Чтение онлайн

Через два дня он уже жил в сто двадцать четвертой комнате этого общежития. На работу нужно было выходить на следующий день, и Илья поехал в 21 магазин.

Федю он не застал и пошел шататься по подсобкам. На него никто не обращал внимания, так как Илья уже был здесь своим человеком. Пройдя к штучному отделу, он увидел Ежика, так прозвали вечно пьяного грузчика.

Он был неотъемлемой частью магазина, хоть и несущественной, но всем необходимой. Ежик восседал на облюбованной им бочке из-под масла и курил чинарик:

– Здорово, Ежик,- поприветствовал Илья.

– Здорово, здорово, никого не видел, не знаю, Федька на базу уехал,- протараторил он и отвернулся, сделав серьезную мину.

Илья понял, что с чудаком разговаривать не о чем и, повернувшись, пошел к директрисе. Проходя мимо подсобок бакалеи, он наткнулся на пухленькую девицу лет двадцати с большими очками на переносице. Она адресовала ему открытый и властный взгляд, какой можно ожидать от властной особы или оборзевшей проститутки.

Не теряя времени, он прижал ее к перегородке и нежно поцеловал. Девица вытаращила глаза и стала протирать очки, а Илья сказал:

– Если вы считаете, что мой поцелуй неприятен вам, то я непременно вынесу этот вопрос на суд женщин, которые это знают наверняка,- и с этими словами нежно прикоснулся к груди правой рукой и обхватил за талию левой.

Девица тяжело задышала, и Илья продолжил наезжать на уши, сказав, что ему нравятся прелестные и чем-то взволнованные девушки, но это было излишне, так как девица, мягко выражаясь, не отличалась высокой нравственностью и легко шла на связь с любым Мужчиной, который ей хоть немного нравился. Для нее главное с него хоть что-то взять. Чуть позже он узнал, что это Оля Бутова, продавщица из отдела бакалеи, и незамедлительно пригласил ее вечером к себе, пообещав к концу смены зайти за ней.

Вскоре приехал Федя и сообщил, что Толик действительно достал никель, не семь, а девять тонн.

– Ну и когда теперь отправишь?

– На следующей неделе, я в пьяной конторе с дальнобойщиками договорился на десять штук, восемь есть, надо еще две наварить.

– Хорошо, Федя, наварим, но давай сначала в ЖЭК и общагу колбасы и всякой ерунды, которая есть в наличии, подтюхаем, а то меня не отпустят.

– Добро, сейчас у Нины Ивановны, заведующей гастрономическим, мясное возьмем, а потом мне на базу ехать, там шампанское и шоколад получать, заодно потюхаем на обратном пути.

– О'кей, Федя, поехали.

Управившись с делами, Илья забрал Бутову и повез в общежитие, заранее прихватив съестное и водки.

У входа в общежитие он взял ее под руку, надеясь этим пресечь возможное выражение восторга обитателей общежития, которые любили хватать руками то, что им нравится. Поднявшись к себе, он с ходу пригласил ее к столу, но Бутова сказала, что она не голодна, что не помешало ей съесть килограмм колбасы, выпить бутылку водки и попросить чего-нибудь легкого. Так как последнее у Ильи отсутствовало, то он, не теряя времени, сделал, как обычно делают порядочные мужчины, раз и на матрац, после чего, в своем репертуаре, пообещал много всякого дерьма и, встав с кровати, стал одеваться.

Бутова, сев на край кровати и надев очки, спросила:

– Ты куда-то собираешься?

– Слушай, Оля,- ответил Илья,- официально я впервые нахожусь в обществе продавщицы, у которой вся одежда состоит из очков.

Она посмотрела на него поверх очков, спросив:

– Тебе не нравиться ансамбль?

– Нет, почему, даже очень ничего, просто я очарован тобой.

– Спасибо, но ты мне не ответил, собираешься куда-нибудь?

– Да, я забыл, меня сегодня ждет человек по срочному делу.

Сочинив сценарий, Илья проводил ее до остановки и, возвращаясь к себе, услышал стоны из соседней сто двадцать пятой комнаты, толкнув дверь, а она была не заперта, ему предстала удивительная картина: маленький мужичок, с виду кавказской национальности, сношал соседа Яшу, и тот издавал стоны с блаженной улыбкой на небритой физиономии.

– Извините, что помешал,- сказал Илья и закрыл Дверь.

Через пять минут к нему пожаловал Яша, объясняя свою прихоть и умоляя, чтобы Илья никому не говорил.

– Хорошо!
– сказал Илья.- Я никому не скажу, но ты мне будешь отстегивать двести рублей в месяц, и первый взнос за два месяца вперед, так как мне скоро в командировку ехать, и предстоят кое-какие расходы.

– Да я всего триста получаю,- взмолился Яша.

– У тебя сколько любовников?

– Трое,- ответил Яша.

– Тогда какие проблемы, дай им понять, чтобы немного раскручивались, как подобает джентельменам, пусть приносят с собой продукты, не можешь же ты всех прокормить.

– А жена, что я жене скажу?
– заныл Яша.

– Зачем тебе жена, когда ты сам неплохо трахаешься, и вообще, можешь нет-нет посылать ее ко мне, когда к тебе кавалеры будут приходить. Я человек добрый и могу выручить соседа.

– Илюша, может сто рублей хватит,- взмолился Яша.

– Послушай, гребень! Торг здесь не уместен, если не отстегнешь бабки, то скажу бабаям, они тебя до смерти засношают.

Яша, весь разбитый, ушел и, прошатавшись в поисках денег, вернулся с двумястами семьюдесятью рублями.

– Больше не нашел,- уныло сказал он.

Илье же было наплевать, где Яша возьмет деньги, и, назначил срок до следующего вечера.

Утром Интендант выругал себя за то, что затащил Бутову в постель, у нее было страсти ровно столько, сколько у бревна, но вспомнив, что у него по-соседству появился спонсор, успокоился.

Спустившись вниз, он присел на плотницкий саквояж в ожидании разнарядки и от нечего делать слушал службу новостей в лице Лиды и Надежды Семеновны.

В это время вошел Лукичев, с ним Илья познакомился накануне, как и со многими другими, так как Интендант был человеком общительным.

– Какими судьбами, Лукичев?
– поприветствовал его Илья.

Лукичев жил в соседнем общежитии и забегал сюда до девицы, с которой коротал вечера.

– Сумку вчера оставил, надо забрать, а то на работу не с чем ходить,- ответил он,- у тебя-то как? Дерзаешь?

– У меня-то нормально, а вот в твоем бизнесе как?

– Какой тут к черту бизнес! Одни мыльные пузыри, концы с концами не сводишь, подскажи, как миллион сделать, пузырь поставлю.

– Ну, Леня, пузырь маловато, но думаю, кое-что предложу.