Чтение онлайн

— Он держал меня крепко, душил и… — я сбилась и Йоан зарычал, требуя продолжения, — засунул в меня пальцы. Хотел, чтобы тело подвело меня, чтобы я кончила.

— Ты дала себя трахнуть? — тихо и злобно.

— Нет.

— Что ты сделала?

— Воткнула в шею ублюдка нож. Он разозлился и кинулся на меня. И если ты спросишь сделала бы я это еще раз? Мой ответ будет: да, я бы повторила, но выбрала бы глаза, а не шею. Знаешь, что я еще скажу? Ты был занят, пока меня пытались похитить и изнасиловать. Ты сплоховал, Стрэнд, — сердце бешено колотилось в груди, я почти чувствовала его губы.

Мне хотелось, чтобы Йоан на миллиметр подался вперед, чтобы отреагировал не просто злобой.

— Знаю.

Не возьмусь оценивать кто из нас сдался первым. Слово потонуло между наших губ. Его движения были горячими и требовательными, они сминали меня в сильном и страстном поцелуе, от которого голова вмиг закружилась, а внизу живота появилось знакомое приятное томление. Наша постоянная выдержка слетела с петель, как от взрыва бомбы. Вдруг кристально стало ясно, что Стрэнд не меньше меня хотел этого. Все это гребаное время мы скрывали друг от друга в какой-то дурацкой игре свою заинтересованность. Я могла поклясться всеми святыми, что ощущала такую же накопленную болезненную страсть в каждом его прикосновении. Мы так сильно жались и впивались друг в друга, что воздух казался чем-то несущественным, скучным рудиментом или ненужным элементом в наших отношениях.

Я тряслась от мысли, что мы в одной кровати и Стрэнд хочет меня, пока с особой тщательностью изучала руками его тело, осязая каждый шрам, каждый мускул и каждую родинку на горячей коже. Чертовски хорошо чувствовать его язык глубоко во рту, я едва не застонала, когда он грубо протолкнул его внутрь и повалил меня на спину, раздвигая мои ноги. В какой-то миг трусики пропали и мне вовсе не хотелось анализировать этот факт, потому что сразу после Стрэнд накрыл ладонью мою промежность, заставляя выгнуться навстречу, застонать в желании почувствовать его внутри. Я судорожно, с хрипом вдохнула в легкие немного воздуха, когда его губы и язык переместились ниже, к самой шее.

— Твое возбуждение пахнет охеренно, — почему-то злобно прорычал он после того, как глубоко потянул носом в месте, где шея переходит в плечо.

От чего же он злился?

Мне нечего было на это ответить, потому что его пальцы оказались во мне, и я задрожала от удовольствия. Йоан дернул мою футболку вверх, к самому горлу и вдруг замер. Не понимая, что заставило его остановиться, я сама посмотрела вниз на себя.

— Гребаное все, — наконец, выговорил он.

Пальцы вампира все еще находились во мне, только перестали с силой вбиваться, движения прекратились из-за одной ужасной детали. Кожа на животе и под грудью была исписана странными, неизвестными мне символами. Кроваво-красные чернила явно проступали на коже, казалось, что письмена медленно пульсируют, плывут. Я чувствовала, как они извиваются, чуть щекоча кожу, словно насекомые.

— Вот же дерьмо, — буркнула я, стаскивая с себя футболку, в желании увидеть, где еще проступили эти странные штуки.

— Развернись, — я была дико мокрой и пальцы Йоана покинули мое тело с характерным чавкающим звуком. Под его тяжелым и темным от похоти взглядом я перевернулась на живот, вздрогнув, когда он коснулся меня под левой лопаткой. — Здесь тоже. И здесь, — он провел ладонью до поясницы, но я не могла думать больше не о чем, как о его руках и собственном колотящемся сердце. — Тут, — Стрэнд сдавил обе ягодицы. — Ты как гребаная жертва тату-мастера. Они везде. Некоторые мне знакомы.

— И что же делать? — выдохнула я в простыни.

