюцию:
«Достигли мы военной победы или нет и можем ли мы достичь своих военных целей, зависит только от мирных переговоров. Воля его величества очевидна. Мнение народа едино. Мы желаем продолжать войну, если наши требования не будут удовлетворены на предстоящих переговорах. Мы желаем, чтобы наш полномочный представитель не заключал необоснованного мира, при котором причины беспокойства остались бы неустраненными».
Затем Коно подчеркнул необходимость создать жесткое общественное мнение о предстоящих мирных переговорах, и собрание закрылось на перерыв под крики «банзай!» императору, армии и флоту. Эта встреча породит Кова Мондай Доси Рэнгокай — Объединенный совет деятелей мирного вопроса.
8 июля полномочный представитель Комура уехал в Америку. Одиннадцать дней спустя, 19 июля, в ресторане «Кайкатэй» в Кьебаси, Токио, встретились представители восьми националистических групп и формально основали Рэнгокай. Этими восемью группами были: бывшее Тайро Досикай (Антироссийское товарищество), Кокурюкай (Общество реки Амур), Сейнен Кокуминто (Партия молодых националистов), Коко Курабу (Клуб Коко, преимущественно для юристов), Сакурада Курабу (Клуб Сакурада), Доси Киса Курабу (Товарищеский клуб журналистов), Нитто Курабу (Клуб Нитто) и Нанса Со (Группа Виллы Нанса). Нанса Со, основанная в апреле 1903 года Мацуурой Ацуси и Коноэ Ацумаро, двумя националистами благородного происхождения, и бывшим министром финансов Ватанабэ Кунитакэ, была тесно связана с «семью профессорами».
Центральный штаб недавно образованной Рэнгокай поместили в бывшее здание Тайро Досикай. Точное количество членов Рэнгокай неизвестно. В своем письме Ямагате от 2 сентября 1905 года Кацура описывал Рэнгокай как «возрождение прежней Тайро Досикай плюс журналисты, тесно связанные с Симпото, и различные организации, включая группу Ватанабэ Кунитакэ». Доступные материалы называют имена 51 человека, которые были с ним напрямую связаны. Анализ сведений об этих людях, которых, за нехваткой более подробной информации, можно назвать «активными членами» Рэнгокай, показывает следующее:
1. Средний возраст 41 из 51 составлял 41 год (самому старому было 57, а самому молодому — 30).
2. Географическое распределение (по месту рождения 38 членов) выглядит так:
| Ибараги | — 1 |
| Кочи | — 2 |
| Кумамото | — 1 |
| Нагано | — 2 |
| Нара | — 1 |
| Ниигата | — 2 |
| Окаяма | — 1 |
| Оита | — 1 |
| Осака | — 1 |
| Сага | — 1 |
| Сайтама | — 1 |
| Токио | — 3 |
| Тоттори | — 1 |
| Ямагата | — 1 |
| Яманаси | — 1 |
Таким образом, там не было выходцев ни из Тесю (Ямагути), ни из Сацумы (Кагосима)
3. По роду занятий 19 были юристы, 11 — журналисты (из 42 членов, у которых профессия известна).
4. 12 из 51 хоть раз заседали в парламенте (семеро бывших парламентариев и пять действительных).
Изучение их партийного членства показывает, что:
1. Все шестеро избранных на шестых выборах (10 августа 1898 года) были членами Кэнсэйхонто, тогда — ведущей парламентской партии.
2. На седьмых выборах (10 августа 1902 года) двое были избраны по мандатам Кэнсэйхонто (Кэнсэйхонто тогда получила 93 места в парламенте и была второй после Сэйюкай, которая получила 191 место), один — по мандату Дзинъинкай (мелкой партии, имевшей в парламенте 28 мест), и один — по мандату Досу Курабу (еще одной мелкой партии с 13 местами).
3. На восьмых выборах (1 марта 1903 года) были избраны шесть членов: двое по мандату Кэнсэйхонто (85 мест), один — по мандату Сэйюкай (175 мест), один — по мандату Досу Курабу (8 мест) и двое — как независимые.