Чтение онлайн

Серов и Джэк сидели в коллекторе канализации, готовясь выйти наружу. Алексей вызвал всех на общую мини-планерку, чтобы в деталях договориться о действиях при том или ином развитии первоначального сценария. Наличие вертолета с еще горячим мотором вносило в ситуацию много неизвестного.

– Дюк, я тут подумал, не использовать ли для первого налета те два миномета, что мы выцыганили у индейцев. Сколько там выстрелов?

– Двадцать четыре. Вполне хватит, чтобы занять их разборкой завалов и тушением пожаров до утра.

– Тогда меняем план. Не высовывайтесь сразу, а начните минометами. Если вертолет взлетит сразу, то сбивайте всеми средствами. Мы попытаемся его обезвредить, если доберемся. Кроме того, нам нужно снять с крыши главного здания кукушку. Пусть Рокер подберется поближе, пульнет и сразу назад. Мы ждем вашей готовности.

– Все понятно, командир.

– Еще вот что. Бейте только по воротам, казарме и гаражу, главное здание и задний двор оставьте нам. Выстреливаете все снаряды и отходите в укрытие. Как только я вас вызову, имитируйте фронтальную атаку. Пусть думают, что будет полномасштабный штурм.

В колодце две скрюченные фигуры словно две сжатые пружины ждали того мгновения, когда можно будет распрямиться, освобождая сконцентрированную внутри энергию.

– Я Рокер. Кукушка улетела. – Едва слышные слова в наушниках прогремели благой вестью в мертвой тишине каменного лаза.

– Понял, Рокер.

– Мы на рубеже, к стрельбе готовы. – Эти слова оборвали бесконечное ожидание, и осталось только дождаться стартового выстрела.

– Огонь!

Они скорее не услышали, а почувствовали, как дрогнули стены коллектора, когда первая мина упала на крышу казармы.

– Пошли! – тут же скомандовал Алексей.

Джэк уперся ладонями в люк, а ногами в железную скобу в стене, а Серов подпер его руками под мягкое место. Этот живой домкрат мощно распрямился, и массивная крышка люка легко вылетела из своего гнезда. Прогремел очередной взрыв мины, полыхнув отсветом на стене находившегося метрах в десяти здания. Беспорядочная стрельба и команды слились в привычную какофонию боя, которую время от времени заглушал очередной разрыв снаряда.

Оглядевшись, Джэк отбросил крышку на траву газона и, выпрыгнув из люка наружу, присел с оружием наготове. Тут же из черного жерла колодца вылетела более массивная фигура Серова и, приземлившись на траве, откатилась в сторону. По сигналу Алексея оба стали продвигаться короткими перебежками в сторону вертолетной площадки, где стоял, развесив лопасти, вертолет с изображением ястреба на борту. Рядом с винтокрылой машиной возник темный силуэт испуганного часового с винтовкой наперевес, и его движение при виде двух странных фигур, приближавшихся к нему зигзагами, прервал почти неслышный хлопок выстрела.

– Джэк, займись аппаратом, а я посмотрю заднюю дверь, – приказал Серов, указывая на вертолет. – Нужно сделать так, чтобы, кроме нас, никто не смог на нем улететь.

– Сделаем, – отозвался Джэк и нырнул в открытую дверь кабины.

Серов подбежал к двери, по-видимому, ведущей в подсобные помещения, и осторожно дернул за ручку. Дверь была закрыта, и он тут же прилепил на замок «универсальный ключ» – миниатюрную мину направленного действия – нажал на красную кнопку и отошел немного в сторону, ожидая Джэка. Тот появился ниоткуда, будто материализовался из тени под стеной, и стал рядом.

– Порядок, Лобо. Я вытащил один электронный блок и спрятал среди ветоши под сиденьем. Ни в жизнь не догадаются.

– Хорошо, приготовились. Ты внутрь, я прикрываю.

Серов нажал на кнопку миниатюрного пульта, похожего на автомобильный, и через секунду последовал хлопок. Дымящаяся дверь с черным отверстием вместо замка медленно отворилась, и Джэк нырнул внутрь, а Серов стал в проеме, водя стволом автомата из стороны в сторону.

– Чисто, – из темноты помещения подал голос Джэк. – Похоже на кухню.

