Чтение онлайн

Яков так расчувствовался, что крепко пожал лапу Гриши и воскликнул:

– Друг мой, как я рад наконец тебя встретить! С возвращением в мир живых!

– Мы знакомы уже много лет, – сказал Гриша. – Я в самом деле тебя слышал.

Он ощутил, как наполняется теплом жизни благодаря этому сердечному рукопожатию.

– Да-да, конечно, – ответил Яков. – Как тебя зовут?

– Гриша. Сокращённо от Беневоленция Гаудиум.

Яков рассмеялся и обнял Гришу. На улице десять раз пробил церковный колокол.

– Как тебе удалось меня спасти? – спросил дракончик. – Надеюсь, ты не отказался ни от чего ценного?

Гриша боялся, что ради него Яков лишится времени, денег или того, что ему дорого.

– Этого требуют заклинания. Их законы просты, но лишь немногие способны овладеть их волшебством. Для зелья ничем не надо жертвовать. Только найти нужные ингредиенты и разобраться в том, как его применить.

Гриша сомневался в том, что это и правда так, но не хотел давить на Якова, тем более что того явно что-то тревожило. Он одёргивал рукава, хотя надобности в этом никакой не было. Гриша и сам волновался. Вдруг Леопольд до сих пор жив и придёт отомстить за то, что они разрушили его чары? Чародей теряет часть своей силы, если наложенное им заклинание спадает, и он всегда это чувствует. Порой, чтобы убить или ослабить противника, волшебники снимали его сильнейшие чары перед боем.

– Чем ты питаешься? – поинтересовался Яков. – Боюсь, ты умираешь с голоду.

– Да, я бы подкрепился, – признался Гриша. Вместе с теплом жизни к нему вернулись и обычные драконьи потребности. Он отмахнулся от мыслей о Леопольде и спросил: – У тебя есть жёлуди? Или сосновые шишки? Я даже на них согласен.

Гриша терпеть не мог сосновые шишки, но сейчас готов был съесть что угодно.

Разумеется, у Якова не было ни желудей, ни шишек. Он нарезал капусту, картофель и яблоко, выложил на блюдо и полил горячим пряным сидром. Гриша тут же смёл угощение с тарелки. Он не ел лет девяносто, а то и сто. Всё-таки еда – одно из величайших наслаждений, наряду с возможностью двигаться и дышать.

– Надо отвезти тебя в Вену, – сказал Яков. – Ты поместишься в поезд?

– Я умею вырастать и уменьшаться, а ещё у меня есть крылья, – ответил Гриша. – Мне не нужен поезд. Конечно, я давно не практиковался, но мог бы сам долететь до Вены.

– Сколько тебе потребуется времени, чтобы снова научиться летать? – спросил Яков.

– Не знаю, – признался Гриша. – Я ещё ни разу не летал в Вену с тех пор, как ты меня вызволил из заварочного чайника.

Яков рассмеялся.

– Да, в этом ты прав.

– Мне срочно туда надо? – уточнил Гриша.

– Как можно скорее. Дядя написал, что всех драконов без регистрации депортируют в Сибирь.

– Пожалуйста, передай девочкам, что мне очень хотелось с ними увидеться, – попросил Гриша. – И Эстер тоже.

Яков кивнул.

– Ты можешь остановиться в деревне, где они пережидали бомбардировки. Отдохнёшь там и оправишься от долгого заточения.

Яков достал карту и разложил её на столе. Гриша рассмеялся.

– Карта мне не нужна, – объяснил он. – Я найду путь по запаху.

– Разве ты мог улавливать запахи, когда был чайником? – удивился Яков. – Если бы я знал, принёс бы тебе листья из леса, чтобы ты чувствовал себя, как дома.

Гришу тронули его слова.

– Нет, не мог, зато сейчас могу. Здесь, в квартире, четыре человеческих запаха, и два из них особенно сильные – а значит, принадлежат юным созданиям.

