Чтение онлайн

Дело в том, что двое или трое единомышленников — это уже элита, а затем события приобретают типовое развитие, что наблюдается, например при прорастании ядовитых семян «Живой этики». Не найдя равных по «пониманию» или считая, что таковых больше нет, активное ядро «призванных» начинает набирать рекрутов и сочувствующих. Последние, явно не разбираясь в доктрине, но зачарованные водопадами «духовности» или телесным трюкачеством (ранее уже упоминалось о той категории людей, которые высокий уровень сложности выполняемых асан считают признаком постижения йоги вообще, не смущаясь мыслью, что великие её учителя на каком-то этапе попросту оставляли позы йоги как полностью исчерпавший себя элемент развития), создают круг сочувствующих и приверженцев.

Таким образом складывается структура, которая затем при желании может быть более или менее гибко формализованной, что и можно видеть на примерах распространения «Агни-йоги», «Белого братства», «Академии йоги», новосибирской «школы сат-чит-ананда» и многих других. Складываются внутренний и внешний круги организации, задача которой всегда одна: расширяться и приносить властную и материальную выгоду узкому кругу лиц стоящих во главе. Всё сводится до голой иерархии, так самозабвенно воспетой и «духовно» обоснованной Рерихами. А уже далее мы видим привычное деление на «духовно продвинутых» и «задвинутых», на высших и низших, «своих» и чужих. Затем на свет появляется какой-нибудь очередной теоретический опус, где с придыханием расписано «самое истинное» — сплошные заглавные буквы, восклицательные знаки и многозначительные намеки. На этой стадии реальная деятельность кроме конкретного делания денег переходит в плоскость идейной борьбы за утверждение новой школы. Не правда ли, до боли знакомая картинка из политической истории двадцатого века?

Четыреста лет назад Сюй Сюэмо писал: «Если вы встретите человека, который смотрит в одну точку, значит, он повредился в уме. Если вы встретите человека, одержимого одной идеей, значит, он способен на подлость».

Духовность — это не то, что может быть априори принадлежать кому-то благодаря его исключительным личным качествам и роздано другим как подарок или милостыня. Как известно, к свету можно прийти только из собственной темноты с помощью интенсивного труда мысли (в йоге — ещё и тела), а не принятием на веру откровений со стороны, пусть им тысячи лет.

В своей работе «О духе, душе и теле» Святой исповедник, архиепископ Симферопольский и Крымский Лука Войно-Янсецкий высказал предположение, что в мире кроме известных нам форм существует и энергия духовная, и она есть специфическое отличие человека от всего остального.

Может быть, дух — это электроволновой фантом солитонного происхождения, который (согласно Александру Левченко из Московского квантового института) «живёт» как раз сорок дней после смерти?

Как бы то ни было, духовность, как и любые нравственные стороны жизни, не может заключаться в механическом исполнении обрядов какой угодно религии и тем более быть их результатом.

Йога, которой я посвятил большую часть своей жизни (и теперь пытаюсь передать этот опыт интересующимся), вовсе не претендует на непременное «приобретение» духовности вследствие практики асан, пранаям, самьямы, если она и проявляется в каком-либо человеке, то видимых причин этому не найти. Единственное, что может быть как-то установлено — и то с большой натяжкой — это некоторые причины её отсутствия. Если удалось качественно проделать определённую работу в йоге, возможно, то, что называют духовностью как-то проявится. Но никакая йога не может быть причиной или поводом для возникновения духовности в большей степени, чем всё остальное, йогой не являющееся!

Ни в коем случае не следует путать духовность с силой, которая почти всегда является следствием грамотной, интенсивной и длительной йогической практики (см. главу «Смысл йоги сегодня»).

Приведу замечательные слова дона Хуана Матуса, которые могут быть полностью отнесены к йоге: «Когда человек начинает учиться, он не имеет никакого представления о препятствиях. Его целеустремлённость неустойчива. Его цель расплывчата и иллюзорна. Он ожидает вознаграждения, которое никогда не получит, потому что ещё не подозревает о предстоящих испытаниях. Постепенно он начинает учиться, сначала понемногу, потом всё успешней. И вскоре он приходит в смятение. То, что он узнает, никогда не совпадает с тем, что он представлял себе, и его охватывает страх. Учение всегда оказывается не тем, что от него ожидают».