Алексей последовал за Джэком, и они, передвигаясь мелкими мягкими шагами, один впереди, другой сзади, потом наоборот, вышли из кухни, миновали столовую и выскользнули в просторный холл, куда выходили несколько массивных деревянных дверей, украшенных резным узором.

Серов выстрелил на мгновение раньше, чем вспыхнул под потолком яркий переливчатый свет хрустальной люстры. Он увидел еле уловимое движение в одном из углов за огромным антикварным буфетом. Джэк тоже среагировал и успел всадить пулю в расплывчатый силуэт на леснице. При свете все стало на свои места. Разумеется, их ждали. Шестеро против двоих после первого расчета «на первый-второй» и два агонизирующих индивидуума в остатке. На мгновение все замерли. Шесть напряженных лиц и вытянутых рук с пистолетами, Джэк, успевший шагнуть в сторону и уйти с линии огня, и Серов в центре с гранатой в крепко зажатом кулаке левой руки. Гранату он успел вырвать из гирлянды трех гранат, подвешенных на комбинезоне, в момент включения света. Все действующие лица в этой немой сцене были не новичками в военном деле и увидели не только кулак с гранатой, но и подметили отсутствие чеки в запале.

– Сопротивление бесполезно! Оружие на пол! – проорал дурным голосом парашютист в чине капитана и уставился выпученными глазами на гранату.

– Ладно, – ответил Серов по-испански, добродушно улыбаясь.

Выдержав паузу, он разжал кулак, послышался щелчок сработавшего ударника, и начался отсчет секунд до взрыва. В эти секунды вместилось многое, чего не успели увидеть бравые вояки с ястребами на шевронах, машинально отпрянувшие от Серова как от прокаженного. А тот подбросил гранату вверх, отступил на шаг и открыл широко рот. В это время его пистолет-пулемет дважды неслышно плюнул свинцом, и двое из военных, еще стоявшие на ногах, уже были полностью выключены из игры. Джэк выстрелил в ближайшего вооруженного статиста, потом присел и закрутил мельницу на уровне пола, сметя подсечками еще двоих. При этом он тоже открыл рот, будто в беззвучном крике.

Граната разорвалась с оглушительным грохотом, не долетев метра до пола. Прикрыв лицо рукой, Серов даже не вздрогнул, а оставшийся на ногах капитан с криком отпрыгнул в сторону, да так рьяно, что ударился головой о массивную горку красного дерева и повалился на пол без сознания.

Эта шутка уже не раз спасала Серову жизнь. Звуковая граната, ничем не отличавшаяся от обычной наступательной, была прекрасным инструментом психологического воздействия на любого, даже очень подготовленного бойца с крепкой психикой. Она работала на уровне подсознания, заставляя тело реагировать задолго до того, как начинала работать мысль. На этот раз домашняя заготовка оказалась очень кстати – одно дело шесть на два в рукопашной, но против шести пистолетов без укрытия и эффекта внезапности – это, что называется, дохлый номер.

Один из тех, кого подкосил подсечками Джэк, был уже не жилец – падая, он раскроил себе череп об угол стола. Второй, в звании ефрейтора, находился в здравом уме и памяти, но был настолько напуган, что не мог связать двух слов. Серов кивнул Джэку, и тот, не церемонясь, свернул парню шею. Очухавшийся капитан в ужасе смотрел на происходящее, наверно, до сих пор не отдавая себе отчет в том, что весь этот кошмар происходит именно с ним. Сам он неоднократно участвовал в карательных операциях и отправил в мир иной не менее десятка людей, но он никак не думал, что с ним, с элитой армии, могут поступить так же, как он с немытым индейцем.

– Быстро проверь все, – обратился Серов к Джэку, а потом повернулся к капитану и несильным, но точным ударом ткнул того носком ботинка под коленку. – Хочешь жить, отвечай быстро и по делу. Где Ордоньес?

Корчащийся от боли капитан кое-как смог совладать с физическим страданием и сделал услужливую мину – «чего изволите?».

– Он улетел на вертолете час-полтора назад. Наш командир майор Дуглас посчитал, что генералу здесь угрожает опасность, и приказал вывезти его, даже если для этого понадобится применить силу.

– Куда его отвезли?

– На базу в Старую Крепость.

– Хорошо. Что он знает о нас?

