Чтение онлайн

Урбинский двор представлял собой высшее утонченное общество, и, согласно И. Буркхардту, княгиня была высокообразованной женщиной. Однако следует заметить, что, согласно сообщению, полученному мной от проф. Брунса из Рима, нет полной уверенности в том, что изображенная на находящейся в Уффици картине женщина действительно герцогиня Урбинская.

Способность к самообладанию, подобное тому, которое мы находим у предполагаемой герцогини Урбинской и Анны фон Клеве, решающим образом способствует сохранению вплоть до пожилого возраста детского очарования губ. Я часто встречал женщин, которые и в возрасте 50 лет обладали четко очерченным «ртом Флоры». Но для того, чтобы сохранить детскую красоту формы рта, самообладание должно быть связано еще с действительной внутренней любезностью. В то же время избыточное самообладание легко формирует ожесточенный рот. Границу в этом отношении демонстрирует как раз форма рта Анны фон Клеве.

Трогательный пример самообладания представляет собой лицо фрау Гольбейн (рис. 271). Супруга Гольбейна была простой горожанкой, которая в полной мере была знакома с жизненными заботами. На базельской картине она скромно смотрит вниз. Гольбейн на многих картинах сумел захватывающе передать красоту глаз мужчин и женщин. Почему же он не сделал это в отношении собственной жены? Я предполагаю, что этот усталый взгляд, направленный на детей и дом, был настолько характерен для женщины, что Гольбейн правдиво передал его, без оглядки на общую красоту картины. Глаза выглядят так, как будто их обладательнице приходилось много плакать.

Финансовые отношения Гольбейна были в эти годы не слишком благоприятны. В 1526 году он отправился в Англию, поскольку в Базеле у него было мало заказов. Благодаря заказам в Англии он несколько улучшил свое положение, но, когда он в 1528 вернулся в Базель, его дела пошли еще хуже. Адресованные ему обвинения в рамках иконоборчества подготавливались уже с 1528 года, но были предъявлены в 1529-ом. Сколько и какие именно картины стали причиной этого, мы не знаем, однако предписание совета, который под угрозой тяжелого наказания запрещал церковные изображения и изображения святых, показывает, что у Гольбейна были основания для серьезных опасений. Эти заботы отчетливо проявились на портрете его жены. К этому добавились ее печаль — она знала о супружеской неверности мужа, поэтому и в целом можно предположить, что фрау Гольбейн не могла в это время быть довольна своей жизнью.

Рис. 270. Э. ди Монтефельтро, герцогиня Урбинская (галерея Уффици, Флоренция).

Рис. 271. Мать с двумя детьми. Гольбейн (музей, Базель).

Рис. 272. Джейн Сеймур, 3-я жена Генриха VIII. Гольбейн (собрание картин в Вене). Характерную для способности к самообладанию форму рта создает толстая нижняя губа.

Рис. 273. Изображение женщины (Гарлемская школа, около 1617, пинакотека, Мюнхен).

Лицо выражает усталость, губы свободно покоятся друг на друге, очаровательная линия дуги Амура на верхней губе почти утрачена, линия губ очерчена нечетко. Форма рта выражает разочарование и бессилие. Ко времени написания картины фрау Гольбейн наверняка научилась уже владеть собой и предположительно переносила все молча, видимо она старалась выполнять свой долг, но вернуть в дом радость и веселье ей было уже не под силу. Об этом говорят и серьезные лица ее детей. Согласно Паулю Ганцу, Гольбейн написал эту картину для самого себя. Она не была предназначена для чужих глаз. Эта картина Гольбейна, по-человечески, наверное, самая захватывающая из всех его творений, была, вероятно, создана в час самоуглубления и раскаяния.

Разумеется, на лицах женщин, хороню владеющих собой, мы находим те же сочетания с ожесточенными или толстыми губами, как и у мужчин. Я приведу два примера: выпяченная нижняя губа у Джейн Сеймур (рис. 272) и изысканное изображение Гарлемской школы женщины, волевой, с чертами ожесточения и носогубной складкой недовольства (рис. 273) — основные черты ее лица в точности соответствуют недовольному господину на рис. 267.

В заключение немного поговорим о женщинах, не обладающих ярко выраженным темпераментом. Сюда можно отнести большую часть изображений Мадонны. Это легко понять. Богоматерь должна быть выше радости или страдания. Также и многие женские головы греческой и римской пластики являют рот, лишенный темперамента. Сказать, что они очень уж привлекательны, нельзя. Иногда отсутствие у них темперамента возрастает до скуки. Это относится, например, к изображению Лукреции Панкиатичи, придворной дамы супруги Козимо I (рис. 274). Большие глаза с прекрасными булавовидно-тарзальными веками выглядят пусто. Лицо обладает хорошей формой губ, хотя губы очень полные. Если бы мы, опираясь на форму ее губ, сделали вывод о радостной или даже чувственной натуре, как это часто бывает, мы впали бы в заблуждение. Бронцино, который написал эту картину, впоследствии восхваляли за то, что он хорошо сумел передать надменную, высокомерную, «испанскую» сущность оригинала. Насколько можно судить по этой картине, жизнь при дворе Великого герцога Тосканского не была слишком интересной и занимательной. Об этом же говорит и изображение самой Великой герцогини (рис. 291).