Далее дон Хуан по отдельности говорит о врагах, подстерегающих того, кто идёт путём учения, это страх, ясность и сила. Со страхом, возникающим в процессе практики самотрансформации, его природой и средствами преодоления мы более или менее разобрались. Ясность — это продукт самомнения, которому умный человек почти неподвластен. О силе уже шла речь в главе «Смысл йоги сегодня», поэтому я скажу об этом лишь несколько слов.

Существует одно из следствий нормального хода саморазвития: уходя в такие пространства деятельности и понимания, которые на обычном языке именуются неопределённым словечком «вперёд», ты когда-нибудь оказываешься там один, и понятия «впереди» и «позади» становятся равнозначными. Всякое развитие, в том числе и духовное, в качестве сопутствующего первоначального эффекта ведёт к обособлению и одиночеству. На свидание с истиной приходят только в одиночку, интеграция личности с окружающим миром в процессе внутреннего преобразования либо после его завершения — это уже другая история.

После того, как практика обрела истинные очертания, с увеличением суммы приложенной к себе работы, начинает расти твой внутренний «вес», «масса» непонятно чего — это и есть то, что называется силой, которая со временем становится заметной для тех, кто рядом, а потом и тебе самому. Одно только твоё наличие в мире начинает всё сильнее изменять, «искривлять» пространство событий, в которые ты втянут, и масштабы этого «искривления» постепенно увеличиваются. Если не пытаться лично дёргать за «ниточки», всё происходит само собой, направленность событий медленно и неотвратимо складывается в наиболее оптимальном русле. Начинает сбываться то, что действительно необходимо тебе и тем, кто с тобой соприкасается. Но сила продолжает расти. И если не осознавать, что происходит, она начинает мешать, а дальше — с ума сойти! — твоя собственная сила перестаёт защищать тебя же от последствий её использования тобою. Люди, вещи и события приобретают опасную хрупкость, и тогда, чтобы не разрушить и себя, и окружающее, приходится резко ограничивать желания и потребности, что при нормальном ходе событий происходит как бы само по себе.

У Стругацких в «Понедельнике...» есть замечательный персонаж, Саваоф Баалович Один, который в незапамятные времена решил уравнение Совершенства. Теоретически он мог всё, практически — ничего, потому что одним из граничных условий уравнения являлось требование, чтобы сотворённое тобой чудо не причинило вреда ни одному живому существу.

Когда величина силы, которой располагаешь, превосходит какой-то предел, лучше принять за аксиому, что её у тебя просто нет — в том смысле, что собственным произволением прибегать к ней нельзя, она и так уже в какой-то мере действует помимо тебя самого. Исчезает какая-либо возможность применения силы в личных интересах, и только тогда в её проявлениях проступает качество духовности.

Так же своеобразно дон Хуан объясняет Кастанеде тот неоспоримый факт, что не может быть царства Божьего на земле: «Ты думаешь, что для тебя имеется два мира, два пути. На самом деле это один мир и один путь. Единственный доступный тебе мир, это мир людей. И этот мир ты не можешь покинуть по собственному желанию». И затем он добавляет: «Человек знания должен быть лёгким и текучим». Это то же самое, что «человек без свойств» Музиля, слишком жёстко фиксированные представления о себе самом являются препятствием для самореализации.

И самое основное: «Когда человек становится человеком знания, то это его не меняет. Если всё в порядке, то не меняет».

Меняются твои возможности, но не ты сам. Учитель не тот, кто сохранил других, а тот, кто с помощью других сумел сохранить себя. Смысл этой фразы в том, что лишь имея нормальные отношения с людьми, не подавляя их знаниями, авторитетом, статусом, можно в процессе развития, в том числе и духовного, остаться самим собой, не теряя позитивных качеств, которые были ранее тебе присущи. Если ты проявляешь симптомы «учительской болезни», на самом деле считая, что кто-то должен глядеть тебе в рот, ловя каждое слово, уступать место, приветствовать и прощаться с «намастэ» и поклонами — ты не учитель, но глупец, потому что Россия — не Индия, а ритуалы следует применять там, где они возникли и бытуют. Если преувеличенные знаки внимания со стороны окружающих становятся приятными тебе — берегись! Ты теряешь себя, переставая быть даже собою прежним, не то что «учителем». Оберегая учеников, оказывая им полное человеческое уважение (то, что известно тебе в йоге — не преимущество, каждый из людей свободно ориентируется во многих вещах, о которых ты даже понятия не имеешь), получая в ответ нормальные человеческие реакции, тем самым соблюдаешь целостность души.