– Очень мало. Он сказал, что вас девять, и предположил, что вы разделились. Усадьба генерала рассматривалась как возможный объект для атаки. Еще он знает или скорее уверен, что у вас есть бронетехника, угнанная у националистов.

– Женщина с ним?

– Да. Во время операции по ее спасению вертолет был подбит, летчик и еще один офицер погибли, а Дуглас привез ее ночью в фургоне торговца фруктами.

– Что ты знаешь о заложниках из русского посольства? Где их содержат?

– Я не могу сказать точно, потому что сам ими не занимался, но есть предположение, что их держат в доме «Санта-Тринидад». Там обширные казематы, и Дуглас часто использует их для содержания пленных. Дом находится в трех километрах от базы. Там оборудован форт, и есть свой небольшой гарнизон. До взвода, по-моему.

– Показать сможешь?

– Да! Так точно… Разумеется. – Офицер так разволновался от того, что его жизни пока ничего не угрожает, что явно поплыл, чуть не расплакавшись.

В доме действительно больше никого не оказалось, и Серов решил уходить, прихватив с собой капитана.

– Внимание всем! – объявил он по рации. – Второй приступ через минуту. Нужно придавить их так, чтобы головы поднять не могли. Боеприпасов не жалеть. Мы попытаемся уйти на «стрекозе», так что повнимательнее. Бейте пониже.

Связав капитану руки пластиковым хомутом, его пинками погнали по проторенному пути через столовую и кухню на задний двор и дальше к вертолетной площадке. Когда выходили на улицу, со стороны главных ворот послышались крики, автоматные очереди, а потом все это потонуло в громогласной арии спаренных пушек с Пистоном в роли дирижера. На вертолетной площадке стояли два индивидуума в летных комбинезонах, мужчины, по-видимому, являлись экипажем вертолета. Летчики, возможно, уже обнаружили пропажу электронного блока, припрятанного Джэком, и стояли у мертвой машины, громко переговариваясь и бурно жестикулируя. Им не повезло сегодня несколько раз. Сначала их подняли ночью, чтобы лететь в резиденцию генерала, потом вместо того, чтобы вернуться на базу, они вынуждены были остаться с группой захвата. Дальше началась не детская стрельба, и усадьба подверглась серьезным разрушениям. Ребята уцелели и здесь, но опять не повезло, потому что вертолет оказался выведенным из строя. Тут бы им побыстрее сбежать куда-нибудь в тихое место, но они стояли, крича друг на друга, и не видели, как со стороны усадьбы к ним приближаются три фигуры.

Джэк, бежавший впереди, дважды выстрелил и, не задерживаясь, запрыгнул в кабину. Вслед за ним в дверь протиснулся и Серов, держа за шиворот своего пленника. Джэк пошарил под сиденьем пилота, нашел свою заначку и стал колдовать над пультом. Еще через минуту со свистом завелся пускач, а за ним начал раскручивать лопасти главный двигатель. Стрельба не утихала, и когда вертолет поднялся метров на сто, взгляду открылась впечатляющая картина затихающего побоища. Двадцать четыре мины, пущенные умелой рукой, наделали страшные разрушения. Вместо казармы и гаража стояли догорающие развалины. По двору бегали люди, толком не понимая, что происходит, и, видимо, ожидая, что скоро сквозь искореженные ворота и разрушенные стены хлынут несть числом враги неизвестного происхождения.

– Всем отбой. Мы летим на точку. Отличная работа, ребята, – сказал Серов в микрофон и, расслабившись, откинулся на спинку кресла.

Анализируя прошедший день, Серов мог сказать, что прошел он не зря, не затерялся в череде других серых дней, когда ничего не происходит и не закладывается фундамент для будущих дел. Однако плюс был только один – освобождение полковника Фонтекавада. Плюс большой, плюс огромный – это следовало признать безоговорочно. Но было и два досадных промаха, которые в полной мере уравновешивали сегодняшний успех. Во-первых, упустили Дугласа и тем самым предупредили его о своих намерениях. Именно поэтому тот решил эвакуировать своего героического папашу поближе к себе. А ведь генерал для многих все еще оставался знаменем, на которое нужно равняться. Правительство и Фонтекавада формально не могли его арестовать, пока он открыто не выступил против конституционного строя. Причастность генерала к убийству президента тоже нельзя доказать, пока не произведены аресты главных подозреваемых и не проведено расследование. Значит, все еще существовал риск того, что Ордоньес может оказаться во главе какого-нибудь боеспособного соединения, и тогда гражданская война полыхнет сразу по всей стране, как пары бензина от искры.