– Уверен, что хочешь полететь один? – нахмурился Яков.

– Со мной ничего не случится, – ответил Гриша. – Обещаю.

– Разумеется, – пробормотал Яков. – Разумеется.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга, не зная, что сказать. Навсегда ли они прощаются?

– Приезжай в Вену, – наконец попросил Гриша. – Я буду рад с тобой увидеться.

Яков прокашлялся и вытер слёзы.

– Где бы ты ни был, ты всегда останешься в моём сердце, – сказал он дракончику.

Гриша понимал, почему сердце его не ожесточилось, несмотря на то, как долго он пребывал под заклятием Леопольда Лашковича – его спасли Яков и вся семья Мердингеров. И он никогда их не забудет. Гриша вышел на улицы пыльного города и торжественно расправил крылья. Он уменьшился, чтобы не слишком их напрягать – ведь Гриша совсем недавно избавился от злых чар. Он взмыл в небо и сделал глубокий вдох, наполняя лёгкие благословенным воздухом свободы.

Дракончик летел всё выше и дальше от Лондона, с каждой минутой всё яснее осознавая, что это не сон, и он в самом деле дышит, летит, существует. Что он снова живой.

Целых десять дней Гриша отдыхал в лесу за городом, лакомился желудями, веточками и листвой и оправлялся от заточения, и его крылья окрепли настолько, что с лёгкостью донесли дракончика до Австрии. После долгого полёта у драконов сильно пересыхает во рту. Всего за три часа их дыхание так нагревается от усердия, что начинает вскипать кровь! А от этого чешуйки становятся огненными, как нагретый южным солнцем песок. Поэтому Гриша приземлился прямо в воды Дуная, чтобы утолить жажду и искупаться.

Поплескавшись вволю, Гриша снова поднялся в воздух и быстро долетел до Вены. Как и писал дядя Якова, драконы обитали в роскошных отелях города. Солдаты поселили Гришу в номер отеля «Бристоль», и именно там у него состоялся первый разговор с другим драконом с тех пор, как он покинул лес.

– Я тебя не знаю, но запах как будто знакомый, – прогремел высокий дракон с горделивой осанкой. – Он причудливый, но отдаёт берегами реки Брег.

Брег – это одна из небольших речушек в глубине Шварцвальда, которая протекает у истоков Дуная, пересекаясь с другой рекой. Грише было приятно, что, несмотря на долгое заточение в чайнике, на нём остался аромат родного леса.

– Я вырос у этой реки, – продолжил важный дракон. – Полагаю, ты тоже.

– Да! – воскликнул Гриша. – Здравствуй. Моё полное имя – Беневоленция Гаудиум, но ты, пожалуйста, зови меня Гриша. И извини за странный запах. Я много лет находился под страшным заклятьем.

– Индомитус Игнис, – представился дракон. – Но все зовут меня «Катор».

Они поклонились друг другу и соприкоснулись хвостами – так здороваются драконы при первой встрече. Вне битвы драконы всегда ведут себя вежливо и воспитанно.

– Я тебя старше, но всего лет на семьдесят, – сообщил Катор.

Дело в том, что с возрастом кончик драконьего хвоста удлиняется – за тридцать три года набирается около дюйма, а хвост Катора оказался примерно на два дюйма длиннее, чем у Гриши.

– Может, поэтому мы не знакомы, – предположил Гриша.

– А ещё потому, что я совсем молодым отправился воевать в мир людей и почти не знал своих ровесников, – добавил Катор. – До сих пор я не проиграл ни одной битвы.

Если вам интересно, имя Катора, Индомитус Игнис, означает «яростный огонь». И Катор яростно сражался, делая честь своему имени. Ещё юным его избрали защитником четырёх заколдованных кошек. Катор напомнил Грише о дракончиках, которые хвастались победами в грядущих битвах. Только вот этот воодушевлённый, покрытый боевыми шрамами дракон с чёрным пятном на шее уже всего достиг и хвастался вполне заслуженно.