Способность к самообладанию редко сохраняется до позднего возраста. Как правило, с годами накапливаются разочарования, и это отражается на лице. Причем в первую очередь это проявляется в форме рта. Уголки рта больше не смотрят наружу, но угрюмо вытягиваются вниз. Triangularis, мышца страдания, скорби, заботы и презрения, напрягается чаще всего и становится определяющей для выражения лица.

Универсальное начало проявления работы triangularis’a показывает лицо юноши из Уффици, которого запечатлел Перуджино (рис. 275). Глаза с красивыми булавовидно-тарзальными веками располагаются поверхностно. Глазницы у молодого человека широко открыты; это значит, что он принимает участие в своем окружении. Но рот говорит о том, что он печален. Уголки рта направлены несколько вниз. Однако до образования морщин у уголков рта не доходит, поскольку работа triangularis для этого еще недостаточна; однако нижняя губа несколько отвисает — можно говорить о начинающемся выпячивании нижней губы. Губы полные и мягко обрисованы; они свободно покоятся друг на друге. Есть ли у молодого человека серьезные основания для уныния? Был ли он религиозным мечтателем? Или же художник передал то его состояние, которому он особенно симпатизировал? Это кажется наиболее вероятным, поскольку это выражение меланхолии часто повторяется на картинах Перуджино.

Несколько сильнее запечатлелась работа триангулариса на лице мастера алтаря — Ганса Лейкмана (Мюнхенской пинакотека, рис. 276). Ротовая щель, вытянута в прямую линию, но небольшая морщина у уголков рта, указывающая вниз, уже сформировалась — признак того, что мышца страдания, триангуларис, активна уже длительное время. Одновременно при этом могла возникнуть и толстая нижняя губа. Также и глаза говорят о том, что вряд ли молодой человек обладает радостной натурой. На верхнем веке, а именно в области внутренних углов глазниц можно заметить необычное для этого возраста исчезновение жирового слоя. Вероятно изначально глаза располагались более поверхностно и позднее погрузились глубже вследствие исчезновения защитного жирового слоя. Молодой человек не проявляет слишком большого интереса к миру, иначе мышца, поднимающая верхнее веко, у него была бы напряжена в большей степени и глазницы были бы раскрыты шире. Возможно, выражение страдания на этом лице обусловлено болезнью.

Совершенно иное впечатление производит лицо т. н. Кристофа Фуггера (Кристоф Амбергер, Пинакотека, рис. 277). Это молодой мужчина, который твердо стоит на почве действительности. Глаза широко открыты, но, несмотря на это, они ни о чем не говорят. Жировой слой хорошо сохранился, что показывает веко, по форме напоминающее кусочек персик. Вообще, вся верхняя часть лица могла бы принадлежать ребенку. Этому впечатлению существенно способствует широкое расположение глаз. Расстояние между внутренними углами глазниц почти такое же, как между углами рта. Это свойственно большинству детских глаз. Но в выпяченных вперед губах запечатлелось развитие брутального и презрительного выражения, хотя уголки рта к этому времени вытянуты вниз незначительно. По поводу того, что изображенный на картине мужчина является Кристофом Фуггером, в новейшее время высказываются сомнения, но изображенный на картине тоже должен был быть сыном богатых родителей — он чванлив и, вероятно, любит кричать и браниться.

Неприятным и хвастливым человеком должен был быть и Пьетро деи Медичи (рис. 278). Губы ожесточенно сжаты, благодаря чему они становятся узкими, четко очерчены. Уголки рта более отчетливо вытянуты вниз, чем на рис. 277, также и морщина у уголков рта более выражена. Это означает, что триангуларис сокращался достаточно часто. Вряд ли Пьетро был симпатичной личностью. Об этом говорит и то, что однажды он — когда во Флоренции был сильный снегопад — потребовал от Микеланджело, чтобы тот изготовил во дворе Палаццо Медичи снеговика (Э. Хейк). Как сын Лоренцо Великолепного он получил богатое наследство, но оказался совершенно несостоятелен. В конце концов он был изгнан из Флоренции и умер в изгнании.

Рис. 274. Лукреция Панкиатичи. Бронцино.

Рис. 275. Изображение неизвестной работы Перуджино.

Рис. 276. Ганс Лейкман. Мастер алтаря Бартоломеуса.

Рис. 277. Кристоф Фуггер. Кристоф Амбергер.

Гораздо более симпатичное лицо было у Вероккио (рис. 279). Его достаточно широко открытые, ясно и критично смотрящие глаза, плотно прижатые друг к другу узкие губы и вытянутые наружу и несколько вниз уголки рта говорят о серьезности, энергии и упорстве. Лица Рафаэля и Дюрера указывают на мощную художественную интуицию, тогда как лицо Вероккио говорит скорее об исследовательской активности и работе разума. Если сравнить лица Рафаэля и Дюрера с лицом Вероккио, то он предстает трезвым рассудочным человеком, в то время как они — обласканные Богом творцы. Стянутые вниз внутренние окончания бровей у Вероккио указывают на то, что он много размышлял. Рот говорит о том, что он не был избавлен от горьких опытов жизни и часто вынужден был подавлять свою досаду.