Джэк заложил широкую дугу, чтобы не попасть под огонь оставшихся в поместье «ястребов», и Серов долго еще видел в правом иллюминаторе багровые отсветы пожара и столб черного дыма, косой полосой пересекавший серый с розовой бахромой занавес рассветного неба. «Генерала не добыли, но зато как мастерски побили горшки!» – подумал Алексей и удовлетворенно улыбнулся.

– Внимание всем! – сказал он, несколько раз постучав пальцем по микрофону гарнитуры. – Все по плану. Встречаемся на поляне. Подготовьте площадку для «стрекозы».

Все, что было возможно, переложили из грузовика и бронемашины в вертолет. Конечно, жалко оставлять такое богатство. Запаса топлива вполне хватило бы еще километров на шестьсот, кое-какой боезапас тоже имелся, но сейчас важны быстрота и скрытность, так что вертолет в этом отношении – отличный подарок судьбы. Кроме того, он тоже полностью вооружен – спаренные пулеметы заряжены под завязку и кассеты полнехоньки ракет, так что еще можно повоевать от души.

Еще раз проверив груз, Серов подал команду на взлет. Лететь следовало к Старой Крепости, где Вайс уже присмотрел отличную площадку для вертолета. Ребята держались из последних сил, поэтому Серов хотел как можно быстрее добраться до места и уложить всех спать часа на четыре. Они и так уже побили все рекорды по недосыпанию, и рисковать дальше нельзя – накапливаясь, усталость ослабляет все системы организма, и они перестают подчиняться мозгу, а значит, и воле, подстегивающей его. Сам мозг начинает сбоить, не давая сконцентрироваться и ослабляя реакцию.

– Площадка должна быть в этом квадрате, – Джэк вопросительно посмотрел на Серова. – Но тут сплошной лес, да еще и каньон. Что-то Вайс перемудрил.

– Ничего я не перемудрил! – послышался в наушниках голос Вайса. – Нужно зависнуть точно в тех координатах, что я прислал, и смотреть вниз.

– Гонишь ты! – Джэк снова развернулся и медленно стал продвигаться вперед, сверяя положение по спутниковому навигатору с координатами Вайса. – Вот я в точке. Да нет тут ничего!

– Повернись пол-оборота вправо. И посмотри на меня! – Вайс был сама дотошность, и Серов нисколько не сомневался, что площадка все-таки есть, просто нужно быть повнимательней.

Вертолет медленно повернулся, и тут они увидели Вайса, стоящего далеко внизу на огромной трапециевидной глыбе коричневого цвета, лежащей под обрывом и окаймленной с трех сторон сорокаметровыми деревьями.

– Вот это да! – воскликнул пораженный Джэк.

– Сможешь? – озабоченно спросил Серов. – Или мне попробовать?

– Чего тут пробовать! Пробьемся!

Вертолет завис точно по центру свободного пространства и стал медленно опускаться. Джэк будто окаменел в кресле пилота. Было непривычно видеть его таким собранным и сосредоточенным. Обычно он скрывал свои способности и возможности, откровенно валяя ваньку, и те, кто его не знал, не могли воспринимать его всерьез. Но бывали минуты, когда сходила вся шелуха, и он представал в новом свете – таким, как сейчас.

Полозья вертолета слегка ударились о поверхность камня и тут же будто прилипли к нему. Джэк выключил двигатель, и только теперь Серов увидел, что по его щекам скользят крупные капли пота.

– Ловко! – Он похлопал Джэка по плечу и, открыв дверь, первым спрыгнул на еще прохладный камень и протянул руку Вайсу.

– Привет, командир! – Вайс улыбнулся во все свои тридцать два зуба, и снова лицо его стало непроницаемым.

– Что расскажешь? Вычислил, где держат заложников?

– Нет. Никаких признаков не заметно. Их ведь там не меньше тридцати душ. Обязательно что-то бы проявилось.

– Правильно. Я тут языка прихватил, так он говорит, что их могут прятать в трех километрах.

