За что убили Кени?
Шрифт:
Разве вы не были малышом, у которого была дикая истерика перед уколами в медицинском кабинете. Разве вы не вырывались, орали, били изо всех своих сил родителей и умоляли, чтобы их отпустили.
Но родители малыша вели в кабинет и насильно клали на кушетку перед доброй тетенькой в белом халате. А на второй раз спокойно шел в кабинет.
Почему?
Единственный способ избавиться от страха – сделать то, что ты боишься.
Сделай это.
Just do it.
На дрожащих ногах, стиснув зубы, через себя.
И тогда, появляется интересная вещь:
> Бессознательное незнание;
> Сознательное незнание. Мы знаем, что это можно, но не знаем как. То есть мы знаем, что это делают другие люди, но не понимаем, как это сделать самим;
> Сознательное знание. Мы уже знаем, как, более того, мы уже умеем это делать;
> Бессознательное знание.
И тут появляется еще одна преинтересная вещь.
Значимость – это субъективная реальность для тебя отдельно взятого человека.
Почему мы исследуем значимость, и что вообще с ней нужно делать?
> Клиент ‹ ›Ты;
> Клиент ‹ Ты;
> Клиент › Ты;
> Клиент = Ты.
> У тебя высока его значимость, у клиента высока твоя значимость... Это идеальный вариант создания длительных деловых и комфортных отношений;
> У тебя высока его значимость, у него низка твоя значимость. Это типичная односторонняя выгода;
> У тебя низка его значимость, у него высока твоя значимость, (моими устами да мед пить);
> У тебя низка его значимость, у него низка твоя значимость. Вам друг на друга глубоко и далеко. И если сделка и состоится, то без обязательств и по взаимному несогласию.
В принципе, тоже вариант.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. РЕБЯТА, ДАВАЙТЕ ЖИТЬ ДРУЖНО.
А ТО ХУЖЕ БУДЕТ
ГЛАВА 5. ДЕКАДАНС УПРАВЛЕНИЯ
ГЛАВА 5.1 ПРЕСТУПЛЕНИЕ И НАКАЗАНИЕ
или
МЕСТЬ И ЗАКОН
Каждый человек не похож на других.
Каждый человек имеет свой мир со своими собственными законами.
Мир, где он – единственный судья себе, выносящий высший и окончательный приговор, где он главный.
Поэтому.
Наказывая, не обманывай.
Наказывая, не прощай.
Наказывается не человек, а его деяние. Можно любить наказываемого, но нельзя изменять решений.
Наказан лишь тот, то почувствовал себя наказанным, а не тот, кого наказали.
Не имея авторитета, нельзя наказывать.
Если авторитет не завоеван, значит, вы не входите в центр притяжения подчиненных вам лиц.
Приближение к вам для них не ценно.
Удаление, от вас – не печально.
И если вы все же выносите выговор, то это обнаруживает, что вы плохо понимаете происходящее вокруг, неадекватно воспринимаете ситуацию.
Это только наносит вред вашему авторитету.
Это непростительно для руководителя.
А простительно лишь для безнадежного новичка.
А, завоевав авторитет, нельзя не наказывать.
Если не наказывать, подчиненный, побуждаемый естественным желанием приблизиться к центру приближения, забудет о мере.
Он потеряет главное качество подчиненного – готовность выполнить распоряжение, еще ничего не зная о его содержании.
Не завоевав авторитет, можно наказывать лишь в том случае, если нарушен закон, установленный не вами, а вашими предшественниками.
Но и здесь заложен риск: ведь и ваши предшественники могли и не пользоваться авторитетом.
В любом случае надо знать меру.
Чрезмерное наказание выглядит как месть слабого человека.
Хорошо служить с дурным командиром, с таким, который психологии не понимает. Провинился, а дурной командир сразу взысканием тебя – хрясь по загривку, оно и легче.
А еще дурной командир сразу кричать начинает, тут и огрызнуться не грех, А вот как попадешь к такому – и мучайся, который слегка в психологии понимает. Не наказывает. Сразу.
Лучшая реакция на нарушение – реакция силы, реакция безразличия: «да, я вижу, что вы нарушаете.
Может быть, у вас и есть свои резоны для нарушения. И к этому вопросу мы, несомненно, вернемся».
Недели через две.
Как в Бундесвере, где устав разрешает наказывать солдата только по истечении времени.
И уж, конечно, в интонации никакого добродушного оттенка: «ах баловник, ну погодите, уж доберусь до вас», хлопая веером по руке, приговаривая: «гадкой, гадкой».
И никакой злобы: «я злопамятен, берегитесь!...».
Только безразличие машины, которая, когда основательно разберется, может и наказать.
Но может и понять.
А может, (что менее вероятно), даже и простить.
Награждая, не обманывай.