Чтение онлайн

– Короче, Повар, возможно, он славится умом, в отличие от меня, но я хотел бы увидеть живое подтверждение этому.

– Снова ты меня не понял, мозг у него развит для определенной деятельности...

– Лады, Повар, тащи его сюда, но по мере возможности сделай так, чтобы его интерес был в определенных рамках.

– Понял.

Проснувшись от холода, капитан старался сообразить, где он находится, голова трещала, к пересохшему горлу подбиралась тошнота. Оглянувшись, он увидел густой лес, откуда-то несло дымом. Еле поднявшись на локте, он увидел пьяного мужика, то ли поющего что-то, то ли воющего.

– Где я?
– спросил капитан.

Мужик, повернув к нему пьяную физиономию, завопил:

– О, очухался, садись, опохмелимся!

Такая компания капитана не устраивала, и он зло прикрикнул:

– Ты! Бичара паршивый! Я тебя спрашиваю, где мы находимся?

Мужик поставил на траву бутылку, которую пытался было откупорить, и в ответ также закричал:

– Ты че мелешь, гундос вонючий! Напросился, так отдыхай! А то будешь возбухать, то я тебя в болоте утоплю, козел обоссанный!

С этими словами мужик поднял карабин и передернул затвор.

Видя такой поворот дела, капитан перешел на более мягкий тон:

– Ладно, ладно, успокойся, что, не видишь, с похмелья помутило.

– То-то, в следующий раз подбирай слова, а то... короче, сам знаешь,- ответил Колька и, положив карабин, принялся подкидывать в костер.

– Тебя как зовут?

– Вот те на! У тебя что? Память тоже отшибло! Опарыш меня зовут.

– Имя спрашиваю?

– Колька Опарыш или Опарыш Колька.

– Слушай, Николай, далеко до шоссе?

– Ну ты и даешь, какое шоссе, ты что, не помнишь, что вертолетом сюда прилетел?

– Каким вертолетом?

– Пожарным.

– Погоди, погоди, я же рыбу вчера на Вонючке ловил.

– Какую рыбу, ты вчера пьяный с Юрой приехал, забрали меня и к вертолету, а потом воздухом сюда.

– Куда это сюда?

– Ну ты и пассажир! На зимовку!

– Какую такую зимовку?

– Эх... достал ты меня. Называем мы хибары в глуши так, где промышляем зверя, травы собираем.

– Погоди, погоди, а зачем он меня отправил?

– Так ты же давеча сам просился у меня.

– Да ты что?! Я в первый раз тебя вижу!

– У тебя и впрямь, видно, крыша поехала, присаживайся, похмелись, пока совсем не сдвинулся.

– Да пошел ты!
– огрызнулся капитан, встал и направился по тропинке, которая через пятьдесят метров привела его к болоту. Вернувшись, он пошел в другую сторону - снова болото. Обойдя поляну и несколько раз изменив направление, он увидел тот же результат.

"Делать нечего, придется возвращаться к мужику, без него не выбраться". Колька тем временем залудил очередной стакан и запел родную шумящую камышовую. Увидев капитана, он прервал пение и, оскалившись в улыбке, крикнул:

– Ну что?! Нашел шоссе? Если нет шоссе, ищи железную дорогу!

Довольный своей плоской шуткой, Колька заржал, как троянский жеребец.

"Придется ждать, пока он протрезвеет"^- подумал капитан и, глотнув из бутылки, прилег возле костра.

За трое суток, которые капитан провел с Колькой него не один волос поседел. Наконец-то спиртное закончилось, и тот, глотая то и дело из фляги, проклинал зеленого змия на чем свет стоит. Не один час капитан потратил на то, чтобы узнать истинное положение, в которое он попал.

– Коля, как ты обходишься без рации?

– А на хрен она мне нужна.

– А вдруг заболеешь или, скажем так, ногу сломаешь, не дай Бог, конечно.

– Какой ты наивный, капитан, как будто вчера родился. Где ты видел, чтобы начальство проявляло заботу о простых смертных?

– Все-таки...

– Брось, вы бы лучше позаботились о здоровье тех, кто в зоне, а на воле мы как-нибудь сами о себе подумаем. И вообще, меня это не устраивает.

– Что именно?

– А то, что мусор ходит за мной, как собственная задница. Скажи, капитан, жить очень хочется? А, молчишь, то-то. Я тоже хотел жить, когда твои собратья гноили меня на рудниках, теперь настал твой черед.

Колька взглянул на капитана, тот был бледен, как полотно.

– Не бойся, шучу я. Осенью выберешься отсюда совсем другим человеком, природа делает свое дело, да и моя персона за это время, думаю, оставит свой след в твоей жизни. Ладно, разговорился что-то я, вставай, надо до темноты в три ходки топь перейти, там у меня хибара.

Капитану ничего не оставалось делать, как следовать за Опарышем.

Риббентроп, упаковав свои скудные пожитки в чемодан, сидел в ожидании Повара, стараясь разобраться в происшедшем. Мысли путались, и он рассеянно поглядывал на дверь своей коммунальной квартиры. Наконец в половине второго раздался стук, и не успел Риббентроп что-либо ответить, как в комнату ввалился Повар.

– О... я вижу, наш брат в поход собрался, и далеко?

– Это тебе видней, Саша.

– Правильно мыслишь, Риббентроп. Ну, рассказывай, каких лохов откопал и много ли денег в этом городе?

– Не меряно, Повар, видимо-невидимо,- с этими словами Риббентроп развел руками, изображая море купюр. Присев на стул, Повар спросил:

– Кто рулит городом?

– Прокурор.

– А кто черпает сормак?

– Он же и не только сормак, но и баксы.

– Очень интересно, мы, кажется, работаем в одном направлении, только взялись за это с разных концов, ты бы не хотел поработать с нами по этому делу, только, разумеется, на определенных условиях?

– Если деньги не достаются одним путем, то их надо добывать другим, это первое, а второе - не стоит спрашивать, ты же знаешь, что у меня нет выбора.

– Хорошо. Агрегат твой по прослушиванию где?

– В каморке у дворника.

– Габаритная бандура?

– В багажник "жигуля" влезет, плюс мелочь, но ее на заднем сиденье можно провести. Скажи, Повар, как тебе удалось втереться в эту публику?

– Давай, Риббентроп, договоримся, лишних вопросов не задавать, а если что и надо будет, я сам скажу... Понял?

– Понял, не стоит дальше разжевывать,- перебил его Кустов.

Интендант с любопытством разглядывал Риббентропа, когда тот, кивнув на приветствие, ворчал на Повара и Юру, чтобы те были поосторожнее с коммутатором, который привезли с собой.