– Видел я на снимках эту усадьбу, но никакого движения так не уловишь. Нужно понаблюдать.

– Вот и займись этим. Мы сейчас в берлогу заляжем. Ты возьми с собой Лаки и сходи туда, а Франк пусть охраняет наш мирный сон.

Октавио Дугласа разбудил вестовой от генерала. За ночь ему едва удалось поспать три часа, поэтому он проснулся раздраженным, а когда вспомнил о событиях вчерашнего дня, то сразу пришел в бешенство от собственного бессилия и нерадивости своих подчиненных. Зная характер своего командира, вестовой держался от Дугласа подальше, и брошенная наугад бутылка разбилась о стену в метре от его головы.

– Старик сказал, что за пожар?

– Никак нет, – ответил вестовой, пятясь к двери. – Только по радио и по телевизору передают коммюнике совета министров…

– Что могут сказать эти недоумки?

– Они сместили генерала с поста министра и передали все полномочия полковнику Фонтекавада.

– Что?! – взревел Дуглас. – Что за чушь ты несешь?

Он надевал брюки, поэтому не смог дотянуться до лежавшей на столе портупеи с кобурой и чуть не упал, запутавшись в штанинах. Это спасло вестового от самых неприятных последствий своей осведомленности, и побледневший ефрейтор поспешил ретироваться. Одевшись, Дуглас выскочил из своих апартаментов и побежал в гостевой дом, где вчера поселили Ордоньеса. Встречавшиеся по дороге солдаты и офицеры испуганно шарахались в стороны, по опыту зная, что значит попасть командиру под горячую руку.

– Что такое, отец? – спросил он с порога, влетая в кабинет генерала. – Что происходит?

– Вы забываетесь, майор, – сказал генерал ледяным тоном, косясь в сторону своего адъютанта, тоже майора, но из танкистов. – Кто вам сказал, что можно таким образом врываться к старшему по званию и орать как на футболе? Выйдите, вас позовут.

Ошарашенный Дуглас открыл было рот, чтобы что-то сказать, но потом передумал и, отдав честь, резко повернулся на каблуках и вышел в коридор. Отповедь отца подействовала на него как холодный душ, и он постепенно стал успокаиваться, понимая, что вел себя, по меньшей мере, глупо. Отец оставался генералом, и следовало поддерживать его авторитет в офицерском корпусе. Без него Октавио не мог бы даже рассчитывать на то, что имел сейчас. Через несколько минут из кабинета вышел адъютант и пригласил Дугласа войти, а сам ушел заказывать завтрак для шефа.

– Разрешите, господин генерал? – Дуглас вытянулся по стойке «смирно», мрачно глядя на Ордоньеса.

– Зашел уже, – генерал в сердцах бросил на стол какие-то бумаги и посмотрел на сына. – Садись… Должен сказать тебе спасибо за то, что вытащил меня вчера. Через час усадьбу атаковали. Камня на камне не оставили. Всю твою засаду положили и угнали вертолет.

Генерал говорил, и с каждым словом лицо его все больше вытягивалось в изумлении и недоумении. То же самое происходило и с Дугласом, но его мимика была менее сдержанной, и ему стоило больших усилий удержаться от брани.

– Что известно? Кто? Какими силами? – спросил он нетерпеливо.

– Ты не поверишь, но ни одного человека так и не видели. Сначала провели минометный обстрел, потом пошли на штурм. Появился бронетранспортер при поддержке пулеметов. А потом улетел вертолет. Летчики убиты, а капитан Агирребуругалде пропал без вести. Этот рапорт начальника охраны я получил только что. Нас будто атаковали инопланетяне…

– Это русские! Сначала они пытались убить меня, а потом пошли за тобой. Как я угадал!

– Русские или инопланетяне, по-моему, все равно. Сколько их?

– По моим данным, девять, но резиденцию атаковали не более пяти-шести человек.

– Шесть человек устроили разгром, оставили двадцать три убитых и восемнадцать раненых, угнали вертолет… Это немыслимо!

– Еще они захватили сторожевик и уничтожили два взвода мотопехоты Переса.

– Так почему ты спишь до десяти, когда у тебя под носом творится черт-те что?!

– Я их найду, папа! Но мне сказали, что есть еще проблемы…