Чтение онлайн

Этот стилевой прием впоследствии ляжет в основу создания крупнейшего его литературного достижения — образа Швейка.

В течение рассматриваемого периода последовательно совершенствуется художественное мастерство писателя. Сюжеты его рассказов не только освобождаются от всего лишнего, замедляющего ход действия, становятся более лаконичными и динамичными, в них все более заостряется конфликтность изображаемых событий, часто появляется броская остроумная концовка. Живее становится диалог, он искуснее используется для социально-психологических характеристик действующих лиц; немало рассказов состоят только из диалога.

Большинство рассказов Гашека этого периода посвящены изображению событий, комизм которых проявляется лишь в отдельных ситуациях. Постепенно в творчестве писателя возникают рассказы и другого типа, с центральным персонажем — комическим характером, остальные же действующие лица, очерченные менее подробно, взаимодействуя с главным, способствует полноте его обрисовки.

В ряде рассказов, а также в сборнике стихов «Майские зори» он высмеивает сентиментальное виршеплетство, изощренный эстетизм, ложную романтизацию («Нет уж романтики в Гомере»), поверхностное морализирование («Благородный Чендеш» и др.)-кривляющийся модернизм и натурализм («Молодые направления»). Осуждая подобные тенденции, Гашек тем самым ратует за реалистически ясное, оптимистическое искусство, наглядный пример которого дает его собственное творчество.

Комически переосмысляя и тем самым обнажая глубокие противоречия современности, писатель следует реалистическим традициям чешского народного творчества и литературы и пока еще скромно, но заметно развивает их.

Наконец, в рассказах «Наш дом» и «Клинопись» Гашек намекает на революционную расправу с угнетателями. Это определяет новый, еще невиданный в чешской литературе подход к важнейшим проблемам современности.

В первое десятилетие XX века мир был накануне еще невиданной по своей опустошительности первой империалистической войны, приведшей к колоссальным социальным потрясениям, к рождению на шестой части земли нового, социалистического государства. Это было время, когда со стремительной быстротой усиливалось разложение одряхлевшего государственного организма Австро-Венгрии. Общеполитические условия в Австро-Венгрии в значительной степени накладывали свой отпечаток и на общественную и частную жизнь в Чехии и Словакии.

Чешские буржуазные партии, играя в оппозицию, в действительности поддерживали незыблемость Австро-Венгрии, предавая национальные интересы собственного народа. А за ними тянулись и социал-демократы, погрязшие в болоте оппортунизма как в национальных, так и в социальных вопросах.

Оппортунистическая политика социал-демократов приводила к выходу из партии наиболее активной, революционно настроенной рабочей молодежи, студенчества, молодых художников, писателей, переходивших в партию анархистов. К ней был близок и Гашек. Он сотрудничал в журналах этой партии, а главный ее орган, Журнал «Коммуну», одно время даже редактировал. К партии анархистов были близки по своим взглядам многие видные писатели Чехословакии: С. Нейман, М. Майерова, М. Малиржева. Ф. Шрамек. К. Томан, Ф. Гельнер и другие деятели культуры. Однако большинство из них к концу первого десятилетия (1909—1910) как и Гашек, разошлись с анархизмом, поняв его бесперспективность.

В творчестве анархиствовавших поэтов сильны были революционные мотивы, однако по форме многие стихи были чужды рядовому читателю, не предназначались для народа. Формальная изощренность этих произведений была рассчитана на вкус элиты. Постигнуть сокровенные тайны реалистического искусства, достичь уровня мастерства великих поэтов XIX века применительно к своему времени было неизмеримо труднее, чем изобретать всевозможные «словесные выкрутасы». Анархиствующие поэты в своем бунтарском стремлении отвергать, разрушать ненавистный им буржуазный порядок, обрушиваясь на буржуазную культуру, искусство, литературу, отметали и все те богатства, которые в этих сферах накопило человечество.

Влияние этих тенденций особенно заметно в чешской поэзии первых десятилетий XX века. Однако сходные явления встречались и в прозе: натурализм и особенности позднего импрессионизма.

Показательно, что, обращаясь к сатире в прозе, публикуя свои произведения в газетах или юмористических журналах, т. е. изданиях, рассчитанных на массового читателя, даже анархиствовавшие поэты стремились избежать вычурной, изощренной формы и писали очень просто и выразительно. В сатирических и юмористических жанрах все более и более привлекало к себе внимание читателей творчество Гашека.

* * *

Гашек в 1906—1915 годах, как в значительной мере и в предшествующие годы, вел типично богемный образ жизни. Хроническому отсутствию денег у молодого писателя (мизерность гонораров и порядок их выплаты — выдача по частям, в незначительных суммах) сопутствовали бездумные траты их, в чем ему усиленно помогали его многочисленные приятели.

