Чтение онлайн

— И это властью хотите стать вы, — догадалась Софья.

— Ошибаетесь. У меня нет таких амбиций. Все, чего я хочу, послужить во благо этого мира, его настоящего и будущего. Чтобы вы и ваши дети узнавали о вампирах разве что из кино и сказок.

Игорь Шамильевич зашуршал документами, перекладывая из руки в руку, и добавил:

— Свое слово я сдержу — ни вас, ни ваших близких отныне больше не коснется наше дело. Но я должен быть с вами честным. Если вы все же окажетесь на стороне вампиров, а не людей, никто вам скидку не сделает. Сейчас время, когда нужно выбирать сторону умом, а не сердцем.

— Угрожать изволите, — с укором в голосе сказала Софья.

— Никак нет. Это лишь предупреждение. Первое и последнее.

На том и распрощались.

Чтобы передать весь спектр эмоций, с каким Софья покинула офис «Щита», пригодится набор акварели из 24 цветов. Всех оттенков красного и черного.

Ну это уже ни в какие ворота не лезет. Он ей угрожать вздумал? Мало того, что устроил цирк с похищением на полдня, потом обозвал «побочкой», а теперь еще и делает предупреждение. Нет, вы слышали? Первое и последнее. Кем он себя возомнил? Тоже, блин, Судья Дредд!

В груди Софьи творится настоящий апокалипсис: смерчи, ураганы, сдвиг тектонических плит здравого смысла. Их накрывает цунами гнева. Небо разрезают вспышки молний ярости.

Еще этот говнюк Юсупов уже трижды сбросил ее звонок. Скотина, тебе же скоро крышка, кают, капут, трындец.

Телефон пиликнул. На экране высветилось сообщение: «Я в офисе. Приезжай».

Занятой какой! В офисе. Совещание с Господом Богом что ли у него там, раз не может на звонок ответить?

Короче, пока добралась по вечерним пробкам до места назначения, все красные отметки остервенелости уже преодолены. Глаза метают искры как у того супергероя из «Людей Икс». На что ни посмотри — вмиг загорится.

И когда казалось, уже ничего не может выбесить еще больше, именно это и случилось. У входа в офис «Петербургского сноба» нос к носу Софья столкнулась с Владом. Тот распахнул стеклянную дверь, ничего не видя перед собой. В таких случаях говорят, на человеке лица нет.

— Влад? — опешила Софья. — Ты что здесь? Какого?..

Влад проморгался и будто только сейчас понял, кто источник этих звуков. Пару секунд он смотрел в глаза Софьи и наконец сказал:

— Прости меня. Прости, я не должен был… Я сегодня соберу вещи и уеду.

Софью как ледяной водой окатили. Теперь она тупо моргала, глядя на Влада.

— О чем ты говоришь? — еле выдавила она. — Это из-за вчерашнего?

— Нет, — ответил Влад и помотал головой. — Нет, ты ни при чем. Это все я. Ты мне очень дорога, но я не могу быть с тобой. Прости, если сможешь.

С этими словами Влад наклонился, едва коснулся губами ее щеки и направился к своей машине. Софья проводила его взглядом и почувствовала себя героиней фильма, в котором главные герои вместо нормального разговора перекидываются дешевыми фразами, что сейчас прозвучали. Обычно на таких сценах она цокала и вздыхала — ну почему герои такие тупые? Зачем эта интрига и напускной пафос? Можно же нормально объясниться!

— Влад… Влад! — крикнула Софья.

Влад опустил стекло, взглянул на Софью, затем куда-то выше, тронулся с места и уехал. Вот просто взял и уехал.

Софья посмотрела туда же наверх и увидела знакомую фигуру за стеклом. Ну держись!

Со всей силы хлопнула дверью, зацокала каблуками по лестнице и прямо с порога в кабинет главного редактора «Петербургского сноба» заорала:

— Да ты совсем охренел?!

Его Светлость как ни в чем не бывало посмотрел на нее, обдуваемый легким сквозняком из окна. Скрестил ноги и сложил руки в карманы.

— Феликс, это моя жизнь! — продолжила гневную тираду Софья. — Моя, слышишь?! Тебе нет в ней места! Какого черта ты вообще полез в мои отношения?!

— Это ты называешь отношениями? — будничным тоном спросил Юсупов. — Отношения, которые рушатся после десяти минут разговора? Хех…

— Да как ты?.. Что ты ему сказал?!

— Ничего такого, из-за чего нужно срывать помолвку. Так что я тут ни при чем.

— Ни при чем? Ни при чем?!

— Ага.

— Тогда почему Влад решил уехать, выходя из твоего офиса? Из твоего, Феликс?!

Юсупов пожал плечами и ответил:

— Не знаю, может город пришелся не по вкусу. Или посчитал, что жизнь столичная не для него.

Софья едва не задохнулась. Она так и замерла в дверях кабинета с открытым ртом. Дайте в руки биту — разнесет все в щепки.

Князь воспользовался замешательством журналистки открыл дверцу шкафчика, достал графин с темной жидкостью и два стакана со сложной огранкой. Плеснул на два пальца в каждый и поставил один на длинном столе.

— Ты же знаешь, на истерики я не ведусь, — сказал он. — Угомонись. Давай выпьем. Есть дела и поважнее сердечных страданий.

— Угомонись? — фыркнула Софья. — Ты мне велишь угомониться? Да когда это со мной работало?!

— И то верно. В таком состоянии если что с тобой и работало, так только жесткий секс.

Юсупов присел на край стол, взглянул на него и добавил:

— Стол новый, я еще не успел его проверить. На вид вроде крепкий — выдержит.

В груди Софьи сдвинулась последняя тектоническая плита здравого смысла. Она схватила стакан с темной жидкостью и швырнула его об стену. Зазвенели осколки, полетели мелкие брызги. По светло-бирюзовым обоям растеклось длинное рыжеватое пятно.

Князь хмыкнул, глотнул пойла и сказал:

— Полегчало? Там еще четыре стакана и фарфоровый сервиз для чайных церемоний. Воспользуешься в качестве эмоциональной разгрузки?

Софья никогда не чувствовала себя такой беспомощной. На этого мерзавца ничего, вообще ничего не действует. Взорвись она сама прямо сейчас и забрызгай его ошметками своих кишок и мозгов, князь разве что облизнул бы палец, отряхнулся и запил крепким виски.

Она стиснула зубы и задышала часто-часто. Ее трясет так, что сейсмологии распереживаются.

Юсупов выдвинул стул и взглядом предложил сесть. Несколько секунд Софья колебалась выбором — выслушать князя, а потом придушить, или уйти отсюда, на прощание опрокинув все, что попадется на глаза.

Его Светлость плеснул еще темной жидкости, поковырялся в шкафчике и выудил вазочку с шоколадными конфетами в фольге.

— Чем раньше начнем, тем больше у тебя шансов догнать своего несостоявшегося жениха и вытрясти из него всю душу, — сказал князь.

— Я скорее из тебя всю душу вытрясу, — сквозь зубы процедила Софья.