Все сильнее заливаясь краской и не веря в то, что на самом деле осмелилась на такое, приподняла вверх попку, как бы намекая на то, каким должен быть его ответ. В список своих маленьких побед над Стрэндом я записала и тот нечеловеческий звук, который он издал, заметив движение. Зашуршала ткань, я могла лишь слышать, как он стягивает с себя штаны и это мне показалось безумно волнующим моментом.

— Разберемся потом, — решительно раздалось позади и, неожиданно схватив за бедра, он подтянул меня к себе, от чего, не сдержавшись взвизгнула.

Я ощутила сильное давление, Йоан чуть толкнулся вперед и стало понятно, что мне не сразу удастся принять его. Он что-то недовольно забурчал, вышел, потерся головкой о набухший от желания клитор и вновь попытался протолкнуться вперед.

— Ты вообще, когда последний раз занималась сексом? — наверное, его клыки удлинились, потому что речь стала чуть искаженной.

— Давно, — закусив нижнюю губу, я подалась ему навстречу.

— А как же…

— Боже мой, Йоан, ты собираешься поговорить о другом мужике или трахнуть меня? — я не просто говорила, а рычала, желая получить его всего и не думать пока ни о чем, не вспоминать, не чувствовать.

Мне нужен был примитивный секс и мне хотелось верить, что Стрэнд даст мне это, но он медлил и это выводило из себя. Я попыталась шевелить бедрами, но он крепко схватил меня и полностью вышел.

— Черт тебя дери, говнюк, — он заключил в кулак мои растрепанные в припадке после кошмара волосы, и я зашипела, выгибаясь еще сильнее.

— Так было или нет?

Неужели это было для него важно? Никогда бы не подумала, что кто-то вроде Стрэнда может переживать о такой мелочи, как секс, точнее о том, что я могу проводить с кем-то ночи. Возможно, это было такое своеобразное проявление собственничества. Ведь я только его трофей. Скорее всего, в понимании первородного, только он мог иметь меня…во всех смыслах.

— Ни хрена не было, мы просто целовались, а потом ты позвонил и мне пришлось выставит его за дверь, — рассвирепев от того, что я могла на самом деле оказаться для него только забавной игрушкой, с которой можно и поохотиться за артефактами, и заняться сексом, я дернулась, пытаясь высвободиться.

Гребаный вампир, гребаный клинок, гребаное все. Сколько еще можно меня унижать и пытать?

— Умница, — в его голосе сквозила улыбка, но я никак не могла повернуть голову и увидеть лицо Стрэнда.

В следующий миг он мощно толкнулся в меня, и я задохнулась от переполнявших чувств. Злость, страсть и удовольствие от того, как он начал скользить внутри, наполняя до отказа, так как никто раньше, смешались и вытеснили все дурацкие и ненужные мысли. Сузив мир только до этой кровати, до нас двоих. Какая-то новая, дикая часть меня вырывалась наружу с каждым стоном, с каждым толчком. Ей так нравилось, что ее волосы намотаны на кулак, ей было плевать на всякие условности и моральные принципы. Наверное, она способна на более яростное и изощренное убийство. Эта Соня будет рада возможности мстить и резать глотки. Эта Соня, возможно еще напугает меня, но в тот момент мне она нравилась. Нравилось, как она движется и не пытается казаться красивой или сексуальной. Эта женщина просто трахалась, отдаваясь этому на все сто процентов.

И только она могла попросить о том, чего я боялась, как огня:

— Укуси меня, — нет, этот голос, низкий и хриплый вовсе не мог быть моим.

— Тебе будет плохо, — выговорил Стрэнд, и я едва не кончила от того, какие доисторические дикие нотки были в его тоне.

Кажется, сейчас мы оба были не теми, кем привыкли видеть друг друга.

— Насрать, я хочу тебя и теперь я знаю, что ты хочешь. Так давай же.

Последнее предложение я уже говорила ему прямо в лицо. Он на мгновение покинул меня, от чего тут же сделалось одиноко, перевернул на спину и опустился сверху. В его светящихся глазах можно было различить многое: похоть, страсть, от чего-то ярость и, самое главное, жажду. Дикая Соня знала его так же, как один зверь знает другого зверя. А ему, этому зверю напротив нужна была кровь. Моя кровь.