Чтение онлайн

Матвей.

Семь лет спустя...

– Не переживайте, Тимофей Дмитриевич, всего несколько дней, и мы заберём у вас этих гавриков.
– Жму руку отцу своей любимой жены.

– Да что ты, Матвеюшка, отдыхайте. Мы внукам всегда рады. Борька со мной на рыбалку давно напрашивался, сходим, а Варька с бабушкой уже запланировали пикник, рисование на асфальте и песочные замки с соседской девчонкой.

– Хорошо. Тогда буду спокоен.
– Улыбаюсь, когда вижу Русю, счастливо выпархивающую из родительского дома.

– Всё, всех заранее поругала, так что они должны вести себя прилично.
– Целует отца в щёку, и идёт в машину. Я тоже прощаюсь, и спешу следом.

Мы с Русланой поженились через пару месяцев после для "х". Через год у нас родился Борька, а ещё через год Варя. До футбольной команды осталось всего-то ничего...;)

– Всё, в следующий раз детей возьмём с собой.
– Я завожу мотор, выезжаю на дорогу.
– Им тоже пора привыкать к нашей традиции.

– Ну у нас традиция не только в походе, рысёнок.
– Играю бровями, сжимая рукой её бёдро.

– Детям свойственно засыпать, Царёв.
– Смеётся, закусывая нижнюю губу.

– Так как ты стонешь, весь лес в курсе, что мы занимаемся любовью.
– Ползу рукой выше, ныряя под короткие шортики.

– В нашем последнем наборчике есть кляп.
– Улыбается.
– К тому же, можно и потерпеть.
– Мужественно вскидывает подбородок.

– Это ты мне говоришь?
– С трудом сдерживаю смех.
– Ты главная нимфоманка этого города.

– Зато у тебя сил на других женщин не остаётся.
– Щурится хитро.
– Это мой хитрый план.

– Мне не нужны другие женщины, любовь моя...
– Ускоряю автомобиль, желая поскорее оказаться наедине с женой вдали от города.

– Ага, поэтому ты взял новую секретаршу. Чем тебя секретарь не устраивал?
– Тонкие бровки сдвигаются на переносице.

– Руся, ей шестьдесят.
– Смеюсь, сворачивая к дороге в лес.

– И что? Любви все возрасты покорны.
– Ей самой становится смешно, и она хохочет не сдерживаясь.

На первом месте для привала раскладываем палатку — Руслана за столько походов со мной уже делает это так же мастерски, как и я. Разводим костёр, готовим ужин. Я разливаю в бокалы вино.

– За нас?
– Предлагаю, ударяя своим бокалом о бокал жены.

– За нас.
– Соглашается.
– За то, что ты напёр, а я поддалась.
– Улыбается широко.
– За то, что у нас теперь одна фамилия на двоих.

Мы пьём вино, болтаем о жизни, говорим друг другу о любви, засыпаем комплиментами. Вечер окутывает нас теплом и уютом — костёр потрескивает, воздух пахнет дымом и хвоей, а где-то вдалеке ухает филин.

– Помнишь наш первый поход?
– спрашиваю, глядя на пламя.
– Ты тогда чуть не спалила палатку, пытаясь разжечь костёр одной спичкой.

Руслана заливается смехом.

– Ой, ну хватит! Я просто… была не готова к суровым походным условиям. Зато сейчас посмотри на меня — палатку ставлю быстрее тебя, кашу варю без комочков, и даже угли умею поддерживать.

– Признаю, ты выросла как турист, - киваю с серьёзным видом.
– Но вот с гитарой всё ещё беда.

– Зато я пою от души!
– она шутливо толкает меня в плечо.
– И ты всё равно слушаешь.

– Потому что люблю. И тебя, и твой голос, и твои песни, и даже то, как ты всегда храпишь в походе, напоминая мне медведя.

– Царёв...
– Шипит и кусает меня за плечо, сразу же дергая с места.

Догоняю её у многолетней сосны и прижимаю к стволу, врываясь в любимый рот страстным поцелуем. Она сначала упирается ладонями мне в грудь, но уже через мгновение расслабляется, обвивает мою шею руками и отвечает с такой же жаждой.

– Как же ты возбуждаешь меня, когда злишься...
– Рычу ей в ухо, прикусывая манящую мочку.

– Извращенец...
– Отвечает с придыханием, расстёгивая мою кофту и начиная исследовать пальчиками торс.

Резко разворачиваю её к себе спиной. Стаскиваю шорты вместе с трусиками, задираю вверх футболку, от кофты избавляясь совсем.

Руслана тихо стонет, выгибается навстречу моим прикосновениям. Её кожа — горячая, шелковистая, отзывается на каждое движение.

– Матвей… - шепчет жена, и в этом звуке — вся страсть, всё желание, которое копилось в ней весь день.

Прижимаюсь к вплотную, провожу губами вдоль позвоночника — от шеи до поясницы. Руслана дрожит, её пальцы вцепляются в кору сосны.

<