Несомненно, Гашек понимал, что такое положение ненормально. Желание иметь твердый, упорядоченный заработок было одной 43 причин его стремления найти постоянное место в редакции какой-нибудь газеты или журнала. Особенно усиленно добивался он Штатной должности в 1908—1909 годах, когда решил жениться. В 1909 году он получил место редактора журнала «Мир животных», издатель которого — Фукс платил ему ежемесячно 30 злотых помимо гонораров, и... два литра пива в день (!). Но в 1911 году Гашеку надоели и «Мир животных», и Фукс. Только около четырех месяцев удержался он и в качестве постоянного сотрудника газеты «Чешское слово», органа мелкобуржуазной партии национальных социалистов. Посланный для освещения в газете забастовки рабочих пражской электростанции, он выступил на собрании забастовщиков и обвинил профсоюзных вожаков, национальных социалистов, в предательстве. Из-за этого он был уволен.

В Праге Гашек проводил значительную часть дня и ночи в кафе, кабачках, кабаре. Здесь он читал, разговаривал, обдумывал и писал свои произведения, выступал начиная с 1906 года (а может быть, даже с 1904 года) с комичными докладами, особенно в период эпопеи «Партии умеренного прогресса в рамках закона» (1911).

Организация партии, пародирующей буржуазную демократию, в апреле — июне 1911 года во время выборов депутатов австрийского парламента — единственное в своем роде явление не только в истории мировой литературы, но и в истории вообще. Это событие имело исключительное значение в биографии Гашека. Создателями партии (как следует из подписей под ее «Манифестом», сочиненном Гашеком) были писатель и его друзья — журналист, художники и другие лица, даже полицейский комиссар. Подпись полицейского комиссара должна была подтвердить благонамеренность партии. На первом же собрании партии Гашек сам выдвинул себя ее председателем, что было принято с восторгом; он был «избран» также кандидатом от партии по выборам депутата в парламент от Виноград, района Праги. «Вождь партии» в первом же своем выступлении заявил: «Ручательством крепости и процветания нашей партии является тот факт, что к ней присоединились организации полицейских урядников и жандармских вахмистров».

Партия имела два сатирических гимна, пародийные лозунги, на окнах трактира — резиденции «партии» — вывешивались пародийные плакаты.

Еще в 1907 году Гашек назвал буржуазную избирательную кампанию «избирательной комедией». Теперь, четыре года спустя, художественно заостряя разнообразные явления и стороны этой комедии, он со своими друзьями осуществил ее грандиозную постановку. Кульминационного пункта она достигла в день выборов депутатов австрийского парламента 13 июня 1911 года.

Существуют разноречивые данные о количестве поданных за Гашека голосов: от 17 до 45. Для его избрания не хватало «всего лишь» нескольких тысяч голосов.

После выборов «деятельность» «Партии умеренного прогресса» пошла на убыль. Значительно позже затея с этой комичной партией получила отзвук в творчестве сатирика («История партии умеренного...» и т.д.) говорится о ней и в одном из рассказов 1921 года.

Много необычного было в жизни Гашека этих лет: странные выходки, приводившие обычно к столкновениям с полицией, заканчивались штрафом или кратковременным тюремным заключением; благодаря такому поведению он приобрел в полиции репутацию глуповатого и вздорного скандалиста и... добился снисходительного отношения к более серьезным поступкам. Пользуясь этим, Гашек осмеливался на многое — он отделывался незначительными наказаниями за такие политические действия, которые другим наверняка обеспечили бы каторгу: во время одной уличной демонстрации он избил полицейского. Подобную тактику применяли многие чехи и благодаря этому избегали серьезных наказаний. Литературное переосмысление такого поведения, как уже упоминалось, послужило реальной основой для формирования образа Швейка.

Странствия по территории Австро-Венгрии и соседним странам, общение с людьми самых различных сословий и положений, знакомство с политическими и культурными деятелями, учеными и писателями, артистами и художниками — все это чрезвычайно расширило кругозор молодого писателя. Огромный запас наблюдений, размышлений и выводов, комических оценок постепенно получал свое выражение в его многочисленных фельетонах и рассказах. Творческая деятельность Гашека становилась с каждым годом все интенсивнее. В 1906 году — 33 публикации; в 1907-м — 54; в 1908-м —67; в 1909-м —71; в 1910-м —89; в 1911-м и 1912-м — по 124. Чешскими литературоведами выявлено уже 723 его публикации периода 1906—1915 гг., в общей сложности составляющих около 3000 страниц. Обычной публикацией Гашека был небольшой рассказ (1—5 страниц, очень редко—10—20 страниц).