Чтение онлайн

Ирина повеселела. Надо идти в этот березняк, за которым, возможно, начнется та самая чудесная березовая пуща, где ее поджидают Мария и Настена.

Она вступила в березняк и увидела среди чахлых деревьев множество кочек, усыпанных яркими, рдяными бусинками-ягодами.

«Как красиво», — невольно подумалось княгине.

Она сделала несколько шагов, и вдруг почувствовала, как ее ноги в кожаных ичигах начали проваливаться в зыбкую почву.

Тогда следующий ее шаг был на кочку, которая лишь слегка осела, и Ирина поняла, что только по этим кочкам она может пересечь тощий березняк.

Где-то на середине пути она оступилась и немедля провалилась по пояс в трясину.

«Господи! Да это же болото», — с ужасом подумала она, изо всех сил рванувшись из зыбуна, норовя подтянуть свое тело к убогой березке. Но как она ни старалась, все было тщетно.

Болото все глубже и глубже засасывало свою жертву в мертвую топь. В жизни княгини наступили самые страшные минуты.

«Это конец! Прощай, Ярослав. Прощай белый свет… Какая жуткая смерть!»

Но Ирине не хотелось умирать, и она, разумея, что никто уже ее не услышит, всё же закричала о помощи, закричала на своем родном языке.

Затихла она тогда, когда испуганный и охрипший голос ее совсем обессилел.

И вдруг в ее помутневшем сознании, словно что-то прошелестело: «Держись».

«Я схожу с ума. Господи!»

Но спасительное слово вновь повторилось, теперь уже явственней и громче:

— Держись!

К Ирине, с валежиной в руке, осторожно полз человек.

— Я сейчас. Держись!

Теперь, вместо страха, душу княгини заполонила безудержная радость: ее спасут, она будет жить!

Но путь к спасению был не таким уж и легким. Неведомо откуда взявшийся человек вытягивал Ирину из болота добрых полчаса, пока оба не оказались на тверди.

Уставшая княгиня, привалившись к мшистому дереву, отдыхала и вглядывалась признательными глазами в своего спасителя.

Это был высокий, стройный мужчина лет тридцати, с красивыми чертами лица и с густой копной русых волос, перетянутых на лбу узким кожаным ремешком. На нем была длинная до колен белая (теперь вся заляпанная грязью) рубаха, опоясанная кожаным поясом, к коему был пристегнут охотничий кинжал (с костяной ручкой) в берестяных ножнах. Поверх груди висел амулет на черном крученом гайтане. Ноги обуты в легкие мягкие чеботы.

От всего облика незнакомца веяло силой, спокойствием и какой-то необычной уверенностью. Особенно обращали на себя внимание его зеленоватые глаза (тоже какие-то исключительные), излучающие в данную минуту теплоту и неподдельное сочувствие к перепуганной женщине.

— Кто ты? — после непродолжительного молчания спросила княгиня.

— Охотник.

— Назови имя свое.

— Охотник.

— Ты немногословен, мой избавитель. Тебя и впрямь зовут Охотником?

— Да.

— А где ты живешь, Охотник?

— Всюду.

Ирина пожала плечами. Какой загадочный человек!

— Дело твое. Можешь не рассказывать. А я представлюсь. Ты спас великую княгиню, супругу Ярослава Владимировича.

Глаза незнакомца дрогнули, в них, как показалось Ирине, застыло удивление, но оно вскоре исчезло.

— Как ты сюда угодила, княгиня?

— Я и сестра Ярослава бежали от киевского князя Святополка и польского короля Болеслава. Проводник захотел нас попотчевать какой-то похлебкой из белых грибов. Я зашла в лес и заблудилась.

Охотник ничего не слышал ни о короле Болеславе, ни о Святополке, но он ничего не сказал о своей неосведомленности.

— Куда вы бежите?

— В Новгород. Там мой супруг.

— Ты не русская, княгиня.

— Ты прав, Охотник. Меня выдает речь. Я — дочь шведского короля Олафа Трюггвасона. Выведи меня к проводнику, и я прикажу щедро наградить тебя.

— Где твой проводник, княгиня?

— У Днепра. Ради всех святых выведи меня!

— Следуй за мной.

Охотник обошел болота и направился к березовой пуще. Через некоторое время оба услышали надрывные голоса:

— Княгиня-я-я!.. Где ты, княгиня?

Ирина от радости перекрестилась и благодарно поцеловала своего спасителя в щеку.

— Сейчас ты получишь щедрую награду.

— Ныне ты не заплутаешь, княгиня. Прощай.

Охотник повернулся и поспешил вспять.

— А как же награда?

Но охотник даже не обернулся и скрылся в зарослях.

— Я никогда тебя не забуду! — крикнула вслед Ирина.

Исчезновение княгини привело Силуяна в неописуемое смятение. Он готов был по Настене даже кулаком пройтись. Никогда ей грубого слова не изрекал, а тут пришел прямо-таки в исступление:

— Да как же ты княгиню проворонила, дурья башка! Убить тебя мало!

Такие слова были произнесены купцом после того, когда поиски княгини ни к чему не привели, и когда Силуян бесповоротно понял, что с Ириной случилась непоправимая беда. Видимо, княгиня слишком далеко углубилась в глухой лес, и на нее напал зверь.

Горе Силуяна было неутешным. Он кидался в разные стороны леса, кричал, а затем, весь поникший и обессиленный, свалился на землю. Сердце его бешено колотилось, а в голове — одни лишь черные, гнетущие мысли: как же он подвел князя Ярослава! Не сумел сберечь его супругу. Да Ярослав обо всем добром забудет и накажет без пощады.

Нет, смерти Силуян не боялся. Страшнее — срам на его седую голову. Взялся проводить — и вдруг такой оплох. Стыдобушка-то, какая!

Когда вернулся к семье и Добронеге, мрачно молвил:

— Скоро сумерки наступят. В доранье вновь пойдем искать.

Добронега и Настена горестно плакали и бормотали молитвы:

— Господи! Спаси, сохрани и помилуй, рабу Божию Ирину…

Опустошенный Силуян вновь поднялся на угор, и зашагал в рощу. За ним невольно потянулись и Настена с Добронегой.

— Хоть чудес не бывает, но покличем в последний раз. Да помоги нам, Боже! — без всякой надежды сказал купец.

И чудо свершилось! Великая княгиня отозвалась.